Джерри Остер – Обреченные на смерть (страница 42)

— Папа, все эти люди пришли сюда позвонить?

О, нужно было находиться там в это время.

В том же 1979 году Каллен с женой в последний раз отмечал Рождество у Хриньяка, своего старого приятеля. Каллен тогда был детективом второго класса и все еще женат на Конни. Хриньяк был инспектором полиции и у него еще не было лысины. Верил Хриньяк все еще была блондинкой.

Каллен вошел в магазин через вращающуюся дверь, прошел мимо справочной и подошел к эскалатору. Он поднялся на второй этаж и прошел через отдел мужской одежды к эскалаторам, находящимся в центре магазина. Он поднялся на пятый этаж, свернул за угол и дошел до лифта, нажал на кнопку вызова. Интересно, подумал он, есть ли в справочнике правил и предписаний что-нибудь о том, как нужно прятаться в универмаге, если тебя преследует известный болван и любитель заканчивать чужие фразы, коп, у которого есть родственники в преступном мире.

Лифт остановился перед Калленом, и он вошел в него, опустив глаза долу, как делал всегда, заходя в лифт. Как коренной житель Нью-Йорка, он не хотел никого пугать и не хотел быть похожим на туриста. В лифте было восемь или девять человек, пятеро из которых — дети. Родители выглядели измученными, а детишки были возбуждены. От них пахло Макдональдсами — жареной картошкой и кетчупом. Лифт не поднялся еще и на шестой этаж, когда Каллен почувствовал, что где-то рядом находится Колавито, и испугался.

Лифт остановился на шестом этаже. Одни люди вошли, другие — вышли. Двери закрылись, и лифт стал подниматься вверх.

Кабина останавливалась на седьмом, на восьмом этаже. Люди входили и выходили. Двери открывались и закрывались.

Наконец лифт остановился на девятом этаже. Здесь был Санталенд. Каллен отошел в сторонку, чтобы не мешать людям выходить. Все вышли из лифта, все, кроме Колавито. Большая толпа хотела войти, но Колавито преградил ей путь.

— Извините, друзья, но этот лифт испортился. Пожалуйста, подождите следующего. Он будет здесь через пару минут. Спасибо вам за терпение. Извините, друзья, извините. Этот лифт…

Каллен ударил Колавито кулаком по печени. Колавито взмахнул руками и схватился за Каллена, задыхаясь. Каллен опустил его на пол, перешагнул через него и вышел из лифта.

— … не работает, — закончил он фразу, начатую Колавито.

Глава 25

— Привет, я Джинни. Как вас зовут?

— А… Джо, — невозможно врать эльфам, особенно накануне Рождества, когда Санта и его команда все еще проверяют вас — хорошо ли вы вели себя в течение года или плохо. К тому же если у этого эльфа из команды Сайты карие глазки и чудные каштановые кудряшки, и эльф выглядит так, как ваша дочь, возможно, будет выглядеть через три года, когда ей исполнится семнадцать лет.

— Скучаешь в одиночестве сегодня вечером, Джо?

— А, да, — Каллен оглянулся, чтобы удостовериться, что рядом не было его «друзей». Что бы он ни сделал с Колавито, об этом ничего нет в справочнике правил и предписаний. Он принял спонтанное решение. Он ненадолго вырубил его. Колавито мог прийти в себя в любую минуту. — Мой сын заболел. Я сказал ему, что пойду и посмотрю Санту вместо него. И скажу Санте, что мой сын хочет получить в подарок на Рождество.

Джинни, казалось, верила ему. У него даже было такое впечатление, что она хочет обнять его.

— А, это очень мило. Я скажу тебе, что надо делать. Следуя по этой линии, можно поговорить с Санта Клаусом, а если по этой, то можно лишь посмотреть на него. Эта линия проходит мимо всех электрических поездов, механических эльфов и всякого такого, а та ведет прямо к окну, через которое можно увидеть Санту.

Тебе же не нужно смотреть на все эти электрические поезда и на эльфов, не так ли? Ты хочешь просто поговорить с Сантой, так что, если ты последуешь по этой линии, я встречу тебя на другом конце, там, где находится Санта и провожу к нему. У нас там несколько Санта Клаусов, но мы не говорим об этом детям.

— Джинни.

— Да? — голос у нее слегка дрогнул, как будто она вдруг вспомнила о том, что ее предупреждали — есть мужчины, притворяющиеся любящими отцами своих сыновей, которые вдруг заболели и не могут прийти взглянуть на Санту и приходится идти вместо них, а на самом деле таким нужен не Санта, потому что они психопаты, шизоиды, насилующие эльфов.

— Где здесь выход, Джинни? — прежде чем Каллен успел спросить про выход, через который приходят и уходят все эти Санты так, чтобы дети их не видели и не были бы разочарованы видом столь большого количества Санта Клаусов, а ему нужный потому, что он, как она догадалась, действительно не любящий отец, но агент, выполняющий очень ответственное задание, о котором хотел бы ей рассказать, однако это дело государственной важности и очень секретное, — прежде чем Каллен успел спросить у нее про этот выход, он увидел Колавито. Одна его рука была прижата к боку в том месте, куда его ударил Каллен, другой он держался за стену, чтобы не упасть. Колавито выглядел ужасно.

Прежде чем Колавито увидел его, Каллен побежал по дорожке, ведущей к электропоездам и механическим эльфам, туда, где вас ждет Санта.

Дорожка была зигзагообразная. Она то поднималась вверх, то спускалась вниз. Эта дорожка была чертовски знакома Каллену. А почему же она не должна быть знакома ему? После того как он приводил сюда, в магазин «Мейси», Джеймса, чтобы тот мог увидеть Санта Клауса, он бывал здесь еще шесть раз. Впервые он привел сюда Тенни в 1981 году, когда ей было четыре года. В последний раз его дети побывали здесь в 1985 году, когда Джеймсу исполнилось уже одиннадцать, он прятал у себя в комнате журнал, посвященный Мадонне, и перестал верить в Санта Клауса. Тенни, хотя ей и было всего девять лет, была от рождения настроена ко всему скептически и в вопросе о Санте не находилась под влиянием своего брата, а скорее наоборот, повлияла на него.

Каллен также вспоминал, как жарко здесь всегда было — полно народу, и все одеты в эти чертовы пальто и ботинки. Детишкам обычно хотелось тут пить или писать.

Это Рождество было теплее всех других, и в магазине стояла невыносимая духота. Убегая от представителя закона, обманывая эльфа из команды Санты, не чувствуя, что наступает Рождество, Каллен просто умирал от жары. Его лицо и тело были покрыты потом.

Всего лишь около дюжины отцов, матерей и детишек стояли в конце линии, ожидая встречи с Сантой. Ну хватит, подумал Каллен, сколько же можно ждать приближения Рождества, пора праздновать Рождество. Пора перестать делать покупки и устроить вечеринку. Каллен протиснулся сквозь толпу.

— Извините, пожалуйста. Полиция. Дайте пройти. Полиция. Осторожно. Будьте внимательны. Полиция.

Но в этот час, в этот вечер к полиции не относятся с уважением.

— Эй, поосторожней, мистер. Не видите разве, что тут дети.

— Эй, не толкайтесь.

— Стюарт, осторожно. Стюарт! Стюарт!

И наконец:

— Извините, сэр, — на этот раз эльфом оказалась блондинка. На груди у нее был приколот значок с именем Дон. — Вы должны вернуться в конец очереди.

Неожиданно все приняли его сторону:

— Все в порядке, милая. Он из полиции.

— Пусть проходит. Он из полиции.

Позади Дон была какая-то комната с несколькими дверями. Через каждую дверь, припомнил Каллен, который не раз бывал здесь, эльф проводит посетителей к Санте. Двери были деревянные, как и положено дверям, которые ведут в хоромы Сайты. Но ведь Санта живет на Северном полюсе, а там нет деревьев. Администрация магазина «Мейси» явно не продумала этот вопрос. На самом деле эти двери были скорее похожи на двери уборных.

Или, может быть, ему это просто показалось, потому что он внезапно захотел пописать.

— Есть какие-нибудь Санты, у которых сейчас перерыв, Дон?

— Перерыв? — вскрикнула Дон. Она тоже вспомнила все, что ей говорили о психопатах и маньяках, насилующих эльфов.

— Покажи мне, где они, Дон. А потом можешь снова заниматься своей работой.

Толпа снова начала возмущаться:

— Эй, приятель, чего лезешь без очереди? Почему это ты должен идти вне очереди? Мы уже сорок пять минут ждем. Сейчас наша очередь.

— Покажи мне, Дон, где они отдыхают. Не волнуйся. Не обращай внимания на этих людей.

— А…

— Покажи мне, Дон.

Она открыла одну из дверей, и они оказались в комнате, где Дон сразу же покинула его. Каллен осмотрелся и увидел Санту, сидящего на складном стуле и жующего сэндвич. На коленях у него лежала салфетка. Его красная шуба висела на крючке, белая борода, парик и усы лежали на скамейке, его подтяжки спущены. На нем была простая белая футболка. Он был высокий, длинноносый, с большим подбородком. Он вовсе не так уж стар — что-то под пятьдесят. Почти столько же, сколько было истекающему потом шизоидному психопату и маньяку, насилующему эльфов, который стоял перед Сантой и жадно глядел на сэндвич, потому что его живот был так же пуст, как был полон его мочевой пузырь.

— Добрый вечер, Санта, — сказал Каллен.

— Здравствуйте, — ответил Санта. — Вы работаете в «Мейси»?

— А, нет. Я…

— Коп? — еще один специалист по заканчиванию чужих фраз. Каллен грохнул бы его, если бы только был вооружен. А может, попросить у Санты пистолет?

— Тянул срок? — спросил Каллен.

Санта мрачно посмотрел на него и кивнул головой.

— Давно это было и далеко. Меня могут выгнать отсюда, если узнают, что я сидел. Не говорите никому об этом, ладно?