Джеймс Бейли – Орел или решка? (страница 32)
– Не волнуйся, я о нем позабочусь.
Джесси, которая, похоже, вот-вот заплачет, крепко обнимает меня, Джейк шутя раскидывает руки – и не успеваю я опомниться, как мы все трое обнимаемся в центре аэропорта Бристоля.
– Спасибо, ребята, скоро увидимся!
Я иду к стойке регистрации, молясь, чтобы монета сделала правильный выбор.
Глава 20
– Так вы едете в Германию на каникулы?
Я отстоял очередь в отделе паспортного контроля и предъявляю свой паспорт Андреасу Кепплеру, как гордо гласит его бейдж с именем. Полет прошел без особых эксцессов, вот только в зоне турбулентности пару раз казалось, что самолет вот-вот упадет и мы разобьемся.
Каким-то образом мне удалось выбрать самого недоверчивого пограничника. Похоже, что Андреас не любит приезжих, сыт по горло иммиграционной политикой своего правительства и взялся за эту работу, чтобы лично помешать людям въезжать на территорию Германии.
Он задает вопрос с сильным немецким акцентом и не смотрит мне в глаза, предпочитая вместо этого пристально изучать мой паспорт, который уже проверяли в аэропорту Бристоля всего два часа назад. Он, что ли, думает, что за это время в паспорте что-то изменилось?
– Ну, вообще-то, я пытаюсь найти девушку, которая, возможно, работает в английском книжном магазине в Мюнхене, и в которую я, кажется, влюблен.
Глаза Андреаса тут же отрываются от моего паспорта, чтобы рассмотреть меня лично.
Никогда не знаешь, допрашивают ли вас сотрудники паспортного контроля или просто дружески болтают. Хочет ли этот немец с суровым лицом и татуировками, сидящий в стеклянной коробке, знать все детали моего визита в немецкий город, или ему достаточно того, что я не собираюсь импортировать и экспортировать запрещенные вещества в промышленных объемах?
– Как долго вы пробудете в Германии? – спрашивает он уже более серьезным тоном, как будто мои слова заставили его присмотреться ко мне.
– Столько, сколько потребуется, чтобы найти ее… или пока не кончатся деньги.
Во время полета у меня заложило уши, поэтому я изо всех сил стараюсь расслышать, что он говорит, и выкрикиваю свои ответы на его вопросы.
– Сколько у вас с собой денег?
– У меня есть тысяча фунтов, которые я выиграл… Ну, вообще-то, я выиграл не все; мои друзья дали мне немного денег.
Даже если вначале это и была дружеская беседа, теперь это точно допрос. Надо было пойти к электронным воротам. Они никогда не работают, но так было бы лучше.
Позади меня начинает выстраиваться очередь, и бизнесмен за моей спиной вздыхает так громко, что я слышу его недовольство, несмотря на объявления громкоговорителя. Но я не нарочно задерживаю его, затягивая разговор с Андреасом, моим добрым приятелем.
– Где вы собираетесь остановиться?
– Я ничего не бронировал. У меня действительно не было времени подумать об этом. Наверное, в каком-нибудь хостеле.
Он качает головой. Я начинаю паниковать. Это стандартные вопросы, которые они задают всем, или меня в чем-то подозревают? Женщину слева от меня, которая одновременно со мной сдала свой паспорт, уже пропустили. Это не может быть хорошим знаком.
За кого он меня принимает? Наркокурьер, террорист, нелегальный иммигрант, шпион? В университете я читал, что во время Второй мировой войны немцы использовали слово «белка» для обнаружения шпионов. Я, конечно, не смогу произнести немецкое
– Кем вы работаете?
– Я экскурсовод, провожу пешеходные экскурсии и показываю людям город, – говорю я четко и лаконично, надеясь, что это последний вопрос и он отпустит меня.
– Где вы проводите эти экскурсии?
– О, извините, я проводил их в Бристоле, но, вообще-то, это было только летом.
– Значит, сейчас у вас нет работы?
Похоже, Андреас не любит лжецов. Или безработных. Его лицо начинает хмуриться. Морщины на лбу проступают отчетливее, а хватка на моем паспорте становится все крепче.
– Ну да, я полагаю, что у меня нет работы, если вы так выразились.
Внезапно меня осенило. Что я наделал? Что я делаю? Я потратил все свои деньги на девушку. Снова. Разве история с Джейд ничему меня не научила?
Он смотрит на меня, потом на мой паспорт и повторяет это снова по кругу. Я понимаю, что человек, которого он видит перед собой, не очень похож на фотографию, сделанную девять лет назад. Я стараюсь выглядеть точно так же, как тогда: намеренно не улыбаюсь.
– Значит, у вас нет работы, вам негде остановиться, и вы приехали в Германию, чтобы найти таинственную девушку, которую вы не знаете…
Пот капает у меня со лба. Раз уж я это чувствую, то он, конечно, это видит. Эта мысль повергает меня в ужас, и я начинаю потеть еще больше.
Должно быть, я выгляжу виноватым. Он собирается вызвать охрану, чтобы отвести меня в какую-нибудь заднюю комнату. Я видел это в тех реалити-шоу со скрытыми камерами в аэропорту. Нервно смотрю на свой рюкзак: а вдруг я случайно положил туда нож или что-то такое? А может, кто-то подсунул туда бомбу, пока я не видел… В самолете монета была в прекрасном настроении, так что в итоге я получил газету, лотерейный билет без выигрыша и булочку. А вдруг в этой булочке наркотики?
– Что ж… Удачи, сэр. Надеюсь, вы ее найдете.
Он с улыбкой возвращает мне паспорт и подмигивает. Я в замешательстве оглядываюсь на него.
– Загляните в английский книжный магазин «Слово» на Шеллинг-штрассе…
Проходя мимо его стойки, я замечаю, что у него на столе лежит обложкой вверх открытый томик
Прежде чем какое-либо другое официальное лицо меня остановит, я быстро хватаю свой багаж, а затем ступаю наконец на землю Германии. Теперь осталась самая малость – найти Девушку-Подсолнух в этом городе с населением полтора миллиона человек. По крайней мере, у меня уже есть первая цель.
Глава 21
– В этом году на фестиваль приехало около шести миллионов посетителей, так что везде будет очень оживленно, – обещает молодой человек, сидящий рядом со мной в автобусе из аэропорта. Мой попутчик одет в синюю клетчатую рубашку и традиционные кожаные брюки. Пока он не упомянул о фестивале, я гадал, многие ли так одеваются в Германии.
Кто же знал, что Октоберфест на самом деле проходит в сентябре? Очевидно, все, кроме меня. Это похоже на недобросовестную рекламу. Как, например, Рождество в ноябре.
Таким образом, мой один шанс на 1,5 миллиона уже стал одним на 7,5 миллиона. Если раньше я пытался найти иголку в стоге сена, то теперь ищу иголку в поле, уставленном стогами сена.
После того как меня высаживают перед зданием вокзала Хауптбанхоф, мимо проходят еще тысячи клетчатых рубашек, и все они движутся в одном направлении – видимо, к пиву. Их сопровождают десятки женщин с заплетенными в косы волосами. Многие из них одеты в традиционные дирндли[34], хотя подозреваю, что эта одежда куплена скорее в филиале «Энн Саммерс»[35], чем в подлинном баварском магазине. Кажется, что все говорят с английским или австралийским акцентом.
На их фоне я выгляжу странно в джинсах и свитере. Проталкиваюсь сквозь толпу и иду к книжному магазину «Слово», который упомянул Андреас. Гугл утверждает, что в городе только два английских книжных магазина; оба находятся в нескольких минутах ходьбы от «Новой пинакотеки», где выставлены «
По обилию кофеен и закусочных с едой навынос, рекламирующих скидки для студентов, становится ясно, что я вхожу в университетский район. Каждый раз волнуюсь при виде желтой куртки, хотя Девушка-Подсолнух может быть одета во что-то другое. Я следую за толпой студентов к кафедре английского языка и культуры Мюнхенского университета, которая находится прямо по соседству с книжным магазином. Медный знак говорит мне, что я прибыл на место. Вхожу в темно-бордовые стальные двери магазина, и «в животе у меня порхают бабочки».
Горстка посетителей внутри не похожа на Андреаса: они молоды, носят рюкзаки и, вероятно, изучают английский по соседству. На правой стене висит огромный черно-белый ковер, на котором вышит слоган: «Магазин “Слово”. Продаем книги с 1985 года». Это не просто книжный магазин, это дань уважения английской культуре. Чайные подносы и фарфоровые кружки, королевские сувениры и банки с мармеладом, изящные салфетки и открытки с изображением Генриха VIII и его шести жен – все это здесь продается. Тут даже есть целый раздел садоводства, полный книг Алана Титчмарша. Я и не знал, что он так популярен в Германии.
Магазин оказался меньше, чем я ожидал, зато он трехуровневый. Я брожу по магазину, делая вид, что рассматриваю книги, но на самом деле ищу Девушку-Подсолнух. Похоже, поблизости нет никого из сотрудников, не говоря уже о той, кого я хочу найти. Я поднимаюсь по лестнице в раздел DVD-дисков. Коллекция состоит из самых стереотипных британских фильмов: от Гарри Поттера и Джеймса Бонда до Монти Пайтона и полного собрания «Так держать». Неужели немцы думают, что мы только и делаем, что смотрим мистера Бина?
На противоположной стене я замечаю ряд писем в рамках. Все они из Кларенс-хауса. В первом письме секретарь королевы-матери информирует о том, что королева-мать не сможет присутствовать на открытии магазина «Слово»; во втором благодарит за поздравления с днем рождения королевы-матери; в третьем приносит извинения за то, что королева-мать не сможет присутствовать на праздновании годовщины магазина. Я ожидаю, что четвертое письмо будет уже от самой королевы-матери, которая прикажет им убираться и перестать ее беспокоить, но прочесть его не успеваю: замечаю пару ног за углом. На верхнем этаже мужчина лет пятидесяти стоит на коленях на темно-сером ковре, выставляя книги на нижние полки.