Джессика Соренсен – Совпадение Келли и Кайдена (страница 61)

Облизав губы, кладу руку ей на затылок, притягиваю ее ближе, моя вторая рука сжимает ее грудь, я хочу вновь пережить единственный умиротворенный момент в своей жизни.

Глава 18. #33 Лежать с кем-то, не двигаясь, просто чувствовать друг друга

Келли

— Думаю, нам надо спуститься вниз, — говорю я, читая седьмое мамино сообщение. — Иначе она придет сюда и увидит это.

— Увидит что? — невинно спрашивает Кайден, переворачивает меня на спину, и, нависая надо мной, накрывает своим ртом мою грудь, проводит языком вокруг соска.

Я вздыхаю, желая вновь ощутить его внутри себя.

— Мне опять из–за тебя достанется.

Он отклоняется, улыбаясь, несмотря на покрасневшую, отекшую щеку.

— И?

Пытаюсь напустить строгий вид.

— Я не шучу. Она поднимется сюда со своим ключом и увидит нас.

Кайден смеется, до конца мне не веря, но выпускает меня из своих рук.

— Ладно, ты выиграла. Я тебя отпущу, но мы возвращаемся сразу же, как только ты разберешься со своей мамой.

Тоже тихо смеюсь, оборачивая простынь вокруг себя, и бреду к сумке за одеждой. Я немного стесняюсь, даже после того, что мы сделали. У меня получается одеться, не опуская простыни. Он не спрашивает, что я делаю, поднимаясь с кровати, натягивает обратно джинсы и рубашку.

Выглядываю в окно, смотрю на темное небо. Все вокруг кажется идеальным, нетронутым, словно я вновь могу самостоятельно распоряжаться собственной жизнью.

— Сколько сейчас?

Кайден поднимает руку, проверяя часы.

— Половина восьмого.

— Неудивительно, что она бьет тревогу, я пропустила ужин.

Он переплетает наши пальцы, пока я открываю дверь.

— Ну, к чему нам готовиться?

Веду его вниз по ступенькам.

— Она задаст тебе тысячу вопросов и будет невероятно рада.

— А как насчет твоего папы?

— Уверена, он без умолку будет болтать о футболе.

Мой телефон звонит, и я останавливаюсь на последней ступеньке, чтобы проверить сообщения.

— Опять мама? — интересуется Кайден. Я качаю головой.

Сет: Эй, дорогуша. Как дела? Хорошо, надеюсь. Отведала чего–нибудь вкусненького?

Я: Может быть… Но о каких именно вкусностях мы говорим?

Сет: О, МОЙ БОГ!!! Ты серьезно? Потому что у меня было странное чувство, что ты на это решишься.

Я:На что решусь?

Сет: Сама знаешь, на что.

Я смотрю на Кайдена, он смеется, в уголках его глаз собираются мелкие морщинки.

— Это Сет.

Он наклоняется, чтобы получше рассмотреть, но я прикрываю экран рукой.

— Вы там меня обсуждаете?

Прикусываю губу, чувствуя, как вспыхивают щеки.

— Нет.

— Да, — гордо заявляет Кайден. — Даже после всего, что между нами было, я способен заставить тебя покраснеть. Боже, до чего же я хорош.

Я опускаю голову, позволяя волосам скрыть лицо.

— Я не покраснела.

— Еще как покраснела, — он кладет палец мне под подбородок, приподнимая мое лицо. — И я этому рад.

Кайден нежно меня целует, едва касаясь губами, и я ощущаю этот поцелуй всем телом.

Улыбнувшись, отстраняюсь, но останавливаюсь, заметив лишнюю машину у дома.

— Чья это машина?

Он следует за моим взглядом, пожимая плечами.

— Не знаю.

В недоумении открываю дверь черного хода. Несколько секунд спустя чувствую полную опустошенность; каждый вздох, каждый удар сердца, каждый момент, прожитый для себя, исчезает. Темные точки застилают глаза, когда я вижу своего брата, Джексона, сидящего за столом и уплетающего кусок пирога прямо из формы для выпечки. Напротив сидит его лучший друг – Калеб Миллер. Он листает журнал, его темные волосы неопрятные и длинные, словно он не стригся уже несколько лет. Когда Калеб смотрит на меня, мой взгляд инстинктивно опускается в пол.

— Ну и ну, неужели это маленькая мисс Келли, вся такая повзрослевшая, — говорит он. Я не свожу глаз с карандаша, лежащего на столе, представляя, каково будет вонзить его Калебу в глаз несколько раз, причиняя как можно больше боли.

— Мама подумала, что ты сбежала, — заявляет Джексон, слизывая взбитые сливки с вилки. — Она отправила тебе тысячу сообщений.

— Рада за нее, — огрызаюсь в ответ. Я всегда чувствовала жгучую ненависть к брату за то, что он везде таскает с собой этого урода. Я знаю, что Джексон ни о чем не подозревает, но ничего не могу с собой поделать. — Передай ей, что я заходила, со мной все в порядке, и она может больше не писать.

— Нет, я тебе не курьер. Мама в гостиной. Иди сама ей скажи.

— Что ты вообще тут делаешь? — спрашиваю я, чувствуя, как палец Кайдена скользит по внутренней стороне моего запястья. Моргнув, смотрю на него. Я на секунду забыла, что он тут.

Кайден качает головой. Мне не нравится выражение его изумрудных глаз. Он видит – чувствует – то, что скрыто в глубине под поверхностью моей кожи.

Калеб поднимается из–за стола, идет через кухню, двигаясь неторопливо, словно его ничего в мире не заботит.

— Как дела с футболом в колледже? — спрашивает он Кайдена. — Слышал, на этом уровне все гораздо серьезней.

Кайден не сводит взгляда с меня.

— Не все так плохо. Просто нужно быть достаточно стойким.

Открывая кухонный шкафчик, Калеб разглядывает его щеку с садистским выражением.

— Да, ты выглядишь довольно стойко. Милый синяк, кстати.

Кайден холодно смотрит на Калеба, его пальцы сжимаются в кулаки.

— Тебя ведь из колледжа выгнали, за то, что травку на территории кампуса продавал?

— Эй, мне надо было как–то на жизнь зарабатывать, — отвечает он, захлопывая дверцу шкафчика. — Не у всех есть богатые папаши и стипендии.

Кайден сжимает челюсти, и я дергаю его за руку.

— Пойдем отсюда?