Джесс Уолтер – Над осевшими могилами (страница 61)

– Пожалуй, все-таки надо перекусить.

– Да-да, конечно. – Дюпри посторонился.

Верлок кивнул на бланк:

– Заполните форму и в понедельник принесите. Посмотрим, к осени, может быть, найдется местечко в штате.

– Это было бы отлично.

Дюпри первым прошел к входной двери. В стекле он видел отражение Верлока, уставившегося ему в спину. Потом тот запер дверь и заковылял к темнокрасному пикапу в углу стоянки. Дюпри запомнил номер машины и кивнул Верлоку:

– Огромное спасибо. Очень хотелось бы работать у вас.

Верлок молча улыбнулся.

– Значит, в понедельник я приду.

– Хорошо, до понедельника, – ответил Верлок.

Сев на сиденье, он руками втащил ноги в машину, завел мотор и сдал назад. Загодя включил поворотник и медленно выехал с парковки.

В машине Дюпри достал мобильник и большим пальцем натыкал номер.

– Тиг слушает.

– Привет, это Дюпри.

– Эй, какого черта? Чего-то вы совсем свихнулись. Я уж хотел доложить диспетчеру, что вы опять пропали.

– Извини.

– Сержант, тут какие-то заморочки.

– В чем дело?

– Соседка дала телефон Лэндерсов на Кёр-д’Ален. Я позвонил. Ответил помощник шерифа – мистера Лэндерса увезли в медицинский центр Кутенай.

– Что стряслось?

– Точно не знаю. Жена возвращалась из магазина и видела, как от коттеджа отъехала красная машина. Кто-то отделал мистера Лэндерса – сломал ключицу и ногу, выбил пару зубов, устроил небольшое кровопускание.

Дюпри оглянулся на контору «Полной безопасности»:

– Ты в доме?

– На крыльце.

– Иди в дом, в кабинет за гостиной, где все перевернуто.

Было слышно, как Тиг топает по половицам.

– Пришел.

– На тумбочке раскрытые папки…

– Вижу.

– Возьми ту, где написано «Расходы на охрану».

– Взял.

Дюпри включил скорость и снова взглянул на контору:

– Последняя квитанция с пометкой «разное». Какая там сумма?

– Сейчас. (Шелест бумаги.) Двести сорок.

Дюпри в уме разделил. Шесть. Может, еще кого-то не нашли.

– Оставайся на месте. Я еду. – Дюпри газанул и, перескочив через бордюр, вырулил на улицу ровно в тот момент, когда на парковку заехал красный «ниссан-сентра».

50

Холодрыга.

– Келли, ты все одеяло забрал, – прошептала она и от звука его имени проснулась. Пошарила – рядом никого. Скоро он вернется с дежурства. Что бы такое ему сготовить? Картошка-то есть в доме? Темень. Нет, она не в Мозес-Лейке, а холод пробирает изнутри. Рэй-Линн села на кожаной кушетке и огляделась. Хорошо бы вернуться в сон, в котором Келли пришел домой. Черт его знает, где она и как сюда попала. Босая. Куда туфли-то подевались?

Рэй-Линн потянулась, зевнула и включила торшер. Вокруг все чужое, холодные липкие руки и головная боль – единственные знакомцы. Она потрогала желвак на руке: ах да, ширнулась. Под глазом набух фингал. Это Майкл двинул, а таксист добавил. Сквозь боль и синяки замаячили события дня. Бумажник. Тимми такой хороший. Зачем она это сделала? Кто-нибудь тебе нагадит, и ты в отместку гадишь кому-то другому. Как дети в школе.

Рэй-Линн повертела головой. Длинная узкая комната, гостиная или кабинет. За спиной книжный стеллаж, прямо – огромное венецианское окно, выходящее на реку. Вспомнила: добрый старик-охранник привез ее в дом на речном берегу. Дал ей чего-то выпить, и она, значит, уснула. Рэй-Линн взглядом поискала часы и на стеллаже увидела маленький походный будильник. Девять тридцать. Темно. Значит, вечер. Тот же или уже другой? Она еще обдолбанная. Так, вечер тот же. Значит, поспала немного. Это хорошо. А дедок где? Вернулся на работу?

Рэй-Линн встала с кушетки, скрипнувшей кожаной обивкой. Снова зевнула, глазами поискала туфли. Глянула на стеллаж – ряды книг в мягких черных переплетах с тиснеными названиями на корешках: «ОТЛОВ САМЫХ ИЗВЕСТНЫХ АМЕРИКАНСКИХ МАНЬЯКОВ», «КРОВОЖАДНЫЕ ГОЛОВОРЕЗЫ», «ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ЛОВУШКА: ЖИЗНЬ АГЕНТА ФБР». Книги стояли удивительно ровно, этакой черной стеной. Вспомнилось, как в гараже Келли вечно так и эдак перекладывал свои инструменты. Хозяин книг даже озаботился расположить их по алфавиту.

Что-то в них было неприятное; Рэй-Линн вновь огляделась в поисках туфель. Рядом со стеллажом – короткая лестница, устланная дорожкой. По ступенькам Рэй-Линн поднялась на площадку с маленькой балюстрадой. В проем между балясинами увидела старика: грызя ноготь, тот напряженно вглядывался в окно. Вот по стеклу мазнул свет фар, и дед облегченно вздохнул. К дому подъехала машина, темнокрасный пикап, его было хорошо видно в окошко над дверью.

На мгновение Рэй-Линн окоченела, потом дрожащей рукой зажала рот. Из машины выбрался тот самый мужик, что пытался ее убить. Здоровенные руки, бычья шея – это он.

Рэй-Линн проскользнула обратно в комнату и возле стеллажа заметила телефон. Она схватила трубку и уже хотела набрать 911, но вспомнила о визитке, которая всегда была при ней, – видимо, на счастье. Рэй-Линн выхватила карточку из кармана, выронила, быстро подобрала. Каролина Мейбри. Особый отдел. Стала набирать номер мобильника. Открылась входная дверь.

– Что так долго? – спросил старик.

– Дела задержали, – сказал мужик. – Где она?

– Внизу. Спит.

В трубке раздался гудок, а на лестнице шаги. Рэй-Линн бросила трубку и кинулась к окну. Завозилась со шпингалетом, но наконец справилась и выпрыгнула на улицу.

– Стой! – крикнули сзади.

Рэй-Линн обернулась: старик повесил телефонную трубку, мужик скрылся в дверном проеме. Через задний двор она кинулась во тьму, к шумевшей реке.

51

Пережевывая маковый кекс, Спайви наблюдал за телеоператором, который вел панораму с серебрившихся железнодорожных путей на ярко освещенный берег и Блантона. Тот, сидя на корточках неподалеку от места, где нашли труп Ребекки Беннетт, якобы просеивал в пальцах землю. У него задрался пиджак и присползли брюки, выставляя на всеобщее обозрение резинку трусов. Мизансцена Макдэниэла, нарядившегося в ковбойку и галстук боло, выглядела удобнее: скрестив руки на груди, он щурился вдаль.

– Классный кадр, – пробормотал Спайви.

Каролина нервно расхаживала в сторонке, но теперь снова подбежала к нему и прошептала:

– Мы должны что-то делать. Срочно.

Ассистентка замахала рукой – тише вы! Каролина опять отошла и раздраженно пнула кочку.

Зазвонил ее мобильник, ассистентка ожгла ее взглядом. Она достала телефон, но абонент уже

отключился.

– Мне одному кажется, будто я сижу на толчке? – спросил Блантон.

– Прошу вас, мистер Блантон! – сказала ассистентка. – Давайте снимем этот план, и вы свободны. Хорошо?

– Я только не понимаю, почему он стоит, а я должен выглядеть так, словно мне приспичило?

Камеру решили переставить на другую точку, и Каролина воспользовалась заминкой, чтобы снова дернуть Спайви:

– Я думаю, Ленин Райан в Спрингдейле.

Спайви смотрел, как устанавливают камеру: