Джерри Пурнелл – Космический корабль короля Давида (страница 5)

– А что насчет моего сержанта?

– Инспектор Солон уже осмотрел его, а человек, ударивший его, профессионал. Никакого непоправимого вреда сержанту не причинили. Через час, а возможно раньше, он присоединится к нам.

– Тогда продолжим, – Маккинни отхлебнул горький напиток, вкус которого никогда не мог даже приблизиться к вкусу кофе земного сорта. Отправившись к звездам, человек нашел там очень немного нового. Люди колонизировали мир Принца Самуила тысячу лет назад, но до этого прожили на Земле миллионы лет.

– Расскажите мне, что вы знаете о планах имперского Космофлота в отношении мира Самуила, полковник Маккинни?

– Знаю немного, но вполне достаточно. Имперский Космофлот появился меньше года назад и почти сразу же основал гарнизонный форт в Гавани. Поначалу они не вмешивались в дела местных правительств, но потом заключили союз с вашим королем Давидом…

– Это и ваш король, полковник, – перебил его Дугал.

– С королем Давидом. Они помогли вам завоевать все города-государства вокруг Гавани и в конце концов проделали то, на что была не способна армия Гавани, – помогли вам захватить Орлеан. Не знаю, кто следующий на очереди, но, думаю, Космофлот не остановится, пока Гавань не завоюет весь Северный материк. После этого… кто знает, скорей всего они займутся южанами, я так думаю.

– А что они сделают потом, полковник?

– В ваших газетах пишут, что Империя принесет нам различные технологические блага, но до сих пор она не дала нам ничего. Возможно, вы, правители Гавани, придерживаете все эти блага для себя.

– Мы ничего не придерживаем – они ничего нам не дали, Маккинни. Помощь, которую оказывали нам имперские, была помощью прямого действия: десантники принимали участие в операциях с собственным оружием, а моим людям не позволялось даже взглянуть ни на это оружие, ни на их технологии. Но продолжайте – что же последует дальше?

– Как только вся планета будет разбомблена и завоевана, я думаю, что мир Самуила присоединится к Империи, а Давид Второй станет планетарным королем.

– И вы не слишком этому рады? – улыбнулся Дугал.

– Что вы хотите от меня услышать, гражданин Дугал? Вы только что сказали мне, что вы начальник тайной полиции. Хотите, чтобы я признался вам в государственной измене?

Малкольм Дугал налил в свою кружку чайкеста, осторожно, чтобы не пролить ни капли, потом, прежде чем ответить, сделал большой глоток.

– Я ценю вашу откровенность, полковник. Если бы я привел вас сюда, чтобы разделаться с вами, я бы это давно уже сделал. Доказательства мне не нужны, поэтому я бы покончил с вами без суда и следствия. О том, что вы побывали здесь, никто бы не узнал, кроме моих доверенных людей, и вы бы никогда не вышли за пределы этой комнаты, и внешний мир никогда бы о вас не узнал. Но мне важно понять, что думаете вы, Железный Маккинни, потому что это важно для Гавани и всей планеты. Теперь прекратите разводить церемонии и отвечайте на мой вопрос.

Тут Маккинни впервые, с тех пор как Дугал поджал губы при упоминании кофе земного сорта, заметил в начальнике тайной полиции проблеск эмоций. Прежде чем ответить, Маккинни минуту помолчал.

– Да, я не слишком этому рад. Я вижу и более неприятную возможность, а именно, завоевание всей планеты одним из южных деспотов, но после того, что вы сделали с Орлеаном – да, я считаю ваше владычество безрадостной перспективой.

– Благодарю вас.

Дугал проговорил это нормальным голосом, даже словно бы извиняясь, и сходства с кроликом как не бывало. Теперь он больше походил на делового человека.

– Но не находите ли вы еще более безрадостным повсеместное правление имперского вице-короля?

– Конечно.

– И почему же? – Дугал поднял руку: – Впрочем, я понимаю почему. По той же причине, по которой вы пьете чайкест, как он ни горек. Потому что вице-король – чужак, пришлый, родом вообще не с Самуила, в то время как эта планета – наша родина. Это наш мир и наш дом, и уверяю вас, полковник Маккинни, что мы никогда не станем рабами Империи. По крайней мере до тех пор, пока жив я и пока живы мои сыновья.

– И каким же образом вы хотите помешать Имперскому Космофлоту и десантникам завоевать мир Самуила?

– Я не собираюсь им мешать. Я мог бы надеяться им помешать, но это бесполезно. Как только их вице-король и колонисты высадятся здесь, у нашего короля Давида останется не больше власти над планетой, чем, скажем, у вашего сержанта. Я считал, что вы знаете имперских лучше, полковник. Понимаете хотя бы их стремления…

Дугал протянул руку и нащупал что-то под столешницей. Через секунду Маккинни услышал, как позади него открылась дверь.

– Да, господин, – проговорил ровный баритон. Даже не обернувшись, полковник узнал инспектора Солона. Голос, холодный и невыразительный, как из могилы, отлично подходил инспектору.

– Принесите книгу, инспектор, – тихо приказал Дугал.

– Слушаю, господин.

Дверь не закрылась, через пару секунд Солон вернулся и, пройдя через комнату, подал Дугалу пачку листов, удерживаемых странным зажимом.

– Благодарю.

Дугал взмахом руки отпустил инспектора и указал на стопку листков.

– Это единственный имперский артефакт, который нам удалось получить. Как оказалось, это некое литературное произведение о приключениях флотского офицера на колонизируемой планете. Однако из этой книги мы получили достаточно информации о структуре имперского правительства, то есть примерно столько же, сколько можно почерпнуть из бестселлера Кадаса о правительстве Гавани, при том, что в книге нет ни единой специально написанной на эту тему строчки. Понимаете меня?

Маккинни кивнул.

– Тогда, – продолжил полицейский, – прошу вас понять еще и следующее. Империя включает в себя несколько планетарных правительств. Имеется собственно Земля, почетная столица, в настоящее время по большей части непригодная для обитания из-за последствий Сепаратистских войн. По некоторым причинам имперские оставили на Земле ряд учреждений вроде Академии Космофлота и военных академий, но настоящей столицей является Спарта, расположенная совершенно в другой планетной системе. Кроме того, существуют так называемые Союзные Королевства, планетарные правительства которых достаточно сильны, чтобы задать трепку даже Имперскому Космофлоту, в случае если Империя решит вмешаться в их внутренние дела.

– Это монархии? – спросил Маккинни.

– По крайней мере одна из них республика. Но в основном, да, монархии. – Дугал отхлебнул чайкеста. – Далее имеются миры первого и второго класса. Нам непонятна разница между ними, но миры обоих этих классов имеют меньшие права решать собственные проблемы, чем Союзные Королевства. Но даже эти миры имеют своих представителей в многопалатном Согласительном Совете, люди из этих миров служат в Имперском Космофлоте. Эти два класса различаются по уровню технологического развития, который мы не можем понять, но этот уровень технологии имеет решающее значение при вступлении мира в Империю. Миры первого и второго класса обладают чем-то под названием «атомная энергия», приводящим в неописуемый восторг академиков нашего Университета, и способны строить собственные космические корабли.

Маккинни кивнул, припоминая слова, сказанные пьяным лейтенантом в «Синей бутылке». Дугал продолжил:

– Вы находитесь тут потому, что слышали этого мальчишку. После планет первого и второго классов нет ничего, кроме колоний. Такой колонией нам предстоит стать.

– И каков статус колонии? – поинтересовался Маккинни.

– У колонии нет никакого статуса. Граждане Империи приходят на планету как класс аристократов, для насаждения цивилизации. Вице-король правит от имени императора, а десантники Космофлота следят за порядком на планете. Колонисты получают в свои руки все бразды правления, а местное население делает то, что ему говорят.

– Но как они могут править планетой против воли всего населения? Что толку спалить непокорный мир дотла, как это вышло с Личфилдом? – Маккинни выпил остатки остывшего уже чайкеста и сам ответил на свой вопрос. – Им не приходится вести усмирительных войн, верно? В их распоряжении – ренегаты из местных, готовые смотреть имперским в рот. Всегда найдется тот, кто с готовностью сделает за них всю грязную работу.

Маккинни со значением взглянул на Дугала.

Малкольм Дугал прекрасно понял сказанное.

– Да. Всегда найдутся такие люди. Если не король Давид, так кто-нибудь из южных деспотов. Но у нас такого не будет, Маккинни. Я придумал, как избежать всего этого и добиться права присвоить миру Самуила статус планеты второго класса. Я нашел способ, нашел шанс, но я не могу сделать это в одиночку.

Дугал наклонился через стол и пристально взглянул на Натана Маккинни.

Полковник Маккинни медленно поднялся и выпрямился во весь рост, прежде чем наполнить свою кружку чайкестом. Потом, повернувшись, он не торопясь прошел к кушетке, быстро осмотрел сержанта и снова вернулся на свой стул у письменного стола.

– Сэр, у вас не найдутся робак и трубка? – спросил он Дугала. – Ночь, видимо, выдастся нелегкая… Почему вы выбрали меня?

– До сегодняшнего вечера у меня не было в отношении вас особых планов. До сих пор, откровенно говоря, у меня вообще не было никакого четкого плана, я просто собирал информацию и анализировал различные возможные действия, готовясь использовать свой шанс, любой шанс, но вышло так, что этот молодой болван сам рассказал, как нам можно спасти планету. Вы, конечно, тоже его слышали.