Джессика Соренсен – Искусство поцелуя (страница 24)

Он не приближается ко мне, но я и не ожидаю этого — Портер слишком труслив без поддержки своих друзей. Однако, прежде чем убежать, он произносит несколько зловещих слов, о которых я не слишком задумываюсь в данный момент, но подумаю позже.

— Я буду мстить, — говорит он, вытирая кровь с губ рукавом рубашки. — Будет много крови и это разобьет тебе сердце. — С этими словами он уходит.

И пока я стою здесь, уставившись на мертвого ворона, я, наконец, понимаю, что он имел в виду. Я чувствую это всем сердцем. И не только своим, но и Джекса с Хантером, что они чертовски ясно дают понять, когда я рассказываю им, что произошло. Ну, за вычетом части с Уиллоу. Я еще не разобрался во всем и не знаю, как им это преподнести. Я определенно не могу рассказать им при Рейвен, потому что-либо она действительно знает, что она Уиллоу, и скрывает это — если это так, я пока не могу ее разоблачить — либо она об этом даже не подозревает, и я не могу вот так просто свалить все на нее. Потому что рассказать ей — значит рассказать ей все о прошлом — вывалить на нее всю боль, пытки и предательство. Я не могу этого сделать сейчас. Или когда-нибудь.

— Не могу поверить, что ты это сделал, — бормочет Джекс, меряя шагами гостиную. — Хотя нет, могу, потому что ты — это ты, но я все равно очень зол!

— Очевидно, — бормочу я, вызывая у него сердитый взгляд.

Я не реагирую, потому что это то, что я делаю — хороню свои чувства до такой степени, что кажусь холодным и жестоким. Таким я должен быть. Если бы я не был таким, мой отец или кто-то другой увидел бы это и использовал бы, чтобы сломать меня. Я знаю это точно, потому что в последний раз, когда я проявлял какие-либо эмоции, они забрали их у меня.

Забрали ее у меня.

Уиллоу…

Мой взгляд падает на Рейвенли, которая сидит в кресле напротив рядом с Хантером, грызя ноготь на большом пальце. Отблески огня в камине позволяют мне хорошо ее видеть, даже несмотря на то, что темнота пытается завладеть домом. Ее волосы цвета воронова крыла волнистые и растрепанные, а ее большие глаза устремлены в пол. Я признаю, она чертовски великолепна. Как бы она ни разозлила меня, когда я увидел ее в первый раз, я заметил в ней это — насколько она красива. Ее глаза — моя любимая часть.

Хантер, вероятно, сказал бы вам, как сильно он хочет сфотографировать ее красоту, в то время как Джекс написал бы — или, вероятно, уже написал — стихи о ней. А я? Я ни в коем случае не художник. Единственное, что я могу предложить, так это свою защиту. Это я и собираюсь сделать.

— Всем просто нужно успокоиться, — говорю я, наклоняясь вперед и упираясь руками в ноги. — Портер — небольшая заноза в наших задницах. Этот чертов ворон там был только для виду. Мы знаем его целую вечность, и мы знаем, что этот чувак чертовски слаб, особенно когда его нет рядом со своими маленькими друзьями.

Хантер, который играет с волосами Рейвен, что я пока даже не собираюсь расшифровывать, потому что у меня и так слишком много другого дерьма, о котором нужно беспокоиться, — бросает на меня взгляд.

— Итак, каков план? — спрашивает он вызывающим тоном, очевидно, тоже раздраженный.

— Ответить на его действия? Потому что все, что я вижу, мы ввязываемся в войну возмездия. И еще у нас есть эта глупая игра, о которой нужно беспокоиться. Плюс, выяснить, кто на самом деле столкнул ее с моста. — Он хмурится. — К тому же, нам нужно проверить этот клуб.

— Я могу съездить туда сама, — обрывает его Рейвен. — Я уже это говорила.

— И я уже сказал, что поеду с тобой. — Джекс опускается на диван рядом с ней, усаживаясь с ними бок о бок.

Я уже вижу, как формируются отношения, как они всё больше сближаются. Если она Уиллоу, я не удивлен. Именно так тогда началась наша дружба. Они трое сблизились почти мгновенно, в то время как мне потребовалось некоторое время, чтобы смягчиться по отношению к ней. Но как только я это сделал, я стал принадлежать ей. Она была единственным человеком, который когда-либо владел мной, кроме моего отца, но это было совершенно по-другому. Я не возражал. На самом деле, мне это даже нравилось. Это дало мне цель. И это дает мне шанс сейчас, если она — это она.

Дело в том, что я не вижу, чтобы все шло так, как было в нашем прошлом. Мы все старше, и аура дружбы между ними троими уже накалилась. Это то, что я имел в виду, когда говорил о начале. Я рассматриваю это как начало огромного переломного момента в нашей жизни, как будто мы достигли какой-то развилки на дороге, по которой двигались. Они либо нажмут на тормоза и сдадут назад, либо сорвутся с места и помчатся в неизвестность, все трое вместе, как они делали, когда были детьми. Только они больше не дети. Мне просто нужно подождать и, черт возьми, посмотреть, что они сделают. Тогда я решу, хочу ли я двигаться с ними или вылезти к чертовой матери из этой машины.

Глава 12

Рейвен

Я пытаюсь не психовать из-за того, что за мной охотятся парни из мафии. Немного помогает то, что у меня тоже есть несколько друзей из мафии. Тем не менее, нервирует, что все эти люди, похоже, нацелены на меня.

Джекс и Хантер обвиняют Зея, но я, честно говоря, понимаю, почему он сделал то, что сделал. И, по крайней мере, теперь мы знаем, что Портер не был тем, кто сбросил меня с моста, так что мы можем вычеркнуть его из списка.

— Думаю, нам, придется разделиться, — говорю я Джексу после того, как он напоминает мне, что собирается пойти со мной в клуб. — Учитывая все происходящее… так будет эффективнее.

Он качает головой, затем, заводя руку мне за спину, наклоняется и шепчет мне на ухо.

— Помню, что говорил тебе, что не буду указывать тебе, что делать, но я действительно не думаю, что это хорошая идея — оставаться одной. Мы придумаем, как все сделать, хорошо? Просто позволь мне быть рядом. — Я вздыхаю, но в конце концов соглашаюсь.

— Хорошо.

— Мы еще должны забрать твои вещи из дома, — добавляет Хантер, теребя кольцо на пальце.

Я смотрю на него, склонив голову набок.

— Они еще не разрешили мне съехать.

— Мы уже обсуждали это. — Хантер говорит с коварной ухмылкой. — Просто используем то видео, на котором она изменяет своему мужу. Хотя, я думаю нам не стоит использовать сами видеозаписи, потому что нас могут привлечь за шпионаж. Но я уверен, что мы можем использовать полученную информацию в наших интересах. Просто нужно придумать план игры. Плюс, учитывая, насколько молодо этот парень выглядел на видео, я задумываюсь, совершеннолетний ли он. Возможно, это получится выяснить, если я внимательнее просмотрю отснятый материал и получше разгляжу его лицо.

— Погоди… Что происходит? — Растерянно прерывает его Зей.

— Упс, кажется, мы забыли упомянуть об этом, — говорит Хантер, бросая на него виноватый взгляд. — Думаю, ты нам простишь, раз сразу не рассказал о своих делах. — Зей закатывает глаза, но ничего не говорит.

Хотя все, что они сказали, звучит как неплохой план, я беспокоюсь, что каким-то образом это не сработает. И я все еще вижу в этом проблему…

— Это добавляет еще одну вещь к, итак, уже длинному списку, — указываю я. — Просто с ума сойти, сколько всего нам предстоит.

— В ее словах есть резон, — говорит Зей. — Вдобавок ко всему прочему, мы, очевидно, должны устроить вечеринку для моего брата. — Он бросает на Хантера неодобрительный взгляд.

— Знаешь, обычно я бы сказал, что ты имеешь полное право злиться, — отвечает Хантер, откидываясь на спинку дивана и закидывая ногу в ботинке на колено, с подошвы падает снег. — Но, после того маленького трюка, который ты выкинул, я думаю, мы все можем просто согласиться отпустить наше раздражение друг на друга, чтобы сосредоточиться на разработке плана, как получить ответы на некоторые вопросы, защитить Рейвен и спланировать вечеринку, на которой мы собираемся шпионить, потому что я действительно хочу знать, какого черта Портер скрывает что-то от босса.

— Я тоже, — бормочет Зей, барабаня пальцами по подлокотнику дивана. — С ним определенно что-то не так.

Мы все погружаемся в молчание. Я понятия не имею, о чем они думают. В моей голове другие мысли. Та птица. Кровь. Это напомнило мне кое о чем…

Я видела нечто подобное раньше. В лесу. И я была не одна. Со мной были три мальчика.

Воспоминания давят на мой мозг.

— Как ты думаешь, кто убил ее? — спрашивает мальчик со светлыми волосами, когда мы стоим вокруг мертвой птицы.

Я пожимаю плечами.

— Наверное, животное.

— Так жаль, — говорит мальчик с черными волосами, и из его глаз катятся слезы.

Мальчик с короткими каштановыми волосами приседает и трогает птицу.

— Мы должны похоронить ее, чтобы она могла покоиться с миром, когда отправится в загробную жизнь.

Мы все киваем и направляемся к дому за лопатами. Хотя у меня болит сердце. Эта бедная птичка только что умерла, а животное даже не съело ее. У меня болит сердце от того, что она умерла так бессмысленно.

Почему животное не съело ее?

Когда мы доходим до опушки леса, я оглядываюсь. На мгновение, клянусь, я вижу, что там стоит кто-то, но, когда я моргаю, видение исчезает.

Пик. Пик. Пик.

Я вырываюсь из воспоминаний, когда телефоны всех парней издают звуковой сигнал одновременно.

На их лицах мелькает замешательство, когда они достают свои телефоны из карманов.

— Что случилось? — нетерпеливо спрашиваю я, когда они все читают полученное сообщение.