Джессика Клэр – Красавица и миллиардер (ЛП) (страница 42)

Губы Хантера сжались, он не произнес ни слова, развернулся и вышел из кофейни. Она смотрела, как он растворился в толпе пешеходов, выбрасывая букет в ближайшую урну.

В этот момент она почувствовала себя, как эти выброшенные цветы. Все опять пошло не так. Не понимая почему, она высвободилась из объятия Купера, выбежала из-за стойки и помчалась на улицу.

На улице было многолюдно, но недостаточно, чтобы она не разглядела высокого и широкоплечего Хантера. Это было не сложно, ведь люди останавливались или расступались, увидев его лицо.

Она побежала за ним. — Хантер!

Он шел дальше, ссутулившись.

— Хантер Бьюканен, — Гретхен ускорила шаг, сжимая кулаки. — Повернись, черт возьми, или я побегу за тобой прямо по дороге.

Он остановился примерно в пяти метрах от нее и медленно повернулся. Он стоял на месте, засунув руки в карманы пальто. — Чего ты хочешь?

Она застыла от холодного тона его голоса. — Ты принес мне цветы?

— Нет.

— Правда? А мне кажется, я видела, как ты выбросил букет в урну возле кофейни.

Когда он покраснел, Гретхен пришлось сдержать улыбку. И почему ей так нравилось дразнить и смущать Хантера? Она снова испытала радость от привычного для них общения, забыв о том, что он разбил ей сердце.

— Я их выбросил, — спустя минуту ответил он.

— Я видела, не стоило этого делать.

— Почему нет? Ты явно решила двигаться дальше, и любые мои слова уже не будут иметь значения. — Он говорил, но его челюсти сжимались от злости.

Гретхен сложила руки на груди. — Так ты пришел извиниться?

Он не ответил, только продолжал смотреть на нее.

— И даже если я решила двигаться дальше, какое это имеет значение? Ты ясно дал понять, тебе нужно только мое тело. Ты считаешь меня продажной.

— Я ошибался, я должен был тебе доверять, — он выглядел таким измученным, и Гретхен на мгновение смягчилась. Но только на мгновение.

— Да, должен был. Ты должен был верить, что тебе не купить мою любовь.

— Разве у такого, как я, могут быть другие варианты?

Она была ошарашена его заявлением. Что значит «у такого, как я»? Потом она поняла, он говорил о своем лице. Неужели он действительно считал себя таким отвратительным, что верил, единственный способ, которым он может добиться привязанности к себе, это заплатить за нее? Конечно, у него были шрамы, и не особо красивые. Они портили одну часть его лица, но они не могли скрыть того факта, что у Хантера было восхитительное тело, а еще щедрая и ранимая душа. Она вспомнила, как его длинные пальцы аккуратно поглаживали хрупкие лепестки роз; как он робко улыбался, словно счастье было для него чем-то новым и неизвестным.

У нее закололо в груди. — Хантер, ты не страшный. По крайней мере, для меня.

— Прости меня за сомнения на этот счет, — холодно ответил он. — На протяжении всей жизни я не раз убеждался, я нужен был только из-за моего состояния.

— Ну, раз ты в это не веришь, полагаю, ты не поверишь в искренность моих чувств. И мне больно от того, что ты считаешь меня такой мелочной и поверхностной.

На секунду он выглядел пораженным. — Я не…

— Нет? Ты назвал меня ужасной особой, согласной спасть с мужчиной, только если у него толстый кошелек. — Люди на улице начали таращиться на них, но ей было плевать. Если уж Хантер мог стоять в центре Манхеттена и вести с ней откровенный разговор, то она подавно. — Как я, по-твоему, должна была себя чувствовать?

Он прорычал. — Как видимо, недостаточно плохо, раз ты уже сошлась со своим другом.

Гретхен обуяла ярость, и она шагнула к нему. — Ааааа! Ты только послушай себя! Ты убедил себя, что ты своего рода отвратительное чудовище, в котором никто не сможет разглядеть прекрасного мужчину. Знаешь, что, дружок? Я вот смогла.

Хантер ничего не сказал, но и не отошел назад, он просто смотрел на нее. Гретхен стояла довольно близко, поэтому ткнула пальцем ему в грудь. — Я увидела мужчину, который изолировался от людей, потому что боялся смутить их своим видом. Я увидела мужчину, редко покидающего свой дом, но заботящегося, чтобы его слуги получали достойную зарплату. Я увидела мужчину, который днями напролет выращивает розы, потому что любит их красоту. Я увидела мужчину, требующего от себя совершенства, хотя позволяет другим относиться к себе, как к грязи. Я вижу мужчину, спрятавшегося от внешнего мира, потому что боится, что ему вновь причинят боль. И ты говоришь мне, что это у меня проблемы? Может быть, тебе стоит более внимательно посмотреться в зеркало?

На его лице читалось удивление, а губы расслабились.

— Может, уже пора внимательно посмотреть на своего мудака-дворецкого? Почему бы тебе не нанять в помощь человека, с которым тебе будет приятно общаться и работать? Хантер, ты замечательный человек. Ты застенчивый, но невероятно щедрый и заботливый, а под всей этой грудой мышц прячется душа поэта. Ты одинок только потому, что сам так решил. У тебя есть друзья! — заявила она. — Твои приятели считали, что на ужине ты был счастлив, и я видела их лица. Они так за тебя радовались. Так почему ты сам не позволяешь себе быть счастливым?

Она еще раз ткнула его пальцем в грудь. Хантер поймал ее руку. Она почувствовала, каким горячим он был по сравнению с ее холодной рукой, и по ее телу пробежала волна желания. Но когда он поднес руку к губам и попытался поцеловать ее ладонь, она высвободила руку.

— Нет, Хантер. Ты мне не небезразличен, и это правда, но я до сих пор на тебя злюсь.

— Гретхен, я хочу быть с тобой. И надеюсь, ты сможешь простить мне мои слова. Просто мне тяжело поверить, что такая идеальная женщина, как ты, может любить такого, как я. — Ее отказ причинял ему боль.

Ей хотелось поцеловать его и заставить его чувствовать себя лучше. А также схватить за воротник пальто и хорошенько встряхнуть.

— Я опоздал, да? — спросил Хантер голосом, полным боли и сожаления. — Ты решила жить дальше? Ты теперь с ним?

— Мне было грустно, и Купер меня утешал. Мы с ним друзья, и ничего более, и так будет всегда.

— Тебе было грустно? Но почему?

— А ты как думаешь?

В этот момент на его лице появилась одна из редких улыбок. И Гретхен не сдержалась и улыбнулась в ответ. — Я все еще на тебя злюсь.

— Но ты меня простишь.

— Не сегодня.

— Но завтра, — его глаза блестели от предвкушения.

— Может, и не завтра. Я еще не решила когда, — игриво ответила она и пошла обратно в сторону кофейни. — Для начала ты должен измениться.

— Изменюсь, обещаю, — заверил он.

— Хорошо, — крикнула она через плечо. — И в следующий раз, не выбрасывай мои розы!

Она шла, не оборачиваясь, но могла поклясться, перед тем как закрыть дверь, слышала, как он усмехнулся. Она была довольна собой и улыбалась.

У них все хорошо, вроде того. Не идеально, конечно, но начало положено. Теперь Хантеру нужно выбраться из своей раковины.

***

На следующий день на работе Гретхен ждал сюрприз. На каждом столике в кофейне стояла огромная ваза с розами. Интерьер кофейни теперь больше напоминал цветочный магазин, но посетителям нравилось, они нюхали и восхищались цветами, попивая свой латте.

Все цветы были одинакового цвета— бледно-голубые, в который она сразу узнала сорт Блю герл. Именно эти розы она назвала Хантеру, как самые любимые.

Гретхен размотала завязанный вокруг шеи шарф, чувствуя жар в теле. Она зашла за стойку, широко улыбаясь. Она знала от кого были цветы, и какое имели значение.

Она сказала, что ее нельзя купить, но начала сомневаться. Купер посмотрел на нее с облегчением. — Слава богу, ты пришла. Как тебе весь этот ужас?

— Ужас? — невинно уточнила она. — По-моему, они восхитительны.

— Первую партию принесли несколько часов назад, а затем еще и еще, и так все утро. Такое чувство, будто кто-то скупил все сиреневые розы в городе.

— Голубые, — поправила его Гретхен, вытащила одну розу с длинным стеблем из вазы и понюхала ее. — Они голубые.

— Не важно, на цветах нет ни имени получателя, ни отправителя. Цветы просто доставляют из каждого цветочного магазина на Манхэттене. Это настоящее безумие.

Гретхен провела пальцем по нежным лепесткам и улыбнулась. — А я считаю это мило.

— Я не знаю, что с ними делать.

— Дари их посетителям — она взяла ножницы, укоротила стебель и положила розу в карман своего фартука. Эту она заберет домой.

***

На следующий день доставили сотни желтый роз. Потом были белые с розовыми краями и таким сладким и стойким ароматом, что Гретхен весь день ходила словно одурманенная. Розы всегда доставляли без карточки, но это не важно, Гретхен и так прекрасно знала, от кого были цветы. Каждый день она уносила по одному аккуратно завернутому в салфетку цветку домой, который прятала между страницами книг.

Следующие два дня у нее были выходными, но она все равно пошла на работу, не в силах унять свое любопытство.

Роз не было. От этого факта она улыбнулась еще шире. Хантер каким-то образом узнал график ее работы, тем самым удостоверившись, что цветы доставляют именно ей. И это было мило.

Она провела выходной у Одри, готовя обед, убираясь в квартире в качестве платы за свое проживания. Затем она пошла по магазинам. Ее обычно спокойная и сдержанная сестра выглядела обеспокоенной и уставшей, и Гретхен задумалась, были ли тому виной переживания за Дафну. Вся семья давно отвернулась от Дафны, но только не Одри. И при каждом возвращении Дафны именно Одри расплачивалась за ошибки сестры.