Джей Джессинжер – Друг по переписке (ЛП) (страница 45)
25
А после я вся в эмоциональном хаосе.
Лежу лицом вниз на диване, задрав задницу кверху, рыдая в подушки, дрожа всем телом, потная и измученная. Эйдан склонился надо мной, прерывисто дыша. Его горячий лоб прижимается к месту между моими лопатками.
— О, детка, — шепчет он. — Не плачь. Все в порядке, милая. Все в порядке.
Он оставляет нежнейший из поцелуев на моем позвоночнике и медленно выходит из меня. Затем стаскивает плед со спинки дивана и заворачивает меня в него, а после садится, сажает меня к себе на колени и обнимает сильными руками.
— Такая охуенно красивая, — бормочет Эйдан, целуя мой лоб и мокрые щеки. — Ты моя хорошая, красивая девочка.
Я зарываюсь лицом в изгиб его шеи и плачу сильнее.
Эйдан крепче обнимает меня и мягко укачивает, бормоча нежные слова. Гладит мои волосы и ласкает, успокаивая и баюкая, как младенца.
Мы сидим так до тех пор, пока не кончаются мои слезы, и я не шмыгаю носом, пытаясь подавить приступ икоты.
Эйдан глубоко вдыхает, выдыхает и легко проводит кончиками пальцев по моему лицу. Прижимаясь щекой к моей макушке, он тихо говорит:
— Скажи мне, чего ты хочешь от меня.
Никогда раньше мужчина не спрашивал меня об этом.
Ну, технически это был приказ, а не вопрос, но я не придираюсь. Ошеломленная, ощущающая легкую боль и одновременно полностью удовлетворенная, я сажусь и обдумываю все, но потом решаю, что мне нужно больше конкретики.
— Ты имеешь в виду сейчас или вообще?
— Сейчас и вообще. Я хочу знать, что сделает тебя счастливой. Что заставит тебя все время чувствовать себя так, как я чувствую себя прямо сейчас.
Я поднимаю на него взгляд.
— Как ты себя сейчас чувствуешь?
Эйдан смотрит на меня сверху вниз, его глаза бесконечны и темны. Проводя кончиком пальца по моей нижней губе, он говорит:
— Возрожденным. Прощенным. Или, может быть… Я не знаю. — Какое-то время он колеблется. — Свободным.
Я застенчиво спрашиваю:
— Я заставляю тебя чувствовать себя свободным?
— Как будто я жил в темной пещере всю свою гребаную жизнь, а сейчас вышел на солнечный свет.
Слезы застряли у меня в горле, я закрываю глаза и теснее прижимаюсь к Эйдану. С неуверенностью в голосе я шепчу:
— Я никогда не встречала никого, похожего на тебя.
Его смешок мягкий и мрачный.
— Я приму это за комплимент.
— Это так. Рядом с тобой я всегда чувствую себя в безопасности. Ты раскрываешь ту мою сторону, о существовании которой я раньше даже не подозревала. Я чувствую, что могла бы рассказать тебе все, что угодно, мой самый темный секрет, худшую вещь, которую я сделала, за которую мне больше всего стыдно, и все было бы хорошо, — я колеблюсь. — Только…
Эйдан замирает.
— Что?
— Когда ты уходишь посреди разговора, я очень расстраиваюсь.
Через мгновение он кивает.
— Ладно. Я больше так не поступлю.
Воодушевленная, я продолжаю:
— И когда ты замолкаешь и не говоришь мне, о чем думаешь, я теряюсь. В чем-то ты очень энергичен, очень общителен, открыт и прямолинеен, но иногда кажется, что ты прячешься от меня.
Я делаю паузу, чтобы еще раз подумать. И отваживаюсь:
— Как будто ты беспокоишься, как я отреагирую, если узнаю тебя настоящего?
Эйдан целует меня, касаясь своими губами моих с нежностью, от которой у меня щемит сердце.
Затем он бормочет:
— О чем я беспокоюсь, так это о том, что отдам свое сердце женщине, которая все еще носит обручальное кольцо.
Печаль в его голосе заставляет мое сердце подпрыгнуть. Я шепчу:
— О, Эйдан. Мне очень жаль.
— Тебе не нужно извиняться. Или объясняться. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной объясняться со мной. Я знаю, что ты просто разбираешься с вопросами по ходу дела.
Под «делом» он имеет в виду нас. То, что мы делаем вместе, что бы это ни было. И в каком-то смысле он прав. Я разбираюсь с вопросами по ходу дела. Другого способа принять это нет. Эйдан ворвался в мою жизнь, будто метеор, падающий на землю, как раз в тот момент, когда я почти сломалась.
Но я не чувствую себя сломленной, когда я с ним.
Слишком ошеломленная и растерянная, чтобы продолжать разговор, я говорю:
— Хорошо. Ты хочешь знать, что мне нужно, чтобы быть счастливой прямо сейчас?
— Да.
Я улыбаюсь ему и дергаю его за бороду.
— Бокал вина и горячая ванна.
Эйдан опускает веки и мгновение молча смотрит на меня.
— Я могу сделать это.
— Спасибо.
Он поднимает брови.
— Ты ничего не забыла?
Я провожу рукой по его подбородку и улыбаюсь шире.
— Спасибо, сэр.
Эйдан долго смотрит глубоко в мои глаза. Затем он тихо говорит:
— Кайла, будь осторожна со мной.
Удивленная, я спрашиваю:
— Что ты имеешь в виду?
— Я знаю, ты думаешь, что я сильный. Но проблема с сильными людьми в том, что они не гибкие. Они не могут сгибаться под напряжением. Они просто ломаются.
Прежде чем я успеваю ответить, Эйдан поднимает меня и несет в ванную.
~
Я целый час купаюсь в блаженстве, по шею в пузырьках, потягивая каберне. Эйдан входит и выходит из ванной, приносит мне маленькие кусочки сыра и ломтики яблока, кормит меня с рук и смотрит, как я жую, как будто это самая захватывающая вещь, которую он когда-либо видел.
Его взгляды вызывают зависимость.