Джесси К. Сутанто – Кто знал, что так выйдет (страница 7)
Все садятся обратно. Так, это интересно.
Пока учитель достает вещи из сумки, я пользуюсь моментом и рассматриваю своих новых одноклассников. Незаметно, разумеется.
Они мало чем отличаются от ребят в «Миньянге», но разница все же есть. В «Миньянге» мы могли носить любую обувь, всякие цветные носки и ободки, а вот в «Синфе» дресс-код такой строгий, что в придачу к матроскам мы обязаны надевать белые носки (никаких логотипов или названий брендов), черные ботинки (опять же ни брендов, ни логотипов) и ободки только черные или темно-синие. Все девушки, у кого волосы ниже плеч, обязаны убирать их в хвост. Никаких «необычных причесок». У парней стрижки не должны быть ниже ушей. Волосы не красить, ногти тоже, и никакого макияжа. В «Миньянге» макияж тоже был запрещен, но все девчонки, кого я знала, красились хотя бы немного. По крайней мере, большинство из нас точно пользовались оттеночной помадой. Я обычно подкрашиваю брови, потому что мне с ними не повезло – они начинают сходить на нет где-то на середине глаза. Без карандаша они похожи на два грустных маленьких пятнышка.
Но я не вижу вокруг себя ни оттеночных помад на губах, ни подкрашенных ресниц. Все лица чистые, если только, конечно, эти девушки не отточили мастерство естественного мейка. Но тут учитель начинает говорить, и мне приходится перестать рассматривать одноклассниц так пристально, словно я Джо Голдберг в сериале «Ты».
– Так вот, – говорит учитель. – Надеюсь, каникулы у всех прошли прекрасно. С кем-то из вас мы уже знакомы. Для остальных – меня зовут мистер Францис Тан. Я ваш классный наставник, а также буду преподавать у вас английскую литературу. – Сделав паузу, он одаряет нас сдержанной, деловой улыбкой.
«Классный наставник» – это, видимо, то, что мы в «Миньянге» называли классным руководителем. Я присматриваюсь к нему внимательнее.
Словно прочитав мои мысли, Джонас оборачивается и шепчет:
– Не парься, мистер Тан норм. Я в прошлом году был у него на литрé.
– Джонас, ну сколько раз говорить, – вздыхает мистер Тан. – Никаких разговоров в классе без моего разрешения.
Джонас отвечает ему извиняющейся улыбкой:
– Точно так, шифу.
Некоторые из учеников смеются, когда он называет мистера Тана мастером на мандаринском, а сам мистер Тан с добродушной улыбкой качает головой. В этот момент он, кажется, впервые замечает меня.
– Ах да. У нас в этом году новенькая. – Он пару секунд листает что-то в планшете. – Кристабелла Сирегар?
– Да, – быстро говорю я. – Но можно просто Кики.
– Мы не пользуемся прозвищами, Кристабелла.
– Вау, ну и пожалуйста, – бурчу я и тут же жалею об этом. Звучать так невежливо в мои планы не входило. – В смысле да, хорошо.
Уголок губ мистера Тана дергается вверх, хотя улыбкой я бы это не назвала.
– Рад, что вы согласны, потому что таковы правила. Что ж, надеюсь, вы прекрасно здесь устроитесь. Если будут вопросы, смело обращайтесь ко мне. – Проведя рукой по экрану планшета, он включает проектор. – Отлично, давайте приступать. – Он бросает взгляд через плечо на меня: – Вы же читали руководство, так?
Нет. Совсем нет. Кто вообще их читает? К буклету, поздравлявшему меня с поступлением в «Синфу», прилагалось дурацкое толстое руководство, которое я тут же отбросила в сторону и выкинула мысль о нем из головы до этого самого момента. Впрочем, это сбивает меня лишь на долю секунды, и вот я уже оживленно киваю:
– Ага. Конечно. Впечатляюще.
Лиам рядом со мной давит смешок. Не могу понять, дружелюбный или осуждающий.
– Хорошо, – говорит мистер Тан. – Тогда вы знаете, что «Синфа» ставит в приоритет не одни только знания; мы гордимся учениками, которые думают за рамками. Сорок процентов финальной годовой оценки будет зависеть от проектов, а не от экзаменов. В прошлом семестре проектной темой была наука, и большинство из вас с ней прекрасно справились.
Несколько учеников улюлюкают, один из них кричит: «Браво, Джонас!» – и тот самодовольно улыбается. Я вспоминаю доски снаружи классов и то, как много на нашей упоминаний о Джонасе.
– На этот раз я очень постарался выбить Чистоте интересную тему, а не географию или, прости господи, историю.
Кто-то фыркает.
– Надеюсь, вы не обрекли нас снова на науку, мистер Тан! – кричит Джонас.
Дернув уголком губ, мистер Тан стучит по экрану компьютера. Проектор вспыхивает и выводит на доску яркий коллаж из – о боже мой – компьютерных игр. Многие из них я узнаю:
– Компьютерные игры! – драматично провозглашает мистер Тан, и все начинают аплодировать.
– Вот это круто! – кричит кто-то.
– Супер, мистер Тан!
Я хлопаю вместе с остальными, улыбаясь до ушей. Проект об играх, о да! Это же моя тема. Может, «Синфа» будет не так ужасна, как я боялась.
– Я распределил вас на группы согласно вашей рассадке.
Встретившись глазами с Лиамом, я вспыхиваю и тут же отвожу взгляд. Рада ли я, что буду в одной группе с тем, кто слишком красив для простого смертного? Ну что сказать, я НЕ ЖАЛУЮСЬ. Но, блин, сосредоточиться на работе будет куда сложнее.
Проектор выводит следующий слайд, отображая наши группы. Я в группе Б: Кристабелла Сирегар, Лиам Ын, Джонас Джейден Арифин, Пейшан Вонгсо. Наша четверка переглядывается, и Джонас расплывается в улыбке.
– Мы всех порвем, – говорит он.
Ну, что-нибудь мы да порвем, это точно.
Глава 4
Следующие несколько минут мистер Тан объясняет основные правила выполнения проектов. В конце каждого семестра проходит школьная выставка и из каждого класса выбирают лучшие проекты, которые гордо выставляют в коридоре на радость родителям и другим ученикам. Каждая группа должна придумать новую игру, от концепта до обложки и плана продвижения. Вопреки собственному скептицизму, я впечатлена. В «Миньянге» нам доставались разве что классические проекты по истории или науке, но, как объясняет мистер Тан, игровая индустрия сейчас уже переросла даже кино и не собирается останавливаться, поэтому логично, что нам стоит познакомиться с этой темой.
Лично меня дважды просить не надо. К тому времени как мистер Тан заканчивает говорить и мы расходимся по своим группам, мне уже не терпится начать. Серьезно, лучшей темы и придумать нельзя. Я практически потираю ладони, пока Джонас и Пейшан разворачивают к нам стулья.
– Ну что, – с улыбкой говорит Джонас, – офигеть?
Лиам кивает:
– Кажется, я впервые буду рад заниматься проектом.
Не впечатлена одна только Пейшан:
– Я особо в игры не играю.
Не успеваю я открыть рот, как Джонас отвечает:
– Не парься. Я серьезный геймер, у меня все схвачено. Просто делайте, что скажу.
Уставившись на него, не могу удержаться:
– Оке-е-ей.
Выходит, кажется, более саркастично, чем я планировала, потому что лицо Джонаса на секунду принимает хмурое выражение. Впрочем, он тут же откашливается и достает из сумки планшет. Я и забыла, что «Синфа» такая крутая школа, что тут каждому ученику выделяют школьный айпад. Они запрограммированы так, чтобы мы не могли скачать ничего, кроме одобренного школой списка приложений. Джонас с исключительной важностью кладет свой планшет на стол, открывает графическую программу и начинает что-то набрасывать. Я кошусь на Пейшан и Лиама, ожидая, что они хоть что-то скажут, но их, похоже, устраивает, что Джонас взял все в свои руки, так что я прикусываю губу и заставляю себя молчать, пока он заканчивает рисунок.
– Так, значит, возьмем жанр FPS, я думаю. Это такая стрелялка с видом от первого лица, – поясняет он так снисходительно, что мои зубы смыкаются со стуком.
– Я знаю, что это такое, – отрезаю я.
Джонас вскидывает брови с очевидным недоверием, пожимает плечами и продолжает рисовать. Лиам снова ловит мой взгляд и на этот раз хмурит густые брови. Блин, ну извините, некоторые из нас не собираются молчать, пока Джонас изображает самого умного.
Одну полную болезненного молчания минуту спустя Джонас поворачивает к нам экран планшета, с гордостью демонстрируя набросок концепта обложки:
– Та-да!
Боже. Более стереотипного рисунка и придумать нельзя: стройная женщина стоит, неестественно изогнув спину, чтобы подчеркнуть суперкруглую попку, и смотрит на нас через плечо, чтобы мы могли насладиться видом ее надутых губок и виднеющейся из-под одной руки огромной груди. Тут и добавить нечего. Не могу сдержать легкого фырка.
Джонас мгновенно переводит взгляд на меня.
– Да ты, я смотрю, не впечатлена, новенькая. – В его голосе сквозит вызов, словно он одновременно удивлен и раздражен.
– Ну… – Я изо всех сил стараюсь подобрать слова повежливее. – Рисуешь ты типа очень круто, это да. Но сам концепт… уже заезжен, как мне кажется? И потом, ты разве не слышал про всю ту бучу с
Стоит словам сорваться с моих губ, как мне тут же хочется затолкать их обратно. Вообще я не собиралась толкать целую речь по этому поводу, но, вау, видимо, у меня есть Мнение по поводу позы-с-взглядом-через-плечо. Но дело не только в этом. Просто то, как Джонас немедленно занял лидерскую позицию и плюнул на всех нас, меня взбесило.