Джейд Дэвлин – Магомама, или Попаданка наоборот (СИ) (страница 26)

Я вообще не понимаю, как Шура справлялась, даже учитывая кучу местных электромагических приборов вроде стиралки и духовки. Я боевая магичка, вот вообще не приспособленная к ведению хозяйства, и я к концу выходных натуральным образом озверела, особенно после того, как пришлось «помогать детям с уроками». Сильно прямо я удивлена местным образованием. Кто здесь учится, дети или родители?! Что значит «родители должны учиться вместе с детьми»? Почему надо делать для школы какие-то презентации такого уровня, с каким ребенок сам железно не справится? А потом еще соревноваться на уроке, чьи мама или папа больше времени в выходные убили на создание этого чудища. Поэтому, когда в воскресенье в десять вечера Антон вдруг вспомнил, что завтра на урок надо принести макет чего-то неудобоназываемого из природных материалов, и Шура заполошно начала кудахтать в моей голове про то, что надо срочно напялить дождевик и мчаться в ночь и дождь в сквер, набирать тех самых материалов, я взбунтовалась. И твердо заявила дитю, что если он не вспомнил про задание вовремя это его проблемы, а не мои. Двойка? Ну-у-у печально. Но не смертельно. Двойки я боюсь меньше, чем темноты и насморка. И потому все идут спать. Даже мама-супергерой идет спать, потому что ей завтра на новую работу, зарабатывать на новый телефон. Та кнопочная коробочка, которую я по совету Шуры достала с верхней полки шкафа, мне почему-то понравилась гораздо меньше, чем предыдущая стеклянная вещица.

Дети впали в изумление настолько, что уснули почти сразу. Ну-у-у я их за выходные вымотала, конечно, хотя и сама вымоталась бесконечным «мам-мам-мам!» по любому поводу каждые тридцать секунд. Даже в туалете умудрялись достать. Шура посмеивалась и называла это все «счастливым материнством». А я тихо ругалась под нос, вздыхала и с ужасом думала, что погорячилась с новой работой: если там будет примерно то же самое, я рехнусь раньше, чем заработаю на еду.

Глава 35

«Да на работе все будет в пять раз легче, чего ты так волнуешься? — утешала меня Шура в понедельник утром. — Все женщины на работе от семейного отдыха отдыхают, чтоб ты знала. Нам сейчас важнее вовремя поднять детей, умыть-покормить-одеть, проверить, чтобы ничего не забыли, и вовремя доставить в школу».

«Ну знаешь! — я заметно нервничала, а от этого дела у меня обычно просыпается ослиное упрямство. — Пора детям привыкать к тому, что свои вещи и дела нужно контролировать самим. Я вчера помогала им складывать все нужное в ранцы, мы проговорили и про форму, и про пластилин для Пашки. А насчет завтрака вот что: тот, кто не успеет помыться, не успеет и позавтракать. И не пищи! За один день без завтрака не умер еще ни один мальчишка во всех мирах. Походит голодный до обеда завтра встанет пораньше и все успеет».

«Ты не бухти, ты вставай, а то сама все проспишь! — мысленно пнула меня Шура, которая сегодня выполняла функцию будильника. — Если ты думаешь, что высосанное по ночам из сети электричество поможет тебе справляться с повседневными делами, то я тебя огорчу. Фокусы тут не помогут, надо впахивать».

«Да посмотрим еще! — азартно заспорила я, выползая из-под одеяла и магией призывая из-под дивана тапочки. — Видела? Тридцать секунд мы уже сэкономили!»

И правда, я собиралась бессовестно жульничать. Боевая я магичка или где? Вот если одеяло у бурчащего и ворчащего в нежелании просыпаться Антошки само начнет уползать на пол, а в комнате незаметно так похолодает, дите само прекрасно проснется. А мама может сделать невинные глаза, незаметно расколдовав постельное белье так, чтобы оно безвольной тряпочкой валялось на полу и даже намека на подрывную деятельность не давало. Если вовремя кивнуть в сторону одежды при этом, ребенок и оденется сам, да быстро так! И форточку поскачет закрывать.

С Пашкой было проще, там можно было не маскироваться, сын аж взвизгнул от восторга, когда школьная рубашка со спинки стула сама перепорхнула к нему на кровать, и радостно подскочил сна ни в одном глазу. Я ему подмигнула и пошла нахально жонглировать на кухне чашками, держа их в воздухе силой магии и разогревая воду прямо в них, пока никто не видит.

«Ну и чего ты про хозяйство ныла? — хмыкнула Александра. — С твоими способностями можно еще пятерых нарожать и прекрасно со всем справляться».

«Тьфу на тебя! — испугалась я, быстро опуская чашки на положенное им место. — Нельзя так пугать. Лучше скажи, как до школы будем добираться, две ночи за рулем этого мало для нормального вождения. Толку, что ты мне спать не давала, гнала на улицу в этого железного монстра и заставляла им управлять? Сама же первая скажешь, что детей в одну машину со мной сажать нельзя».

«Потому я тебя на полчаса раньше и разбудила, — вздохнула Шура. — Поедем на автобусе тебе еще предстоит обрадовать этим фактом мальчишек».

Ну-у что сказать. Я обрадовала, а они чего-то не обрадовались. И если Антон всю дорогу бурчал, что только лохи ездят на общественном транспорте, когда во дворе стоит машина, а в телефоне есть приложение для вызова такси, то Пашка для разнообразия тихонечко ныл на тему: «мама, ты же супергерой, давай отойдем за дом и оттуда полетим, в тучах никто не заметит». Я подпихивала обоих в сторону остановки и зорко оглядывалась по сторонам, краем уха прислушиваясь к инструкциям и комментариям Шурочки.

Во-первых, инстинкт боевой магички так просто не уймешь, и я привычно отслеживала любую опасность поблизости от себя и детей, включая, например, несущегося не по правилам железного монстра или бывшего мужа с намерением поскандалить, а во-вторых, выискивала глазами бесхозного домашнего духа. Ну мало ли у нас эту нечисть можно и в лесу под кустом найти, если бедолага остался бездомным. А уж в городе и подавно: эти тварюшки плодятся на хороших харчах, как кошки, а лишних повзрослевших деток в определенном возрасте безжалостно выпихивают в большой мир, чтобы искал себе дом и кормовую базу самостоятельно. Как назло, ни одного даже самого завалящего духа не попадалось. Печально я очень надеялась приспособить тварьку к домашней работе. Эх. Пока я зорко поглядывала по сторонам, в основном отслеживая совершенно определенные вещи, Шура умудрилась обратить внимание на совсем другой факт: «Слушай почему они все так пялятся?»

«Кто?» — машинально переспросила я, мысленно рассчитывая время и с некоторым ужасом косясь на особенно большие железные ящики на колесах «автобусы». Как Александра не боится детей вот в это сажать?

«Да ты ослепла, что ли? Мужчины! Ну-ка быстро отойди вон за тот рекламный щит и проверь, может, у тебя что-то с одеждой не в порядке? Трусы из джинсов торчат, не знаю, пятно на каком-нибудь месте, лямка лифчика порвалась».

«Да ты рехнулась, женщина! — я, наконец, перестала сканировать пространство в поисках монстров, больших и маленьких, и поймала несколько заинтересованных мужских взглядов. — При чем тут пятно и лифчик?! Нормальная реакция молодых мужчин на очень красивую и хорошо одетую женщину, что тебе не нравится?»

«На меня?! — поразилась Шура. — Тьфу, то есть на тебя? В смысле, на нас?! На взмыленную толстую тетку с двумя детьми-школьниками, в джинсах, кроссовках и старой ветровке?!»

«Так, я не поняла, мы это вроде бы уже проходили. Между прочим, я не взмыленная толстая тетка, а красивая женщина в самом расцвете молодости, к тому же способная рожать сыновей. Ну, это если уж так упираться в мужское понимание женского предназначения. И вообще, Шур, завязывай со своими этими, как вы их тут называете комплексами, вот. Привыкай быть красавицей. И вообще, пялящиеся мужики это сейчас наименьшая из наших проблем».

«Да уж, большая проблема вон стоит таращится, — вдруг очень нервно выдала Александра. — Чтоб ему пусто было, козлу, ой. Знаешь, ты плохо влияешь на меня, я начала ругаться вслух там, где всю жизнь молчала».

Глава 36

Тьфу ты! Не было печали, твари накричали. Вот подумала про бывшего мужа как про опасность и возможный скандал получите. Стоит, козлина безрогая, возле машины, опершись на нее спиной, и сверлит меня взглядом василиска. Мог бы — окаменил бы. Что примечательно, на сыновей не смотрит именно на меня вытаращился, оглоед. И не у самого дома встал, не во дворе, а дальше, за аркой, в которой уже видны спешащие по широкому проспекту железные ящики, «автобусы» и «троллейбусы». И мы с детьми выскакиваем из полумрака глубокой арки прямо на него.

Я встретилась взглядом с этим неприятным сюрпризом и изобразила несложную пантомиму: чуть приподняла подбородок и прищурилась. Чем сразу слегка поумерила его воинственный настрой. Он, похоже, рассчитывал, что от неожиданности я растеряюсь, начну, как раньше, пугаться, мямлить и избегать конфликта всеми силами. А я тут топаю с уверенным видом прямо на него и глаз не отвожу. Не знаю, чем бы это все кончилось, вот честное слово, не знаю. Я была решительно настроена раз и навсегда отбить у Виктора желание устраивать подобные засады, особенно на детей. Он ведь, гад, нарочно подстроил, чтобы не одну меня встретить, а именно с мальчишками. Типа, я буду покладистее, если ему будет чем припугнуть, шантажировать и просто наезжать, используя материнское беспокойство за душевное состояние детей. Да только просчитался, гусь копытный. Шура у меня в голове тоже ругалась разными словами и готова была в бой идти.