Джерри Остер – Обреченные на смерть (страница 45)

Кения стояла, широко расставив ноги, руки в бока, покачивая головой из стороны в сторону. На ней была не кожаная мини-юбка, а старенький халатик, который когда-то был красным, но уже застиран и вылинял и стал бледно-розовым. Под халатиком виднелись трусики и футболка «Найк» с надписью: «Делай это».

— Ты самый несчастный человек, какого я когда-либо видела. Ты ничтожный человек. Ты смешон и говоришь нелепые вещи. Что ты здесь делаешь? Я открыла тебе, потому что думала: есть какая-то срочная работа, но ты просто хочешь потрахаться, ты, несчастный идиот. Ты узнал мой адрес в отделе кадров? Я подам на тебя жалобу и обвиню в сексуальном домогательстве. Клянусь, я сделаю это. Обещаю, что ты меня надолго запомнишь.

Все шло не так, как предполагал Карлтон. Кения должна была открыть дверь, одетая в свою мини-юбку, а в руках у нее должен был быть бокал вина и толстый «косяк» марихуаны. Она должна была сказать ему: «О, Карлтон, я думала, что ты будешь на работе в это рождественское утро». И она должна была потереться о него своим бедром, своей кожаной попкой. Под юбкой у нее ничего не должно было быть надето, или только какие-нибудь узенькие трусики.

— Успокойся, сука.

Кения с минуту смотрела на Карлтона, затем подошла к нему поближе.

— Еще только раз назовешь меня сукой, я тебе глаза выцарапаю, ты, паршивый пес. Ты любишь белых, трахаешь белых, лижешь им зад. Я оторву тебе яйца и спущу их в туалет. Понимаешь меня, друг? А теперь убирайся отсюда, а то я позвоню куда надо, — она направилась в сторону телефона, который стоял на столе возле дивана, сняла трубку и стала набирать номер. Настоящая афроамериканка — делает то, о чем говорит. Она должна была быть женщиной-прокурором, раздающей сроки направо и налево всяким там торговцам наркотиками, убийцам, шлюхам, сутенерам, преступникам и прочим обездоленным людям. А после этого она должна была до упора слушать передачу Фрэнки Крокера.

Карлтон подбежал к телефону и вырвал его из рук Кении. Потом он швырнул на стол свой транзистор. Как раз в это время передавали новости:

«Странное и жестокое событие произошло в ночь на Рождество. Убийца полицейских Элвис Полк мертв. Человек, которого разыскивала полиция по всему восточному побережью после того как он убил двух нью-йоркских детективов около двух недель назад, Полк был найден застреленным прошлой ночью в доме, находящемся в районе Челси. Квартира, в которой его нашли, принадлежала Маргарет Моррис, адвокату Полка. Она была смертельно ранена. Мисс Моррис, абсолютно голая, дошла, несмотря на мороз на улице, до полицейского участка в Мидтаун-Вест. Перед тем как умереть, она успела сообщить, что человек, который убил Полка и ранил ее, был некий Карлтон Вудс, работающий в районной прокуратуре Квинса. Вудсу тридцать четыре года, и он характеризуется начальством как хороший адвокат с безупречной репутацией. Районный прокурор Ралф…»

Кения выключила радио.

— Бедная Маргарет. Я всегда говорила…

— То, что ты всегда говорила, Кения, меня абсолютно не интересует, — Карлтон снял куртку и бросил ее на пол. Он не снял своих кроссовок, потому что боялся простудиться: пол был довольно холодный.

— Меня сейчас интересует только одно — сдернуть из этой чертовой страны. А ты… поможешь мне в этом.

Кения Диз рассмеялась.

Карлтон Вудс выхватил пистолет и направил дуло ей прямо в лицо.

Она не шевельнулась, не вздрогнула, не мигнула даже.

Карл засмеялся, покрутил пистолет вокруг пальца и опять засунул его за пояс своих джинсов.

— Одевайся, Кения. Мы пойдем в офис. Там есть несколько конфискованных паспортов. Мы возьмем парочку, а потом совершим небольшое путешествие.

Кения уперлась руками в бока:

— А почему я?

Карлтон взял ее за локоть, повернул ее и повел в спальню.

— Посмотри на свою милую комнату в последний раз, Кения. Больше ты ее не увидишь.

Кения вырвала свою руку из его.

— А почему я? — опять спросила она.

В спальной комнате стояло кресло-качалка, и Карлтон сел в него. Он вынул свой пистолет 22-го калибра из-за пояса и направил его на Кению.

— Одевайся. Собирай свои вещи. Возьми с собой только самое необходимое.

Кения некоторое время стояла и смотрела на Карлтона, изучая его. Она его пугала. Наконец она сказала:

— О Боже, — после чего вытащила из-под кровати красную нейлоновую сумку, бросила ее на кровать и пошла в кладовую.

— Слушай, Кения, — сказал Карлтон. — Надень свою кожаную мини-юбку.

Кения ничего не сказала. Она срывала одежду с вешалок и бросала ее в кучу на кровать. Потом сняла с себя халатик и надела вельветовые слаксы и черный шерстяной свитер с большим воротом. На ногах у нее были кроссовки «Адидас». Затем она упаковала остальные вещи в сумку и застегнула молнию. Она прошла в ванную комнату и через пару секунд вернулась с туалетными принадлежностями, которые положила в боковой карман сумки. Она стояла и смотрела на Карлтона. Потом сказала:

— Мое пальто в прихожей, — потом молча взяла сумку в руки и пошла в прихожую, а Карлтон все не вставал с кресла-качалки.

Он не подумал, что события будут развиваться таким образом. Он предполагал, что Кения Диз исполнит перед ним что-то вроде стриптиза, снимая свой халатик, потом футболку «Найк» и спортивные трусы. А потом наденет узкие трусики, кожаную мини-юбку и какую-нибудь клевую кофту. Она будет надевать все это, а Карлтон — воображать, как он будет снимать с нее одно за другим.

Карлтон встал из кресла-качалки и пошел в прихожую вслед за Кенией. Она ждала его, одетая в черное пальто.

— Ты, я вижу, совсем не любопытна, Кения, — сказал Карлтон. — Или, может быть, у тебя в голове только эта радиостанция «ВБЛ, пинающие С», Фрэнки Крокер со своими приколами типа «нет на свете никого лучше друга моего», и все это дерьмо? Ты слушаешь группы «Вне закона», «Враги народа», «Ребята из гетто». Так, что ли, Кения?

Кения Диз вздохнула, сняла с себя черное пальто и бросила его на свою красную сумку. Она посмотрела ему прямо в глаза:

— Ну, Карлтон, разреши теперь полюбопытствовать.

Она издевалась над ним, но Карлтон был спокоен.

— Помнишь Тайгера Монро Гарра?

Кения покачала головой.

— Ты же работала на нас, когда Тайгер Монро Гарр сделался банкротом по вине Стива Пула.

Кения вздохнула:

— Расскажи мне эту историю, Карл, и не задавай дурацких вопросов.

— Тайгер Монро Гарр был связан с торговцами наркотиками.

Кения Диз сделала большие глаза.

— Стив Пул, сейчас он сенатор Стивен Джей Пул, а в те дни был детективом Стивом Пулом, занимался делами торговцев наркотиками и их поставщиков. Он действовал почти в одиночку и вел себя как ковбой.

Кения нетерпеливо топнула ногой по паркетному полу.

— Сейчас, Кения. Это короткая история. Простая и короткая история. Вот слушай. Сейчас я тебе ее расскажу, а потом мы пойдем, нам пора идти. Короче, Стив Пул обнаружил в багажнике «кадиллака», принадлежащего Тайгеру, наркотики, стоимость которых превышала сто тысяч долларов. Это был кокаин. Твой покорный слуга был назначен следователем по этому делу.

Кения Диз отвернулась от Карлтона Вудса и посмотрела в окно. На улице уже рассветало.

— Ты слушаешь меня, Кения? — спросил Карлтон Вудс. Она посмотрела на него, прямо ему в глаза.

— Слушаю ли я тебя? На фиг мне слушать этот бред? На фиг мне слушать о том, что Пул подложил наркотики в «кадиллак» Тайгера? На фиг мне слушать о том, что он предложил тебе деньги, наркотики или еще черт знает что, после того как кто-то вычислил его? Ты пошел на это и после этого жил припеваючи. Потом Маргарет узнала обо всем, и ты убил ее. Так, что ли, Карлтон? Все, что ли? Не нужно быть гадалкой, чтобы понять все это.

Но дело было совсем не таким простым, оно было намного запутаннее.

— Все не так просто, Кения. Все гораздо сложнее.

— Ну и пошел ты к черту со своими сложностями.

Карлтон хотел схватить ее за руку, но она увернулась, и он упал на телефонный столик, который развалился под его тяжестью, и Карлтон шлепнулся на паркетный пол. Кения Диз схватила большую лампу, которая тоже упала на пол, и ударила ею по голове Карлтона. Он не шевелился. Она пощупала его пульс. Пульс у него был. Кения была рада, что не убила его, а просто отключила.

Шнуром от лампы Кения связала ноги Вудса. Потом открыла сумку, достала из нее пояс от халата и связала руки Карлтона. После чего сняла телефонную трубку. Она набрала 911 — это был номер, по которому вызывают полицию.

Глава 28

— Счастливого Рождества, — сказал мужчина высокого роста, одетый в синий двубортный костюм.

«Пошел ты к черту», — подумал Каллен. Он помешал свой кофе, который был холодным, чертовски холодным. Он пил кофе в одной из греческих кофеен.

— Ты Каллен, правильно? — сказал человек в синем двубортном костюме.

Тот самый Каллен.

— Извини, друг, ты принял меня за… Ник?

Ник Альберт протянул ему свою большую руку.

— Я так и знал, что это ты. Но ты вел себя так, будто никогда в жизни не видел меня. Я подумал, это потому, что я выгляжу не так, как в прошлый раз, когда мы виделись.

— В прошлый раз, — сказал Каллен. Это было в баре «О’Бойл» на бульваре Квинс. — Ты выглядел как хиппи. А теперь ты похож на тренера бейсбольной команды.

Ник Альберт рассмеялся.

— Да. Я больше не работаю в баре, вот и приоделся, — он присел на табурет рядом с Калленом и махнул рукой бармену: