Джей Райтс – Скажи: «Убей меня» (страница 35)
Тут она уставилась ошалелыми глазами в угол комнаты и наконец одним резким движением сорвала изоленту с губ.
– Он сзади! – сразу же закричала она.
Рука с зажатым в ней молотком уже взмыла в воздух, когда Билл начал поворачиваться. Удар пришелся точно в плечо – и так изрядно пострадавшее, когда он пытался выбить дверь.
– Сука, – вскрикнул Билл; его глаза вспыхнули ненавистью. – Это моя любимая рубашка!
Он от души заехал Егору в живот ногой в тяжелом ботинке, отчего тот упал на пол, выронив свое оружие. Билл наклонился, поднял истязателя за шиворот и отправил ему пару хороших хуков в голову.
– Как же давно я хотел сделать это… Зачем только сдерживался? – прорычал он, глядя противнику прямо в глаза.
В этот момент Егор резко дернул головой, разбив нос Билла в кровь. В ушах зазвенело. Линда слезла с адского кресла, чтобы выбраться из комнаты и позвать кого-нибудь на помощь. Егор, заметив это, вновь подобрал молоток и направился к ней.
– А ну стой, ублюдок, куда собрался? – рявкнул Билл, поднимаясь и оттаскивая его назад за ворот рубашки.
Другой рукой он выудил из кармана телефон и кинул Линде, одновременно пытаясь удержать за шиворот размахивающего молотком психопата и уворачиваясь от ударов.
– Звони в полицию!
Смартфон отлетел к стене, а Линда метнулась за ним.
В это время Егор вывернулся и ударил Билла коленом в пах. Не закрытый в спешке перочинный нож в кармане вонзился в бедро. Билл завопил от резкой боли, а Линда обернулась от неожиданности и застыла.
Тогда в одно мгновение все звуки для нее пропали, а воздух стал таким плотным, что можно резать на куски. Затем жизнь снова ворвалась в уши гулкими, тяжелыми ударами из груди. Внутри стало так горячо, словно все органы разорвались и закровоточили разом.
Она смотрела, как медленно, под вой полицейских сирен где-то вдали, острый нос кровельного молотка приближался к голове Билла, сжавшегося от боли на полу…
Что из увиденного и услышанного ей реально? Может, она просто бредит из-за жара? Веки больно упали, погружая все во мрак, приоткрылись еще раз совсем ненадолго, и тогда стало совсем темно…
***
– Линда, очнулась? Папа здесь! Как ты, девочка моя?
Она почувствовала невесомые шлепки по щеке. Слепящая белизна заливала все пространство больничной палаты. Рядом попискивал аппарат, к которому вели провода от датчиков, закрепленных на ее теле. Прямо перед ней сидел отец.
– Папа? Как я здесь оказалась? – Линда приподняла голову и завертела ей, оглядываясь по сторонам. – Где мама? Где Билл?
– Тихо-тихо! Лежи, – проговорил отец, мягко укладывая ее голову обратно на подушку. – Все в безопасности. Ты была без сознания… Из-за шока и передозировки снотворного. Травм у тебя почти нет. Только пара ушибов из-за падения.
Андрей Иванович замолчал, обдумывая что-то и глядя на дочь ласковым взглядом. Он погладил ее по голове и протянул стакан с водой. Линда отказалась пить и закрыла глаза еще на несколько минут. Следователь позвал медсестру, которая сняла показания аппарата, измерила ей температуру и обещала, что врач придет, как только освободится. Спустя полчаса Линда начала активнее расспрашивать отца о произошедшем.
– Он с тобой нежнее всех обошелся. Если бы еще не подпорченный кофе…
– Кофе? Ты о чем?
– Он подсыпал тебе авторский коктейль из наркотиков и транквилизаторов…
– Так вот в чем дело… – она помолчала, пытаясь припомнить, сколько кофе она выпила. Перед глазами мелькнула красная сумочка.
– А мама и Билл в сознании?
– Да, они в порядке. – Дима вышел ненадолго. Покурить и в магазин. Маму мы отправили домой. Она две ночи не спала… Все так ждали твоего пробуждения. Ты приходила в себя дольше всех.
Линда выдохнула с облегчением и едва заметно улыбнулась, хотя взгляд ее еще казался уставшим.
– Прости меня, милая, старый дурак должен был раньше все понять. Я должен был быть внимательнее к тебе. Вечно в работе…
– Перестань. Ты ведь предупреждал меня…
– Если бы больше замечал перед собственным носом, ты бы и не оказалась связана с этим человеком. – Глаза следователя увлажнились от сожаления и боли. Линда еще никогда не видела отца таким.
– Да брось, па. Я и сама хороша… А знаешь, как я волновалась? Когда увидела сообщение про реанимацию, я думала, с ума сойду. Ведь и с тобой могло что-то случиться в любой момент. Зато… – В ее глазах появилась игривая хитринка. – Посмотри, какая я молодец. Я же тебе серийника поймала!
Отец неуверенно рассмеялся.
– Ну ты же моя дочь!
Он одобрительно погладил ее по голове и прижался небритой щекой, осторожно обнимая, а Линда в ответ обхватила его плечи своими все еще непослушными руками.
Тут в палату, прихрамывая, вошел Билл.
– Линда! Проснулась наконец. – Он бросился к койке, забыв о больной ноге.
– Ладно, молодежь, теперь моя очередь курить, а вы тут пообщайтесь, – понимающе произнес Андрей Иванович и похлопал парня по плечу, отчего тот невольно дернулся, ведь боль прошла еще не до конца.
Когда отец вышел, Билл, все еще стоя на коленях возле постели, провел ладонью по ее щеке и волосам, глядя на открывшиеся наконец глаза и наслаждаясь их удивительной прозрачностью, словно впервые. Слова никак не находились, да и попросту были не нужны.
Линда подняла руку и смахнула с его щеки слезу, незаметно выкатившуюся из уголка глаза, вернула на место прядь взъерошенных волос. Очевидно, все эти дни Биллу было не до причесок. Он наклонился. Прижался своими губами к ее, она благодарно приняла поцелуй, а после с испуганным взглядом спросила:
– Твоя голова в порядке? Я видела, как молоток…
– Глупая, неужели, думаешь, уличный волк не смог бы увернуться от удара какого-то поехавшего крышей чистоплюя? Зачем так переволновалась? А? – перебил он, засмеялся и потер плечо, отозвавшееся болью на движение.
– Значит, не зря отец когда-то выручал тебя из этих твоих
– Ага. Знал, что я тебе еще пригожусь… – Билл смущенно улыбнулся и опустил голову. – Зато и бегать я тогда научился неплохо.
На этих словах нога снова дала о себе знать, но он не подал виду.
– Это ты ему позвонил?
Билл прищелкнул языком и качнул головой.
– Не совсем. Я отправил ему сообщение еще до того, как приехал. Но оно не пригодилось. Он сам все понял, когда обнаружил пустой дом… и тут же связался с операми. Когда я боролся с этой сволочью, полиция была уже на подходе. Так что даже не знаю, помог ли я чем-нибудь или просто зря нервы всем помотал. – Он задумчиво почесал в затылке.
– Спасибо тебе, ты самый лучший. – Она посмотрела на Билла влюбленными глазами и погладила по щеке. Он смущенно улыбнулся.
– Еще Андрей Иванович сказал, что увидел на твоем ноуте открытую вкладку с той страницей с сайта Егора. Ты оказалась права… Все эти эксклюзивные работы были названы именами его жертв.
– В доме был еще кто-то?
– Ммм… Ты уверена, что не хочешь отдохнуть? Не слишком много разговоров сразу?
Он взял с тумбочки пакетик с яблочным соком, проткнул соломинкой и подал Линде. Она сделала два глотка.
– Нет, я хочу все знать. Я, знаешь ли, отлично выспалась.
– Кроме вас с мамой, никого… Никого живого, по крайней мере.
Билл откашлялся.
– Значит, Алина…
Билл потупил взгляд.
– Ясно… Но он кого-то звал.
– И это помнишь? В доме нашли дневник… Там были фотографии жертв, подробные записи об убийствах и еще кое-что странное… Он постоянно упоминал свою помощницу Софью и дочь Киру…
– Они живы?
– Ну… Как бы тебе сказать…
***
Бетонный пол почти полностью погасил звук падения, но он все равно привлек внимание Егора, который распрямился и замер, вперившись взглядом в неподвижное тело. Перед ним лежала маленькая девочка. Билл отполз в сторону и попытался осторожно вытащить нож из бедра.
– Кира? Доченька, как ты здесь оказалась?