Джессика Парк – Любовь между строк (страница 65)
– Вся эта ситуация тяжело мне далась, – проговорила она. – Глупо такое говорить, зная о том, что переживала ваша семья, но…
– Ты тоже имеешь право на чувства, – перебил ее Роджер. – Мэтт поступил как идиот. Возможно, у тебя были и другие причины для сомнений. Никак не связанные с Мэттью.
– Я не знаю, чему верить… кому верить.
Роджер склонил голову набок.
– Знаешь, у Финна хорошо получалось ладить с девушками. Он всегда вел себя уверенно и учтиво и был… притягательным. Да, необыкновенно притягательным. Но Мэттью тоже уникальный мальчик, хоть и по-своему. Ему наверняка было трудно конкурировать с Финном, а теперь, когда Финна больше нет, ему приходится еще тяжелее. Память о покойных невозможно превзойти. Милая, Мэтт не самый обходительный юноша, но у него большое сердце. – Роджер похлопал Джули по руке. – Ох, Джули. Может, затея Мэтта и оказалась кошмарной, но не забывай о его сердце.
В голове Джули промелькнули воспоминания прошлого года: вот Мэтт приехал за ней к ее несуществующей квартире. Вот Мэтт рассказывает ей про шрифтозадротов. Вот неохотно везет покупать шарниры для Картонного Финна. Обменивается с ней письмами о снежных скульптурах. Лежит с ней под елкой. Спорит, остроумно отвечает, защищает свои дурацкие футболки. Она вспомнила часы, которые они провели в его комнате, и то, как он согревал ее, когда она вышла из ледяного океана. И как он ласково касался ее, когда они лежали в его кровати ночью после вечеринки Селесты. Выражение его лица, когда он наконец рассказал ей о своих чувствах. Как хорошо ей было просто находиться с ним рядом. И то, как мир переставал вращаться, когда он ее целовал.
Тогда Джули все поняла. Она посмотрела на Роджера и улыбнулась. Впервые за долгие недели она почувствовала себя живой.
Глава 32
Мэттью Уоткинс Когда я совершу очередную глупость, то буду относиться к этому как к распаду музыкальной группы. И под «музыкальной группой» я понимаю «работу мозга», а под «распадом» – «полную остановку».
Джули Сигл Лучший способ не упустить мужчину – не выпускать его из объятий – Мэй Уэст.
Селеста Уоткинс думает, что нужно говорить «ТЫ И Я вольны быть собой», потому что от фразы «МЫ вольны быть собой» веет диссоциативным расстройством личности.
Сердце Джули вырывалось из грудной клетки. Ей понадобилось все ее мужество, чтобы нажать на звонок. Она пришла на вечеринку вовремя, но боялась, как бы она не опоздала для самого важного.
Дверь открыла Эрин.
– Ты пришла! Ну ничего себе! Чудесно выглядишь! – Эрин приобняла ее – с привычной неловкостью, – и Джули улыбнулась.
– Сегодня важный день, да?
– Он должен был наступить уже давно. Пошли, все уже собрались на заднем дворе. – Эрин ждала, пока Джули зайдет в дом. – Ну, давай же. Не стесняйся. Это же, можно сказать, и твой дом.
Джули заставила себя переступить порог. «Дыши, дыши, дыши».
Они прошли в столовую. Посередине стола стояло блюдо, наполненное пончиками с разноцветной глазурью, под потолком висела связка шариков, а на спинках стульев были повязаны ленты. Эта комната выглядела светлее и радостнее, чем когда-либо раньше.
– Как прошло лето, Джули? Мы почти не виделись несколько месяцев, и мне не нравится, что я не в курсе твоих новостей. Ты уже записалась на все осенние занятия? Для меня было бы честью помочь тебе определиться с выбором. – Она выдвинула стул. – Вот, садись. Будешь кофе?
Джули кивнула. Следующие двадцать минут она изо всех сил пыталась уделять внимание советам Эрин по поводу грядущего семестра. Она очень соскучилась по Эрин и была счастлива, что та так живо интересуется ее жизнью и так искренне радуется встрече с ней. Но ее мысли витали где-то далеко.
В комнату вбежала Селеста и бросилась обнимать Джули, едва не повалив ее стул на пол.
– Почему никто не сказал мне, что ты пришла? Господи! Это мне?
Джули кивнула и вручила ей огромный букет цветов.
– Поздравляю, подруга. Я знаю, что это день многое для тебя значит. Для меня он тоже важен.
– Пойду узнаю, как там Роджер, – сказала Эрин. – Он капается в подвале уже два часа, а в доме все равно духота. – Она обмахнула себя рукой и вышла из комнаты. – Август в Бостоне – это всегда сущий ад.
– Папа чинит кондиционер, – пояснила Селеста. – Лучше не трогай его, пока он не закончит, потому что он не очень умелый электрик и его уже два раза несильно ударило током. Ты уже видела Мэтта? Он прячется на заднем дворе. Мне кажется, он нервничает.
– Добро пожаловать в клуб.
Селеста прикоснулась к руке Джули.
– Джули, не нервничай. Все пройдет как по маслу. Я верю в тебя. В вас обоих.
– Посмотрим.
Джули пересекла кухню и через заднюю дверь вышла на крыльцо.
Он был там. Стоял на лужайке, повернувшись к ней спиной и держа руки в карманах шортов. Он выглядел чудесно. Ее притягивала каждая его черточка.
Джули прижала ладонь к груди, напоминая себе, что нужно дышать и сохранять спокойствие.
– Мэтт.
Мэтт неуверенно обернулся и робко ей помахал. На нем была та же футболка с надписью
– Мэтти! – Теперь она крикнула громче и задумалась, слышит ли он, какое облегчение звучит в ее голосе. Джули сбежала по ступенькам. Она нуждалась в нем так сильно, как и представить себе не могла. Она пережила долгое лето, полное душевных терзаний, но теперь она хотя бы знала, к кому стремилась ее душа.
Она бежала к нему так быстро, как только могла.
Мэтт понесся навстречу и подхватил ее на руки. Она обхватила его талию ногами и обняла его, крепко прижимая к себе. Как же долго она не чувствовала его прикосновений. Слишком долго.
– Джули. – В мире не было ничего чудеснее его голоса, зовущего ее по имени. Почему она никогда раньше этого не замечала? – Что случилось? Ты в порядке? – Джули чувствовала, что он озадачен и встревожен.
Она рассмеялась и стиснула его в объятиях еще сильнее.
– Теперь да.
Она шмыгнула носом и почувствовала, что еще секунда – и она превратится в хлюпающую смесь слез и соплей. Вот что с людьми делает любовь. Выворачивающая наизнанку, всепоглощающая, вдохновляющая, многогранная, повергающая на колени любовь.
– Я скучала по тебе, – прошептала она на ухо Мэтту. И это действительно было так. Ей не хватало его голоса, его прикосновений, его движений… Она скучала по нему целиком.
– Да? – мягко переспросил он.
– Да. Ужасно.
Мэтт прижал ее к себе, а она положила голову ему на плечо и провела руками по спине: ни один не хотел отпускать другого. И по тому, как они приклеились друг к другу, она поняла, что это не последние секунды их близости. Это было далеко не прощание.
– Прости меня. Это с самого начала был ты, – сказала Джули.
– Что? – прошептал он.
Она приподняла голову и прижалась к его щеке.
– Это с самого начала был ты. Я думала, это кто-то другой, но я ошибалась. Ты – человек, которого я чувствовала.
Джули услышала, как у Мэтта перехватило дыхание, и, не отрываясь от него, опустила ноги на землю. Мэтт положил руки ей на бедра и притянул к себе. Господи, он был так чудесен на ощупь. А в следующее мгновение он ее поцеловал – страстно, совсем не так, как раньше. Теперь притворство, отрицание и грусть остались далеко позади. Мэтт завел пальцы ей под футболку, нежно поглаживал ее поясницу, а потом вдруг обнял за талию – крепко, уверенно и нежно. Боже, как это чудесно, когда он касается ее кожи… Он поцеловал ее в шею; она ощутила его мягкие губы и горячий язык. Он дышал все быстрее. Она тихонько застонала. Мэтт повел себя как типичный парень: выбрал самое неподходящее время, чтобы привести их обоих в экстаз. «Позже», – сказала она себе. «Позже мы останемся наедине».
Джули заставила себя чуть-чуть отстраниться.
– Пойдем. У нас вот-вот появятся зрители. – Она взяла его за руку и потащила за собой. Она больше никогда не собиралась его отпускать. – А через час мы уезжаем.
– За час я могу много всего успеть, – проговорил Мэтт.
Джули обернулась и приподняла бровь, шагая задом наперед.
– Не сомневаюсь в тебе. – Ей хотелось все бросить и сбежать с ним, но это был важный день. – Обещаю предоставить тебе такую возможность. Но сейчас нам нужно поесть. А потом мы уезжаем: ты, Селеста, Картонный Финн и я. Нам нужно кое-куда попасть.
– Правда?
– Ага. – Она не могла перестать улыбаться.
– Я думал, теперь Картонный Финн до конца своих дней будет сторожить чердак.
– Планы меняются.
– Значит, мы не можем куда-нибудь сбежать и уединиться? – простонал Мэтт.
– Пока нет.
– Тогда мне остается только надеяться, что у тебя чертовски хороший план.
– Слушай, меня начинает пугать вся эта идея с повязкой. Джули, не знаю, когда ты успела стать доминанткой, но хочу напомнить, что в этой машине сидит моя сестра, поэтому демонстрировать свои умения сейчас не совсем прилично. – Мэтт потянулся к ленте, которой Джули завязала ему глаза.
– Даже не думай! – Селеста наклонилась к переднему сиденью и шлепнула Мэтта по руке. – Будь хорошим мальчиком. Тебя ждет отличный сюрприз.