Джеймин Ив – Отмеченная драконом (страница 9)

Всякий раз, когда она упоминала нашу маму, у меня возникало странное чувство, похожее на удар в грудь. Я была совершенно не готова испытать это чувство. Я сменила тему.

— На что похожи люди?

Мне было любопытно. Дважды в неделю у нас проходили занятия по человековедению, и я смотрела телевизор. На бумаге я знала о них все, но никогда не встречалась ни с одним из них. Меня поразило, что, несмотря на ее наивность в отношении сверхъестественного мира, она была намного лучше осведомлена об остальной Америке. Она много путешествовала, ходила в обычную школу. Иногда мне хотелось расправить крылья и взлететь… знаю, странная аналогия для волка-оборотня. Стратфорд, несмотря на все его чудеса, все же был клеткой.

Она наморщила лоб, будто я задала самый глупый вопрос на свете, хотя слезы, по крайней мере, прекратились.

— Ну, люди просто… нормальные.

Я вздохнула и была горд тем, что не зарычала на нее. Если мой вопрос был глупым, то ее ответ был еще глупее. Но, видимо, она еще не закончила.

— На свете так много разных людей: забавных, мелочных, жестоких, порочных, милых и благородных. У меня никогда не было много друзей… мы часто переезжали… но в мире людей есть замечательные люди. Я любила, теряла, ссорилась и веселилась больше, чем могла себе представить. — Она снова изучала свои руки. — И, несмотря на все мои переживания, я все равно всегда чувствовала себя другой, немного отстраненной. — Она встретилась со мной взглядом. — Кажется, я наконец-то поняла почему.

Люди казались сверхъестественными существами, просто у них более короткая и хрупкая жизнь. У нас тоже было много драм, но, возможно, не в таких масштабах. Мы были более терпеливы. Скажем, если мы хотели отомстить, что ж, иногда на это уходило десять лет. У нас было гораздо больше времени, чтобы все обдумать.

— Ты можешь рассказать мне о своем мире? — спросила она, изучая свои пальцы. Казалось, ей было все равно, но я знала, что это не так. Я заметила, как слегка дрожат ее руки.

Будто они заранее рассчитали время своего появления, входная дверь с грохотом распахнулась.

Раздался голос Максимуса:

— Джесса, ты в порядке? — В его тоне слышалось мрачное предупреждение.

Вчетвером они прокрались в гостиную. Судя по выражению их лиц, они пришли сюда, ожидая худшего. Я предположила, что они услышали голоса и задались вопросом, кто еще был в их доме. Комната казалась меньше, когда они обступили меня полукругом, возвышаясь надо мной и Мишей. Она выглядела одновременно испуганной и благоговейной, когда отпрянула назад, ее взгляд блуждал между их четырьмя лицами.

— Ребята, познакомьтесь с Мишей, моей сестрой. — Да, я признавала наши отношения. Казалось глупым не делать этого. Насколько я знала, она была такой же жертвой наших родителей, как и я.

На ее лице появилась легкая улыбка, а глаза засияли, такие яркие зеленые, с едва заметными голубыми искорками. Черт бы побрал ее за потрясающие бирюзовые глаза.

— Итак, ты хотела узнать о мире сверхъестественного, — сказала я, махнув рукой себе за спину. — Компассы могут быть просто идеальными примерами, поскольку они представляют четыре из пяти рас.

Четверка больше ничего не сказала, они стояли в своей позе «устрашения», их лица ничего не выражали, кроме пристального взгляда. Неудивительно, что Миша съежилась, как ягненок, брошенный на растерзание львам.

— Хорошо, во-первых, как я уже сказала, существует пять рас. Здесь не представлены полу-фейри. — Я перечислила существ, которые подпадали под это определение. Лицо Миши стало болезненно-бледным, когда она осознала истинные масштабы нашего мира. — Полу-фейри живут только в защищенных сверхъестественных сообществах. Те несколько раз, когда они давали о себе знать людям… Ну, скажем так, все шло немного наперекосяк.

Я была королевой недосказанностей. Вспомните озеро Лох-Несс, снежного человека и горгулий.

— У нас здесь много троллей. Они добывают золото и драгоценные камни под землей. В результате все в Стратфорде невероятно богаты — не то чтобы мы испытывали нужду в деньгах. Большинство полу-фейри родом из умирающих земель Волшебной страны. — Я встала и подошла к Джейкобу. От него пахло лесом и холодным ночным воздухом, в его белокурых волосах запуталось несколько листьев. — И Джейк тоже. Он настоящий фейри, происходящий из волшебной страны.

— Рад с тобой познакомиться, — сказал он, улыбаясь ошеломленной девушке. Он сверкнул двумя ровными рядами очень белых зубов. Миша, вероятно, не заметила в них угрозы.

Не было ничего необычного в том, что Четверка так защищалась, но я была немного удивлена, что они увидели в Мише какую-то угрозу.

— Фейри особенно привязаны к природе и четырем стихиям, — закончила я.

Джейкоб быстро продемонстрировал свои навыки, призывая — одно за другим — огонь, ветер, воду и землю. Земля содрогнулась, когда он сдвинул камень под нами, к счастью, он не счел нужным устраивать полномасштабное землетрясение.

Я прикоснулась к гладкой шелковистой ткани его рубашки.

— Фейри совершенно чужие. Джейка приручили его братья и я, но, как правило, они держатся поближе к себе подобным и проводят много странного времени в лесу, объединяясь в группы. — Джейкоб легонько потрепал меня за ухом. — Ты отчислена. — Я подняла руку и махнула ему, чтобы он уходил. Я почувствовала, как у него заурчало в груди, когда он отошел назад и встал за диваном.

— Тай, — я подняла брови, глядя на него. — Спереди и в центре.

Я не поворачивала головы, я чувствовала запах магии, исходящий от его кожи. Он произносил заклинания в лесу.

— Тайсон — маг, они пользуются магией. Мужчины — маги, женщины — ведьмы, и если они особенно могущественны и переходят на следующий уровень, их называют колдунами и чародейками.

Тайсон отсалютовал ей, коснувшись рукой своих каштановых волос. Его глаза цвета жимолости внимательно наблюдали за мной, но он ничего не сказал.

— Те, кто использует магию, черпают силу из природы, из энергии Земли. Они ближе всего к людям, у них меньше «сверхъестественных способностей», чем у остальных из нас. Они используют слова и заклинания, чтобы направлять свою энергию. И они страшные и подлые ублюдки.

Она слегка вздрогнула от моего ругательства. Я скрыла усмешку, но Компассы не потрудились это сделать. Все четверо расплылись в улыбках с ямочками на щеках.

— Макс, — сказала я, игнорируя их.

Массивный вампир стоял у меня за спиной, и меня окутывала его особая сила.

— Максимус — вампир.

Миша прикрыла рот руками, но вместо страха, который я ожидала увидеть, в ее взгляде было что-то еще. От нее не пахло страхом, от нее веяло… интересом. Я встретилась взглядом с Максимусом и несколько раз удивленно приподняла брови. Он был чертовски привлекателен, но бедная Миша даже не подозревала, что позволяет ему и всем остальным узнать о своих чувствах. Я продолжила говорить, надеясь отвлечь ее от любовных мыслей.

— Вампиры похожи на легенду, но в то же время и нет. Они пьют кровь, но также нуждаются в пище. Солнце им не вредит, и они обладают сверхчувствами. Скорость, зрение, вкус, осязание и обоняние. Они могут подчинить себе любого, кто слабее, — не позволяй им пристально смотреть на тебя. Если они сильнее тебя, они завладеют твоим разумом.

Я была почти уверена, что она даже не слушала меня, так как она все еще смотрела ему прямо в глаза, к счастью, Максимус не воспользовался этим. Брекстон заменил его прежде, чем я смогла позвать дракона.

— Брекстона ты, возможно, видела в ратуше. Он — дракон-оборотень, такой вид встречается редко и является доминирующим. Существует много разных форм оборотней. Наша семья — волки, вторая по доминированию форма, но каждая группа спорит о лестнице власти. — Львы, в частности, были очень высокомерны, считая, что они на вершине. — Как правило, дети-оборотни — это те же животные, что и их родители, но если спаривание не со своим видом, то животное может пойти в любую сторону, но не более чем на одно животное. У оборотней тоже есть энергия земли. Мы сильны, выздоравливаем невероятно быстро, можем отличить правду от лжи по колебаниям запахов и гормонов…

— Неужели у вас действительно может быть только одна изменчивая форма? — спросила Миша. Она подалась вперед на диване.

Я несколько раз моргнула, глядя на нее.

Брекстон заговорил прежде, чем я успела ответить.

— Почему ты спрашиваешь?

Она покачала головой. Ее волосы, которые были намного длиннее моих, упали ей на лицо.

— Просто я всегда мечтала о том, чтобы иметь возможность превращаться. — Она посмотрела на нас обоих. — Но в этих снах я не была волком… Я была драконом.

Я не могла вымолвить ни слова, поэтому Брекстон ответил ей.

— У тебя не может быть больше одного животного, двойных оборотней не бывает, но поскольку ты никогда раньше не превращалась… Что ж, может быть, ты — дракон.

— 4-

Глаза Брекстона были такими же широко раскрытыми, как и у меня, когда он встретился со мной взглядом; мы почти беззвучно общались. «Могла ли она быть драконом-оборотнем?» спрашивала я его, зная, что это сделало бы Мишу единственной известной на сегодняшний день женщиной-драконом-оборотнем. Брекстон кивнул в ответ, и его голубые глаза напомнили мне, что дракон — это аномалия, случайная особенность ДНК или что-то в этом роде. Это не передается от родителей к детям. Отец Брекстона был львом-оборотнем.