Джейми Макгвайр – Мое прекрасное забвение (страница 65)

Ланден посмотрел сперва на меня, потом бросил взгляд на коридор и вновь вернул его на меня.

– Я… я прошу прощения, – сказала я, протягивая ему нашу визитную карточку. – Вот телефон салона. Кэлвин работает по средам и четвергам, только по записи.

Ланден принял визитку.

– А я и не знал, – пугливо улыбнулся он.

Дверь зазвенела, когда он ушел, и я направилась прямиком в зал Трентона.

– Что это, черт побери, было?

– Он пригласил тебя на свидание!

– И что?

– И что? Да мне следовало надрать ему задницу!

Я вздохнула и зажмурилась.

– Трент, у меня все было под контролем. Ты не можешь отпугивать клиентов каждый раз, когда они со мной флиртуют. Для этого Кэл и нанял меня.

– Он не нанимал тебя для того, чтобы с тобой флиртовали. Он нанял…

– Горячую штучку на ресепшен. Ты сам предложил мне эту работу, не забывай.

– Он даже не спросил для начала, есть ли у тебя парень! Даже полный идиот начал бы с этого!

– У меня все было под контролем, – повторила я.

– Не слышал, чтобы ты ему отказала…

Я поморщила нос.

– Я уклонилась от вопроса! Не могу же я отшить его прямо в приемной! Это называется профессионализмом.

– Ах вот как это называется!

Я прищурилась, глядя на него.

– Ты могла бы сказать ему, что у тебя есть парень.

– Значит, в этом все дело? В том, что я не разглашаю о своем новом статусе, как на митинге? Может, мне еще сделать на лбу татуировку: «Девушка Трентона»?

Выражение его лица смягчилось, и он усмехнулся.

– Я бы с радостью сделал такую татуировку в каком-нибудь другом месте.

Я раздраженно зарычала и вернулась в приемную. Трентон вприпрыжку побежал за мной.

– Не такая уж и плохая мысль, – только отчасти шутя, сказал он.

– Я не собираюсь делать на себе татуировку с твоим именем, – сказала я, возмущенная тем, что он вообще допускал такую мысль.

На первой неделе рождественских каникул Трентон уже набил татуировку маков ярко-вишневым цветом, а за два дня до Рождества добавил на ту же руку рисунки в стиле «трайбл» и ярко-зеленый вихрь облаков. Через неделю после Нового года я приобрела роскошную распустившуюся красную розу с желтыми акцентами. Еще немного, и я стану обладательницей замысловатого и крутого «рукава». Мы уже окрестили наши сеансы «болетерапией». Обычно я что-нибудь рассказывала, а Трентон набивал рисунок и слушал. Я обожала это совместное время, а еще то, что куда бы я ни пошла, со мной всегда были его восхитительные произведения искусства.

Трентон сел на стойку и уперся ладонями о столешницу фирмы «Формика».

– Может, я как-нибудь спрячу свое имя среди твоих татуировок…

– А может, я разобью твою машинку на миллион кусочков, – ответила я.

– Ух ты! Да она не на шутку взбесилась! – сказал он, спрыгивая со стойки и становясь рядом со мной. – Ну уж извини, что отвадил от тебя парня. Правда, в этом я не раскаиваюсь, лишь в том, что разозлил тебя. Но сама подумай. Я не собирался делать ему татуировку после того, как он клеился к моей девушке. Поверь, так было лучше для всех.

– Прекрати так разумно рассуждать! – фыркнула я.

Трентон обнял меня со спины и зарылся лицом у меня на шее.

– Я уже почти не раскаиваюсь, что взбесил тебя. Ты чертовски сексуальна, когда злишься.

Я шутливо толкнула его локтем под ребра, и дверь снова зазвенела. К стойке подошли Колин и Чейз, последний скрестил руки на груди.

– Тату? – спросила я. Однако братья не были настроены шутить.

Трентон ослабил объятия.

– Чем можем вам помочь, парни?

Колин нахмурился.

– Нам нужно поговорить с Камиллой. Наедине.

Трентон покачал головой.

– Этого не будет.

Чейз прищурился и подался вперед.

– Она, черт тебя дери, наша сестра. Мы не спрашиваем твоего разрешения, Мэддокс.

Трентон изогнул бровь.

– А стоило бы, вы просто об этом еще не в курсе.

Глаз Колина нервно дернулся.

– Я пришел поговорить с сестрой. Камилла, выйди на улицу. Быстро.

– Колин, ты можешь поговорить со мной и здесь. Что вам нужно?

Брат сердито глянул на меня.

– Ты правда хочешь поговорить об этом здесь?

– О чем ты собирался поговорить? – спросила я, пытаясь сохранять спокойствие.

Я не сомневалась, что, если мы выйдем наружу, кто-нибудь из братьев сорвется, и тогда драки не миновать. Безопаснее оставаться внутри.

– Ты не появилась на День благодарения. Отец сказал, что ты работаешь. Ну и ладно. Потом ты не появилась на Рождество. Твой стул пустовал и в новогоднюю ночь. Камилла, что, черт побери, происходит? – возмутился Колин.

– У меня две работы, а еще я учусь. Просто так сложилось в этом году.

– На следующей неделе день рождения отца, – сказал Чейз. – Тебе, черт побери, лучше там появиться.

– Или что? – сказал Трентон.

– Мэддокс, это ты мне, что ли, сказал? – фыркнул Чейз.

Трентон задрал подбородок.

– Ей лучше появиться или что? Что ты сделаешь, если она не придет?

Чейз облокотился о стойку.

– Тогда я приду за ней.

– Не придешь, – сказал Трентон.

Колин тоже подался вперед.