Джеймс Блиш – Добро пожаловать на Марс! (страница 36)

Принц Барбик поднялся, его глаза блестели от навернувшихся слез. Он сошел с трона.

— Хоть вы и не понимаете мой язык, когда выходите из машины, я выражаю вам самую искреннюю благодарность… — Голос его прервался.

Брендон все понял, как и Грейнджер. Он крепко подал руку Бар- бику, и они вместе пошли на площадь.

НЕСКОЛЬКО дней после того, как Брендон спас ее от паралича, Ив Грейнджер искренне считала, что ненавидит Филипа Джордона. Затем она стала вспоминать, каким он был на Земле, и начала думать о том, не стоит ли помочь Джордону выбраться из камеры, куда он был заперт принцем Барбиком. Ив хорошо знала Джордона. Знала его задолго до того, как встретила своего нынешнего мужа. И она знала, что Джордон будет благодарен за спасение, и, может, простит ее.

Пока Лонн медленно превращался в пульсирующий жизнью город, у нее было время побыть одной и подготовить побег Джордона. На мужа она не могла смотреть по иному, кроме как с жалостью. Ей он казался стариком. А она была юной и считала, что ей нужно от жизни больше, чем он может ей дать.

И вот сегодня настал один из редких моментов, когда небо потемнело, и над городом нависли тучи, так что Ив решила, что теперь самое время начать исполнение своего плана. Грейнджер и Брендон были во дворце с принцем Барбиком. Губы И в презрительно сморщились, пока она сидела в вездеходе с забытой на коленях книгой. Брендон последнее время все время проводил во дворце. Фаун, сестра Барбика, была весьма привлекательной девушкой.

Ив даже почувствовала уколы ревности. Брендон изначально интересовался ей. Она была абсолютно уверена в этом. Но она сама все испортила своими насмешками.

Теперь ее единственным шансом оставался Джордон, единственной возможностью покинуть этот странный мир и вернуться к роскошной жизни на Земле.

Она резко встала, уронив книгу на пол, и прошла в спальный отсек. Джон Грейнджер хотел принять приглашение Барбика и переселиться во дворец. Ив отказалась. Она осталась в вездеходе. Здесь она была полновластной хозяйкой. Здесь она могла не встречаться ежедневно с Фаун и не вспоминать, как ее саму постепенно покидает очарование молодости. Она чувствовала себя такой старой…

Ив быстро переоделась в комбинезон и ботинки. К Филипу Джордону было не трудно попасть. Она часто бывала в тюрьме с Барбиком и Джоном, так что стражники пропустят ее. Она сунула за пазуху маленький пистолет-огнемет и покинула вездеход. Во дворце она не вошла через главный вход, а обогнула его и проникла через металлическую заднюю дверь. Здесь был прямой проход в тюрьму под дворцом.

Стражник улыбнулся, увидев, кто осчастливил его посещением, и провел Ив к камере Джордона, единственной занятой в настоящее время.

Ив подождала, пока он отпирал дверь.

— Большое спасибо, — сладко улыбнулась она ему.

Стражник не понимал ее язык, но широко улыбнулся в ответ и отступил от двери.

Джордон ринулся к ней.

— Добро пожаловать, — сказал он, — Я ждал тебя здесь.

Он взял пистолет, который она тайком протянула ему.

— Я… я хочу тебе помочь, — запинаясь, проговорила она.

В душе у нее медленно нарастал страх.

— Они накажут тебя, если поймают, — сказал Джордон и подошел к ней вплотную.

Щеки Ив загорелись.

— Филип, я прощаю тебе за то, что ты сделал на днях. Я должна была прийти. Я люблю тебя. Неужели ты не понимаешь? — Рыдая, она бросилась обнимать его, — Не оставляй меня здесь. Возьми с собой. Именно за этим я и пришла. Я должна улететь отсюда. Я не могу оставаться…

Он равнодушно отодвинул ее.

— Ты прекрасно знаешь, черт побери, что сейчас я не могу улететь.

— Не можешь… улететь?

Он выругался сквозь зубы.

— Ты никогда меня не поймешь, — сказал он, — Ты мне не нравишься. А образ жизни, какой я веду, не понравится тебе. Я должен защитить здесь свои интересы. Поставки «Сульфаны» приостановлены, пока я сижу в этой проклятой камере! За городом ждет моего сигнала караван бартеллов, пришедший за ней. Так как Лонн снова ожил, им приходится ждать моего сигнала. По крайней мере, я надеюсь, что они все еще ждут. Уэстон и Фонд с ума сходят, ожидая от меня информации. Мы должны возобновить поставки «Сульфаны»!

— Но… как?

Джордон помрачнел.

— Уничтожив в этом городишке всех по последнего жителя, если будет такая необходимость.

Ив Грейнджер нервно оглянулась на длинный пустой коридор.

— Нужно убираться отсюда, пока это возможно, — сказала она. Позже… мы все можем решить позже…

Джордон удивленно взглянул на нее.

— И ты все еще готова пойти со мной?.. Жить, как животное, в отвратительных пещерах, только для того, чтобы быть со мной рядом?

Ив решительно кивнула.

— Куда ты, туда и я, — сказала она.

Джордон схватил ее за плечи и крепко обнял.

Глаза Ив засияли.

— Значит, я могу пойти с тобой?

— Ко всем чертям, если я отправлюсь туда, — сказал Джордон, — Вперед!

БРЕНДОН ВЫШЕЛ из столовой, покинув общество Джона Грейнджера и Барбика, которые разговаривали о культуре раннего Лонна. Грейнджер и Барбик были так счастливы, изучив, наконец, простой универсальный язык, что болтали, точно мальчишки, не в силах остановиться.

Брендон не заметил хитрых улыбок, которыми они обменялись, когда он устремился на террасу.

В дальнем конце террасы он увидел Фаун в серебристом платье и поспешил к ней. Она притворялась, что не замечает его, пока он не подошел, и заем повернулась, и глаза ее радостно просияли, когда Брендон заговорил с ней.

— О! Я и не слышала, как вы подошли, — сказала она.

Удивительно, подумал Брендон, как эта девушка и ее брат так быстро выучили английский. Грейнджер работал с ними, помогая себе переводчиком, и делал упор на чтение по губам. И теперь принцесса говорила не хуже Ив Грейнджер, лишь с небольшим странным акцентом.

— Извините, что напугал вас, — сказал Брендон, — Завтра я запланировал начать работу над системой обороны и подумал, может, вы захотите помочь мне в лаборатории.

Она счастливо улыбнулась. Оба они были новичками в этой любовной игре, колеблющимися и неуверенными.

— Я была бы счастлива…

Она произнесла слово «счастлива» так, словно говорила о Рае.

— Прекрасно, — ответил он, — Утром я вас позову. Надеюсь, вам не будет скучно.

Она прислонилась к широкому валу террасы и улыбнулась ему.

— Боюсь, что не знаю, как правильно это сказать, мистер Брендон,

— нерешительно начала она, — но мне никогда с вами не скучно. Возможно, я слишком много говорю. Брат заявляет, что я не умолкаю. Я выбалтываю все, что у меня на уме.

Лицо Брендона слегка порозовело.

— Так и должно быть, — ответил он.

Он чувствовал себя школьником на первом свидании. Ив Грейнджер былапервойженщиной, которая нарушилаегодушевноеспокойствие. Фаун невольно продолжила это. Слабый ароматее духов в темноте, серебристо мерцающее платье — все влекло его к ней.

— Я… Я сама приду, — прошептала она, вплотную подходя к нему.

— Но что же вы молчите?

Он кашлянул и ничего не ответил. Он чувствовал себя, словно выброшенная на берег рыба.

— Я имею в виду, — продолжала Фаун, — что прошло так мало времени с тех пор. Как я проснулась и первым увидела вас.

Брендон не слышал, что она говорит. Он не мог отвести взгляда от ее лица, от пухлых губ, произносящих какие-то ненужные слова, от сверкающих озорных глаз.

— Затем я сказала Барбику, что хочу, чтобы вы стали моим мужем. Барбик сказал, что меня нужно отшлепать за такие слова, но я хотела бы знать, что скажете вы. А, мистер Брендон?

Брендону показалось, будто у него в голове взорвалась петарда. Впервые он собрал в кулак всю свою волю, чтобы осмелиться встретиться с этой девушкой наедине, и он надеялся сказать ей, что она прекрасна. А вместо этого он выслушал предложение брака.

— Я…

Он резко замолчал и сжал ее в объятиях.