Джеймс Чейз – Плохие вести от куклы (страница 32)
Багси вышел, натягивая пиджак.
– А ты можешь встать, – бросил Феннер.
Глори скинула простыню и соскользнула на пол.
– Я оставалась в кровати, лишь чтобы не смущать бедняжку Багси. А что случилось-то?
Феннер достал новый костюм и переоделся.
– Хватит стоять и пялиться – одевайся. Срочно выдвигаемся из этого заведения.
Надев белье, она сказала:
– Может, все же расскажешь, где был?
Феннер выгребал все из ящиков в два саквояжа.
– Меня взяли покататься крутые ребята. Едва отмотался.
– И куда теперь?
– Переезжаем к Нулену, – спокойно сказал Феннер.
Глори помотала головой:
– Не хочу.
Феннер упаковал чемоданы и встал. Он сделал два больших шага по комнате и положил руку ей на талию:
– Делай, как я сказал.
– Только не к Нулену.
– Я сказал – едем. Никаких возражений. Сама пойдешь или тебя тащить?
Он подошел к телефону и позвонил по поводу счета. В ожидании он неустанно мерил комнату шагами. Глори сидела на постели, беспокойно глядя на него.
– Что ты затеял?
Феннер поднял глаза:
– Много чего. Они набросились на меня – и я покончу с ними. Не остановлюсь, пока не разберусь и не прижму мелкого ублюдка Карлоса так, что он взвоет.
Коридорный принес счет, и Феннер расплатился, потом одной рукой подхватил чемоданы, другой взял Глори под локоть:
– Пошли.
И они вместе спустились по лестнице.
Багси сидел за рулем большой машины. Он казался немного обескураженным, но молчал. Феннер сел за спиной Глори:
– К Нулену. Быстро.
Багси обернулся:
– К Нулену? Но почему? Слушай, тебе туда точно не надо. Этот парень вообще южный конец лошади.
Феннер подался вперед.
– К Нулену, – повторил он, пристально глядя на Багси. – Не нравится – вылезай, я сам поведу.
Багси пялился с разинутым ртом то на Феннера, то на Глори. Она сказала:
– Гони, храброе сердце: этот парень не любит тех, кто не слушается.
– А, ну да, – сказал Багси и поехал.
Глори сидела в углу машины с мрачным выражением лица. Феннер смотрел на дорогу поверх широких плеч Багси. До заведения Нулена они ехали молча. Когда они свернули на полукруглую подъездную дорожку, Глори буркнула:
– Я туда не хочу.
Она сказала это скорее из чувства протеста, чем в расчете на то, что Феннер согласится. Он открыл дверцу машины и вышел.
– Давайте, вы, оба, – нетерпеливо сказал он.
Было полдвенадцатого, когда они вошли в безлюдный холл казино. В главном зале они обнаружили кубинца без пиджака, который бесцельно водил пылесосом по полу. Он поднял глаза и разинул рот. Взгляд его остановился на Глори, и та нахмурилась.
– Нулен здесь? – спросил Феннер.
Кубинец выключил пылесос и едва ли не с нежностью положил его на пол.
– Я посмотрю.
Феннер помотал головой:
– Стой здесь.
Он пересек зал в направлении кабинета Нулена. Кубинец вяло сказал: «Эй!» – но с места не сдвинулся.
Глори и Багси плелись следом. Феннер распахнул дверь кабинета и заглянул. Нулен сидел за столом. Он пересчитывал большую кучу зеленых. При виде Феннера лицо его пошло пятнами, и он смахнул баксы в ящик стола.
Феннер вошел.
– Это не ограбление, – коротко сказал он. – Это военный совет.
Он обернулся к застывшим на пороге Глори и Багси:
– Вы, двое, входите и закройте дверь.
Нулен неподвижно сидел за столом. Когда вошла Глори, он ослабил воротник. Глори, не удостоив его взглядом, подошла к стулу в глубине комнаты и села. Багси закрыл дверь и привалился к ней. Он тоже не смотрел на Нулена. В комнате стояла напряженная тишина.
Наконец Нулен проговорил:
– Что, черт возьми, происходит?
Феннер взял одну из Нуленовых зеленых крапчатых сигар из ящика стола, сжал ее зубами и зажег спичку об ноготь. Он целую минуту неторопливо разжигал сигару, потом отбросил спичку и сел на край стола.
Нулен произнес:
– Вы упертый человек, Росс. Повторяю: ваши предложения мне неинтересны. И мнение мое неизменно.
Глори сказала глухим голосом:
– Это не Росс. Его зовут Феннер, и он частный детектив, с лицензией.
Феннер повернулся и поглядел на нее, но она поправляла юбку с мрачно-безразличным выражением лица.
У Багси перехватило дыхание, он выпучил глаза-крыжовины. Нулен, тоже потянувшийся было за сигарой, когда Глори заговорила, замер, его жирная белая рука кружила над коробкой, словно чайка в полете, потом он откинулся в кресле и сложил руки на конторской книге.
Феннер сказал:
– Если бы вы хоть как-то пошевеливались, новости бы уже дошли до вас.
Нулен теребил книгу.
– Вон отсюда, – глухо сказал он. – Не выношу сыскарей.
– У нас с вами есть общее дело, – сказал Феннер, внимательно глядя на толстяка. – Закон здесь ни при чем.