Джерри Олшен – Не демонтировать! (страница 18)
Сондерби пожал плечами.
— Вопреки расхожему мнению, мы не всесильны.
— Знаем мы ваши игры, — заявил Рик. — Хотите понять, как мы это сделали, чтобы потом превратить нас в оружие.
Он ожидал, что Сондерби начнет протестовать, но тот лишь невозмутимо кивнул:
— Достаточно верно. Или в защиту от подобного оружия. По нашим данным, русские уже давно работают в этой области, нам же до сего момента работать было особенно не с чем.
До того, как появились «Аполлоны»-призраки, Рик сказал бы, что работать и не надо, так как все это ерунда, но теперь он был другого мнения. И не сомневался, что ЦРУ считает так же. Если у русских в этой области что-то получается, Соединенным Штатам нужно знать, что это. Однако оружие — совсем другое дело.
— Вряд ли я буду вам полезен в смысле создания оружия, — заметил он.
Сондерби это ничуть не обескуражило.
— Что ж, достаточно прямое заявление, — кивнул он. — В таком случае я был бы счастлив просто поговорить о том, что произошло.
Он повернулся к одному из матросов, стоявших неподалеку:
— Можно принести сюда стулья? И тент, чтобы прикрыть нас от солнца и ветра?
Скорость, с которой матросы бросились исполнять приказание, утвердила Рика в мысли, что Сондерби действительно важная шишка. Не хотелось иметь с ним никакого дела — Рик вообще терпеть не мог ЦРУ, — но выбора не было. Нельзя ведь совсем ни с кем не общаться, так какая разница, узнает Сондерби все, что хочет, от него или из третьих рук. Уж лучше поговорить с ним. По крайней мере можно будет выяснить, чего хочет ЦРУ.
Конечно, хорошо бы обсудить с Тессой и Йошико, о чем можно говорить, а о чем не стоит, однако Рик не сомневался, что каждое сказанное в трейлере слово фиксируется. Думать надо было во время полета, а тогда им было не до этого.
Рик повернулся к своим спутницам и громко произнес:
— Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас сказал что-либо, что поможет им придумать новое оружие. Согласны?
— Вполне, — ответила Тесса.
Йошико посмотрела на Сондерби, затем на Рика и молча кивнула.
— Прекрасно, — улыбнулся Рик. — Что ж, поговорим.
Глава 15
Следующие три часа астронавты рассказывали о своем полете. Их просили не упускать ни мельчайшей детали. Рика беспокоило, что они не знали наверняка, что можно говорить, а чего нельзя. Вполне вероятно, это знал Сондерби, однако ни он, ни его подручные не подавали виду.
Они задавали вопросы о поведении космических кораблей-призраков и реагировали так же, как любой другой на их месте. Один из них не уставал повторять: «Это круто!», другой снова и снова твердил как мантру: «Невозможно!»
Отвечая на вопросы, астронавты убирали свои койки, без конца натыкаясь друг на друга, пока не привыкли к качке. Рик пытался не обращать внимания на противное ощущение в желудке, возникающее всякий раз, как корабль проваливался в яму между волнами, и в конце концов обнаружил, что чувствует себя лучше, когда сидит. Поэтому все трое примостились на койке-кушетке Йошико у окна.
Ученые устроились на складных стульях под сине-белым пластиковым тентом. Еще один тент был натянут справа, защищая от крепкого восточного ветра, порывы которого трепали их шевелюры. Глядя на ученых, Рик пожалел, что не может подставить лицо ветерку.
Энтузиазм заразителен. Исподволь астронавты втянулись в опрос; они все более и более оживлялись, вспоминая свое путешествие, особенно возвращение и финальное падение в океан.
— Между прочим, вы должны были погибнуть, — заметил Сондерби.
— Что? — Рик почувствовал, как гулко забилось его сердце.
— Я имею в виду падение. Вы находились на высоте пяти сотен футов, когда капсула исчезла. Падение непременно должно было убить вас.
Тесса бросила на Рика ледяной взгляд.
— В самом деле? Почему же мы живы?
Сондерби отхлебнул ледяного чая, который ученым принесли вместе со складными стульями. Женщина справа от него, физик по имени Уилсон, сказала:
— Ваше падение затормозила какая-то невидимая сила. Эта сила была нелинейная и увеличивалась по мере вашего приближения к поверхности воды. Проанализировав видеозапись, мне удалось определить, что ваше падение началось с ускорением в один g, а затем постоянно уменьшалось. На последних двадцати футах ускорение даже стало отрицательным. Вы ударились о воду с такой скоростью, как если бы упали с сорокапятифутовой высоты. Приличная скорость — тридцать шесть миль в час, — но едва ли опасная для жизни, если грамотно приводниться. Что вы и сделали.
Сондерби продолжил:
— Отсюда следует только один вывод: вы продолжаете контролировать реальность и после исчезновения капсулы. Как только вы поняли, что высота слишком велика, то замедлили падение. Видимо, чем дольше вы падали, тем вам было страшнее. Этим вполне объясняется, что ускорение стало отрицательным. Вы запаниковали.
— Я вовсе не запаниковал! — возмутился Рик.
Более того, он вспомнил свою уверенность в том, что они не погибнут. Смешанную, конечно, со злостью из-за потери образцов. Все, что угодно, только не паника.
Сондерби не настаивал.
— Не спорю. Мог просто сработать инстинкт самосохранения. Любопытно посмотреть, что случится, если сбросить вас с еще большей высоты. Если у вас хватит времени полностью осознать происходящее, не останетесь ли вы висеть в воздухе?
— Что-то мне не очень хочется выяснять, — заметил Рик.
— Я вас не виню, — ухмыльнулся Сондерби. — Не беспокойтесь. Знаю, вы считаете меня воплощением зла, но я не расчленяю котят ради удовольствия и не провожу опасных экспериментов над людьми.
Рик пожал плечами.
— Приятно это слышать, поскольку, мне кажется, я утратил контроль над происходящим. Когда нас поместили в трейлер, я попытался превратить его в самолет — и ничего не вышло.
Ученые оживились. Один из них, бывший астроном по имени Толанд, который однажды увлекся сверхъестественным и теперь считал себя психиатром, заметил:
— Как вы можете говорить, что утратили свои способности, если свидетельство их находится прямо перед вами?
— Какое свидетельство?
— Кольцо Тессы.
Рик посмотрел на ее руку, которую Тесса держала вне поля зрения ученых. Кольцо по-прежнему было у нее на пальце.
— Можем мы взглянуть на него? — спросил Толанд.
Тесса пожала плечами и поднесла кольцо к окну. Ученые столпились у окошка, и немедленно посыпались вопросы:
— Каково оно на ощупь?
— Ощущаете ли вы в нем какую-нибудь энергию?
— Оно холодное?
— Оно твердое, как настоящий металл?
В ответ на последний вопрос Тесса постучала кольцом по стеклу. Звук не оставлял сомнений в его материальности.
— Вы позволите его исследовать? — спросила Уилсон. — Если бы получить образец, хотя бы маленький спил для химического анализа… Мы знаем, из чего изготавливались настоящие предохранители переключателей. Интересно, из какого материала состоит этот.
Тесса рассмеялась:
— Я об этом не подумала. Черт, а вдруг это золото или что-нибудь подобное?
— Если так, то возблагодарим Бога за то, что американская валюта больше не привязана к золоту, — сказал Сондерби.
Тесса рассматривала кольцо.
— Если я разрешу вам на него посмотреть, обещаете вернуть его?
— Конечно, — закивала Уилсон, но тут вмешался Сондерби:
— Поймите, это первый настоящий, подтвержденный документами сверхъестественный артефакт, который когда-либо попадал к нам в руки. Химический анализ — всего лишь один из многих тестов, которые мы хотели провести.
— А вы поймите, что это к тому же мое обручальное кольцо.
Сондерби покусал губу, затем медленно кивнул.
— Нет сомнения, что у вас кольцо будет в большей безопасности. Если вы позволите нам время от времени осматривать его, пусть остается у вас.
Тесса вопросительно обернулась к Рику.