Джесси Сутанто – Непрошеные советы Веры Вонг (страница 19)

– Я не… – начинает офицер Грей, но затем делает глубокий вдох. – Миссис Чен, вообще-то я к вам. Мы можем переговорить наедине?

Джулия торопливо кивает и ведет офицера Грей в соседнюю комнату. «Нет, так не пойдет», – думает Вера. Дверь в комнату закрывается. В гостиной повисает тяжелая, осязаемая тишина. Вера оглядывается поочередно на Оливера, Рики и Сану и бросается к закрытой двери.

– Что вы задумали? – шипит Оливер. – Нельзя же так.

Вера не обращает внимания. У нее за плечами годы практики, она привыкла не обращать внимания, особенно когда ей говорят что-то из разряда «Так нельзя» или «Вам не следует». В своем возрасте Вера считает, что имеет право делать все, что доставляет ей удовольствие. Поэтому она склоняется к двери и осторожно прижимается ухом. Из комнаты доносятся приглушенные голоса, но слов не разобрать. Вера щелкает пальцами.

– Дайте мне стакан, – требует она шепотом.

Вся троица продолжает молча глазеть на нее. «Ах, молодежь. Никакого толку». Она плотнее прижимается ухом к двери, и та в этот самый момент распахивается, из-за чего Вера едва не ныряет в проем. Но, к счастью и благодаря регулярным сеансам ходьбы, Вера довольно сильна и проворна для своего возраста, так что ей удается удержать равновесие. При этом, к несчастью, ее поймали за руку. Или, в данном случае, за ухо. Однако она быстро оправляется, встает прямо и невинно улыбается Джулии и офицеру Грей. Джулия витает где-то в облаках, и в этом, как Вера успела понять, вся Джулия. Офицеру Грей одновременно смешно и досадно, и в этом, как Вера тоже успела понять, вся офицер Грей.

– Вера, вы пытались подслушать личный разговор? – спрашивает офицер Грей.

– Да.

Офицер Грей уже раскрывает рот, но не произносит ни слова. «Ха», – думает Вера. Должно быть, она ожидала, что Вера станет отнекиваться. Офицер Грей щурит глаза и наконец вздыхает.

– Я могу вам и так сказать, потому как все равно собиралась заехать к вам в магазин.

– Хм? Ага, я знаю. Я жду, когда вы перемените свое мнение насчет моего чая. Очень хороший чай, спросите у них, – Вера кивает на остальных.

Офицер Грей снова вздыхает.

– Нет, Вера. Я не собираюсь пить ваш чай. Я… – Она замолкает, глядя на Рики и Сану, которые уставились на нее с другого конца гостиной. – Напомните, кто вы такие? И что это за… собрание?

– О, это мои…

Прежде чем Вера успевает сказать «подозреваемые», Рики отвечает:

– Здравствуйте, я Рики, репортер. Я здесь, чтобы, ну, опросить людей, вовлеченных в это дело, но не буду вам мешать.

– Да, аналогично, – подхватывает Сана.

Она хватает свою сумку со стула и спешно направляется к двери. Рики уже влезает в кроссовки.

– Пока! Спасибо за угощение!

Они проталкиваются в дверь и без лишних слов ретируются. Вера отмечает про себя их внезапный уход, чтобы потом записать в блокнот. И это пойдет в их колонку под заголовком «Я убийца».

– Ладно, – произносит офицер Грей и смотрит на Оливера. – Думаю, вам тоже захочется услышать это, мистер Чен. Мы выяснили причину смерти Маршалла Чена.

У Веры вырывается приглушенный возглас, и она быстро зажимает рот. О-ох, разве это не волнительно? Она подсядет на это, никаких сомнений. В чайном деле не происходит ничего подобного. За эту краткую паузу, которую выдерживает офицер Грей, в голове у Веры проносятся тысяча и одна причина смерти Маршалла.

Удушение!

Яд! О-ох, а какая разновидность яда? Может, такой, который разъедает внутренности? Но это превратило бы его в жуткое месиво.

Радиация! Радиоактивный элемент в его напитке. Стоп, тогда радиация могла остаться и в магазине. Лучше надеяться, что это не так.

Укол иголкой! Прямо как Джет Ли в том странном голливудском фильме, где он вонзил иголку таким образом, чтобы это застопорило кровоток и вызвало внутреннее кровоизлияние. Да. Эта версия нравится Вере больше всего. Захватывающе, но чисто, так что ей не придется закрывать магазин из страха радиоактивного загрязнения.

К тому моменту, когда офицер Грей вновь заговаривает, Вера едва не потирает руки.

– У него был анафилактический шок, или, иначе говоря, тяжелая аллергическая реакция.

Вера выдыхает. Аллергическая реакция? Это же самый скучный вариант из всех доступных.

– На птичий пух.

У Веры такое чувство, словно ей дали подзатыльник. Птичий пух? Она словно издалека слышит, как Оливер рассказывает, что у Маршалла в детстве была аллергическая реакция на одеяло из гусиного пуха. Она припоминает, что он уже говорил ей об этом. Но это значит, что…

– Это не убийство? – заканчивает она вслух. Иначе какой убийца станет прибегать к птичьему пуху? Вздор! В мыслях Вера уже рвет свой маленький блокнот. Из нее как будто выкачали воздух. Птичий пух, подумать только, уму непостижимо, как так.

– Мы еще разбираемся, – отвечает офицер Грей, – но все выглядит как несчастный случай.

«А что насчет флешки? – хочет спросить Вера. – Что насчет царапины на щеке и синяка под глазом?» Но в сознание стучится новая мысль.

– Вы хотели ехать ко мне в магазин, чтобы это сказать? Для чего?

– Мы хотели посмотреть, нет ли у вас чего-то, содержащего птичий пух. У вас есть дома птицы или…

Вера фыркает.

– Конечно нет. Какие глупости, у меня чайный магазин, а не птичий рынок.

– Понятно, – говорит офицер Грей и поворачивается к Джулии. – Что ж, спасибо, что уделили время, и еще раз примите соболезнования.

У Веры пухнет голова от криков: «Нет! Вы что-то упустили из виду! Вы хотя бы проверили его тело на радиацию?»

Но ей остается лишь молча стоять, пока Джулия провожает офицера Грей до двери. И вот, когда офицер уехала, у Веры нет больше причин оставаться здесь. Если это не убийство, то и расследовать больше нечего, поэтому Вера с тяжелым сердцем прощается.

Блокнот Веры

Причина смерти: птичий пух

Подозреваемые:

1. Сан-Франциско, потому что позволяет голубям всюду безнаказанно разгуливать

2. Может, он пинать голубя, и это его убить

3. Крупная Птица

4. Оливер, потому что он единственный знает про аллергию на птиц?

Но почему он умирать в моем магазине?

Может, он знает, что у него аллергическая реакция, и думает: «Ах, мне поможет чай, потому что чай полезен для здоровья».

Бедный Маршалл. Почему не позвать меня, чтобы я сделала ему чай?

Ах да, он не может говорить, потому что глотка опухла.

Дурацкое дело!

15

Рики

Рики не может вспомнить, когда в последний раз был так напряжен. Все инстинкты бьют тревогу. Впрочем, нет, он может. К сожалению, это было в тот самый день, когда умер Маршалл, так что возможно, лучше об этом не вспоминать.

Некоторое время они с Саной шагают молча. Сана, кажется, погружена в свои мысли. Рики замечает, как она в раздумье покусывает нижнюю губу, и это по-своему мило.

«По-своему мило? Какого черта, мозг? Просто… боже, просто держи себя в руках, ладно?»

– Хочешь вызвать «Убер»? – спрашивает Сана.

– Хм?

Точно, они приехали сюда на машине Оливера. Рики смотрит по сторонам, пытаясь сориентироваться. Они где-то в Лорен-Хайтс. «Убер» отсюда до Двадцать Третьей обойдется в хорошую сумму.

– Нет, думаю дождаться автобуса. А ты?

Она кивает.

– Аналогично. Тебе куда?

Рики называет место, и ее лицо озаряется.

– О, я живу рядом. Недалеко от Кастро.