Джейми Шоу – Безумие (ЛП) (страница 11)

Всего несколько человек поднимают руки. Адам не в их числе, как, впрочем, и я. Даже несмотря на то, что я зашла на сайт и распечатала план, не хочу привлекать к себе внимание.

Доктор Пуллмен вздыхает.

— Ну, он там есть, если захотите взглянуть. Обязательно ознакомьтесь с ним, прежде чем придете ко мне распускать нюни по поводу недовольства моим курсом. Если вы не хотите здесь быть, у вас есть время до следующей недели, чтобы отказаться от курса и вдобавок получить возврат денег. Как видите, — он указывает рукой на аудиторию, — у меня будет большая нагрузка, с вами или без вас.

Он идет в угол кабинета и открывает ноутбук, запуская проектор.

— Что ж, давайте начнем?

Ничто в аду не сможет заставить меня сосредоточиться на предмете из-за девушки, сидящей рядом с Адамом и периодически запускающей пальцы в его мягкие каштановые волосы на затылке. Я знаю, какие мягкие его волосы наощупь. Кончики моих пальцев всё еще помнят, как это прекрасно ощущалось, и у меня серьезные проблемы с тем, чтобы не сломать карандаш пополам и не запустить в неё смертоносные обломки.

Когда занятие заканчивается, Адам первым встает со своего места и покидает кабинет. Лэти подталкивает меня локтем.

— Ревнуешь?

— А?

Я безуспешно пытаюсь быть равнодушной, пока мы собираем рюкзаки.

— Если бы взглядом можно было убить, клянусь, там бы сейчас лежало трое мёртвых фанаток-потаскушек, — поддразнивает он, улыбаясь.

— Я не ревную.

Я так ревную. Я ревную из-за всего того, от чего отказалась менее двух дней назад, хоть и знаю, что сделала правильный выбор. Господи, да я только закончила отношения. Вероятно, и пяти минут не прошло, как я встретила Адама. И, безусловно, он — гуляка, который, не исключено, в тот момент был именно тем, в ком я нуждалась. Но он не тот, кто нужен мне в долгосрочной перспективе. Независимо от того, что чувствую — я должна пережить это.

Лэти ухмыляется мне.

— Как скажешь, Роу-Йоу.

Пока мы выходим из Джексон Холла, он возмущается по поводу того, какой Доктор Пуллмен упрямый человек и какими адскими будут занятия. Я отчасти сосредоточена на нем и отчасти окидываю нервным взглядом каждый коридор, который мы проходим, чтобы убедиться, что не пересекусь с Адамом.

– Ты всегда такая дёрганая?

Нахмурившись, смотрю на него.

— Я что, на самом деле дёрганая?

– Как маленький миленький бурундучок… под кокаином.

Я смеюсь и поправляю шарфик, проверяя, что он всё еще прикрывает отметину, оставленную на мне Адамом.

— Думаю, я просто всё ещё волнуюсь из-за начала занятий. К тому же, этим утром я употребила слишком много кофеина.

— Ничего подобного!

Лэти открывает мне дверь, его широкая улыбка, когда он опускает очки на глаза, поднимает мне настроение. Мы замедляемся и останавливаемся на пешеходной развилке.

— Ну, увидимся в среду? — спрашивает он.

— Ага! Увидимся, Лэти.

— Чао, Ро-бот!

В ту минуту, как Лэти исчезает из поля зрения, мои плечи опускаются, и я чувствую себя так, словно на меня только что рухнула тонна кирпичей. Не знаю, куда исчез Адам, но поспешно пересекаю газон кампуса, словно по крышам крадется снайпер, пытаясь взять меня на мушку. Подозрительно оглядываюсь по сторонам, и мое бешеное сердцебиение не замедлилось, пока я не забежала в Хоффман Холл, поднялась по лестнице и вошла в кабинет 204.

— Роу!

Ди кричит с галерки, но я до сих пор в таком оцепенении, что с трудом встречаюсь с ней взглядом до того, как заваливаюсь на стул рядом. Этот кабинет имеет более классический вид: небольшие парты стоят рядами перед доской.

— Как прошел первый урок?

Её возбуждение окатывает меня, вытягивая из собственных размышлений.

— Было… интересно. Думаю, у меня появился новый друг. А у тебя?

Она начинает бессвязно рассказывать о сексуальном парне, который сидел рядом с ней на биологии. Я киваю и улыбаюсь, улыбаюсь и киваю, то и дело вставляя «ах» или «вау», или «круто». Я испытываю запредельное облегчение, когда наш профессор по Риторике заходит в кабинет и начинает лекцию. Мой мозг переполнен. Переполнен Адамом и… Адамом. О Боже.

Доктор Ви гораздо любезнее Доктора Пуллмена. Она начала занятие, попросив нас назвать классу свои имена, профилирующие предметы и рассказать что-то интересное о себе. Когда подходит моя очередь, я слишком занята размышлениями о пальцах той девушки в волосах Адама, чтобы что-нибудь придумать.

Я встаю.

— Меня зовут Роуэн Майклз. Я ещё не выбрала профилирующий предмет, но подумываю о лингвистике. И, эм… что-то интересное… — я совершенно лишаюсь дара речи, когда неловкая пауза затягивается. — Эм…

Боже мой, в голове совершенно пусто. Что-нибудь интересное обо мне? Ничего нет! Сказать «На прошлых выходных я целовалась с Адамом Эверестом в его гастрольном автобусе» было бы совершенно неуместно, но я больше ни о чем другом не могу думать.

— И она может засунуть одиннадцать зефирин в рот одновременно! — кричит Ди, чтобы заполнить ужасающую тишину.

Это она говорит о том разе, когда мы с компанией друзей сидели у костра и пытались увидеть, кто сможет набить свой рот как можно большим количеством зефирин. Я одержала полную победу. Тогда как мой смех был приглушен зефиром, заполнившим мой рот, все остальные практически сошли с ума. Мы истерически смеялись, заливаясь слезами. Ди хохотала как гиена, пока не свалилась с садового стула, от чего я так сильно рассмеялась, что чуть не подавилась зефиркой.

Класс смеется, а Доктор Ви награждает меня понимающей улыбкой.

— Это, безусловно, талант, Роуэн.

Когда, в конце концов, сажусь на место, мои щеки краснеют от смущения, и я борюсь с желанием закрыть лицо руками. Ди неуверенно улыбается мне и пожимает плечами, а я неодобрительно качаю головой, прижимая ладони ко лбу. Слишком много для первого впечатления.

Когда занятие заканчивается, я чувствую себя уставшей, поэтому отправляюсь в общежитие Ди и падаю лицом вниз на её матрас. У неё остался ещё один урок, а затем мы встретимся здесь, чтобы решить, куда пойти поужинать.

Я чертовски сильно хочу рассказать ей об Адаме. Вот только не думаю, что Ди — самый подходящий человек, который может дать мне совет. Она всё ещё пытается убедить меня поджечь автомобиль Брейди или заменить все его шампуни на… что ж, тот разговор, безусловно, не является тем, что я хочу надолго зафиксировать в памяти.

Спустя полтора часа она врывается в комнату и запрыгивает на кровать, от чего я подскакиваю.

— Обожаю колледж!

— Как я и говорила.

Я рада видеть её такой счастливой. Сколько себя помню, она всегда ждала этот день, и, честно говоря, я немного волновалась, что он может не оправдать её ожиданий. Я рада, что ошибалась. В кои-то веки.

Мейси сидит на своей кровати в противоположном углу комнаты с ноутбуком на коленях. Она отрывает от него взгляд и интересуется:

— Тебе понравилось на занятиях, Диандра?

Ди застывает, шокировано вытаращив глаза от того, что Мейси пытается разговаривать. В жизни, а не в интернете. С другим человеком.

— Да, Мейси. А тебе?

Краешком глаза Ди бросает мне взгляд, в котором читается «О Боже мой!», но я делаю вид, что не замечаю и жду ответа Мейси.

— Думаю, на занятиях было неплохо.

— Какие предметы ты выбрала? — интересуюсь я.

Именно так я вовлекаю Мейси в разговор, который закачивается тем, что я настаиваю, чтобы она пошла с нами на ужин. В закусочной в центре города (так как по утверждению Ди в кампусе еда на вкус, как подошва) Ди, не обращая внимания на Мейси, без умолку трещит, так что, полагаю, она не огорчена тем, что я пригласила соседку. Мейси сидит за столом, молча жуя картошку фри. Она маленькая и худенькая, с прямыми черными волосами, бледным лицом и немного крупноватыми и темными для её лица глазами. Но у неё дружелюбная улыбка, и я хочу помочь ей стать менее замкнутой.

— Итак, в моём классе есть один парень, — говорю я. — Его зовут Лэти.

— Ооох, — восклицает Ди. — Он секси?

— Он… он определенно «нечто».

Я хихикаю, а Ди удивленно поднимает бровь.

— Уверена, вам двоим очень понравилось бы вместе покупать обувь, если ты понимаешь о чём я.

— Друг-гей?! У тебя уже есть друг-гей?! Так не честно! Я тоже хочу!

Я смеюсь и делаю глоток Колы.

— Возможно, мы должны пригласить его потусоваться куда-нибудь.