Джерри Эхерн – Западня (страница 13)

Эфбээровец расхохотался во весь голос.

Камински съежился за столом с таким видом, будто проглотил язык.

– Послушай, – обратился Дэвид к Рози. – Ну зачем тебе лететь со мной? Нет никакой необходимости подвергать еще и твою жизнь опасности.

– Хватит об этом, – перебила она его. – Я тебя не брошу – и точка.

Он помог ей застегнуть наплечную кобуру.

– Ты хоть была когда-нибудь в Кэмп Форт Филде?

– Нет, – призналась Шеперд.

– Я тоже не был. Никто из нас не был там. Мы с Педро собирались просто быстро облететь аэродром и заснять его сверху, чтобы убедиться, могут ли там террористы прятать где-нибудь вторую ракетную установку.

– Жалко, что Стил со своими ребятами все еще в больнице, – вздохнула Рози, проверяя снаряжение.

– Жалко, – кивнул Холден. – Но слава Богу, что они хоть все остались в живых.

– А что мы сделаем с этой установкой, когда отобьем ее?

– Как что? Вернем на базу. Нам она не нужна, по крайней мере сейчас, пока террористы не начали еще применять танки или бронетранспортеры. И мы ведь не собираемся обстреливать ракетами здания.

– Я все-таки верю, что президент выживет, – вдруг сменила тему разговора Шеперд.

Дэвид, откровенно говоря, сильно сомневался в этом.

– Неужели наша страна смирится с Маковски в роли президента? – продолжала она. – Я уверена, что президент выкарабкается и снова займет свой пост.

– А вдруг Маковски еще исправится и из него получится неплохой глава государства, – предположил Холден. – История знает немало случаев, когда вице-президентам пришлось в чрезвычайных ситуациях становиться президентами и они отлично справлялись со своими обязанностями…

Он начал приводить примеры из истории, в которой обладал такими глубокими знаниями, которыми Шеперд не могла похвастаться.

– Но, Дэвид, – попыталась возразить она, – ведь Серилью уволят и мы снова окажемся там, откуда начинали.

– Да как может Маковски выгнать человека с поста, на который того назначил здравствующий еще президент? Никогда не было такой должности как «временно исполняющий обязанности президента»! Даже в случаях с Эйзенхауэром и Никсоном их функции были переданы вице-президентам. Если бы выжил наш вице-президент, такой ситуации вообще бы не было.

– Я все-таки надеюсь на то, что Маковски окажется никудышным руководителем и Конгресс устроит ему импичмент.

– Это вряд ли. Ведь его партия имеет большинство в Конгрессе.

Она знала это, но неужели члены Конгресса не были сначала американцами, а потом уже членами своих партий? Неужели они не беспокоились перво-наперво о благе всей страны, а потом уже о своих политических интересах?

– Маковски выражает интересы своей партии, – продолжал Дэвид, – когда говорит об увеличении налогов с населения, попустительстве по отношению к преступникам, сомнениях по поводу доверия к простым избирателям. Действительно, если он не образумится, то может развалить страну и сыграть на руку ФОСА.

– Нет, я все-таки думаю, что президент выживет, – повторила Рози, нагибаясь, чтобы застегнуть армейские ботинки. Она готова была молиться за это.

Роман Маковски сидел за президентским столом – теперь это был его стол. На нем были установлены мониторы и разноцветные телефоны, были тут и многочисленные кнопки, при помощи которых он мог вызвать любого из своих помощников, находящихся на борту президентского спецсамолета номер один. Маковски решил воспользоваться этим.

Он нажал кнопку, соединяющую его с пилотом.

– Слушаю вас, господин президент, – раздался в динамике голос.

– Идем на посадку. Меня ждет страна, которой нужно руководить.

– Но…

– Я сказал – идем на посадку! – твердо повторил он и отпустил кнопку.

Маковски не боялся того, что самолет попытаются сбить. Он беспокоился о том, что даром идет драгоценное время. Он не опасался того, что врачам удастся вывести из бессознательного состояния законного президента страны, которого избрал народ. Тот находился в такой тяжелой коме, что можно было почти не сомневаться, что ему не удастся из нее выкарабкаться.

Все дело было в том, что страна ожидала от него решительных действий. И они не заставят себя долго ждать.

Сначала он уволит Рудольфа Серилью. Затем выразит сожаления вдове вице-президента по поводу гибели ее супруга и первой леди в связи с тяжелым состоянием президента. Бывшего. А не ввести ли, кстати, сейчас еще и смертную казнь, и приговорить к ней тех, кто не сумел обеспечить безопасность проведения конференции? Он поручит Конгрессу назначить расследование этого чудовищного преступления, которое могло произойти только из-за попустительства спецслужб, определить меру виновности в этом директора ФБР Серильи и таким образом не только уволит его, но еще и казнит…

Да, драгоценного времени совсем не стоит тратить здесь, в самолете.

Его ожидают великие свершения…

Глава восемнадцатая

Холдену раньше не приходилось заниматься аэросъемкой, но он решил попробовать применить видеокамеру, которую Педро Вильялобос установил на «Цесну». Монитор находился внутри кабины, рядом с креслом пилота, с которого Педро управлял самолетом.

Они сделали заход над аэродромом и заметили в его дальнем конце ангар, в котором могли легко поместиться несколько небольших самолетов, не говоря уже о грузовике с ракетной установкой в кузове. Рядом с ангаром стояли два маленьких частных самолета и три легковых автомобиля.

На втором заходе Дэвид и Рози смогли рассмотреть на экране монитора машины более подробно. Это были вместительные четырехдверные шестиместные седаны. Педро решил не рисковать и больше не кружиться над аэродромом, чтобы не вызвать подозрения у тех, кто находился внутри ангара.

– Как ты думаешь, – спросила Холдена Шеперд, – сколько там может быть людей? Человек восемнадцать-двадцать?

– Будем считать, что минимум – двадцать, а максимум – вдвое больше, – ответил тот. – Лучше переоценить противника, чем недооценить. Будь уверена, что без надежной охраны они ракеты не оставят. А сколько человек можем мы выделить для этой операции, если не считать наших раненых и тех, кто останется на часах в лагере?

Рози на секунду задумалась, подсчитывая в уме, и улыбнулась.

– Со мной – тридцать шесть.

Дэвид тоже усмехнулся и покачал головой.

– Ладно, посмотрим, что из этого получится, – прошептал он.

Педро Вильялобос держал штурвал «Цесны» одними кончиками пальцев так легко, как будто управлял не самолетом, а крошечной микролитражкой. Вот он снизил скорость и заскользил вниз по посадочной глиссаде, снижаясь над аэродромом.

Через несколько секунд последовал легкий удар шасси о посадочную полосу и самолет покатился в ее конец, к ангару. Дэвид отстегнул привязной ремень, вынул из кобуры «Беретту» и засунул ее за пояс. Кроме этого, у него под левым плечом был еще один пистолет с двумя запасными обоймами и боевой нож «Защитник» – в ножнах.

Педро остановил «Цесну», заглушил двигатель, застегнул кожаную куртку, чтобы прикрыть выглядывающую из-за ремня рукоятку «Кольта» сорок пятого калибра, и молча кивнул Холдену. Затем он сдвинул дверку кабины и спрыгнул на бетонную дорожку. Дэвид последовал за ним.

Он окинул ангар оценивающим взглядом. Его план был довольно прост – постараться прорваться внутрь и наделать как можно больше шума, пока не подоспеет Рози с подкреплением. Она возглавляла две группы «Патриотов», которые нападут на ангар с двух сторон. Те уже находились в укрытии рядом с ограждением аэродрома. Они договорились, что «Патриоты» пойдут на штурм, как только Холден и Педро скроются внутри ангара. Дэвид заверил ее, что за сорок – пятьдесят секунд, в течение которых он останется один на один с противником, ничего страшного не случится. Но тут он обманывал не только ее, но и себя. Этого времени с лихвой хватит, чтобы изрешетить не одного человека.

– Ну что там у тебя с двигателем? – громко обратился он к Педро, следуя правилам игры, о которой они предварительно договорились.

– Ничего не пойму! – крикнул тот в ответ и подмигнул. – Заглох и все. Хорошо хоть не в воздухе. Пойдем заглянем в ангар, может, там найдется кто-нибудь из механиков.

– Хорошо, – с фальшивым энтузиазмом ответил Холден и зашагал к строению. Если бы это представление видели сэр Лоуренс Оливье или Шон Коннери, они просто сдохли бы от зависти.

Он подошел к металлической двери, ведущей в ангар, автоматически взглянул на часы и положил правую руку на пояс.

Повернув ручку левой, Дэвид вошел внутрь.

Он оказался в маленьком помещении без окон, но хорошо освещенном, похожем на герметический шлюз какой-то лаборатории. Не закрывая дверь, он повернулся и шепнул Вильялобосу:

– Вроде никого. Побудь пока снаружи.

Он вытащил пистолет, шагнул вперед, и входная дверь захлопнулась за ним. Холден повернулся и увидел, что изнутри она была без ручки. Почуяв неладное, он прыгнул к ней и толкнул наружу. Она открывалась только внутрь.

– Педро! – крикнул он и забарабанил по металлу, чувствуя, что попал в ловушку.

Вдруг с двух сторон послышалось зловещее шипение, по полу начал расползаться какой-то туман и в нос ему ударил едкий запах. В ту же секунду распахнулась дверь, ведущая дальше в ангар, и в плотных клубах возникли фигуры с автоматами в руках. Их лица закрывали противогазы. Дэвид закашлялся, споткнулся, упал на колени, но сумел поднять пистолет. Сквозь заливающие глаза слезы он рассмотрел установленные у противоположной стены две телекамеры. Увы, слишком поздно он их заметил! Холден выстрелил раз, второй, и два человека в противогазах упали. Он с трудом поднялся и метнулся в сторону, стараясь выиграть хоть несколько секунд. В легких, казалось, бушевал огонь.