Джереми Робинсон – Близнец Бога (страница 17)

— Я… я не уходил. Думал, успею сделать кое-какую работу, пока здесь никого не будет. Я пошел за кофе, а когда вернулся, компьютеры… Прошу прощения. Мне следовало предупредить вас, — ученый нервничал все сильнее и сильнее.

— Не волнуйся. Ты отлично работаешь и, я уверен, многого добьешься, — сказал Дэвид.

В этот момент Спенсер, заметив одежду Дэвида, удивленно поднял брови:

— Сэр, а почему вы так одеты?

Дэвид подошел вплотную к Спенсеру, положил руку ему на плечо и, глядя в глаза, сказал:

— Спенсер, слушай меня очень внимательно…

Прошлое застало Дэвида врасплох. Он потратил почти целый день, тщательно осматривая свой дом, вместо того чтобы поскорее засесть за работу. Исследовал старый сосновый буфет (сейчас на его месте стоял буфет из вишни). Интересно, как он мог жить с линолеумным полом в стиле 60-х? В доме пахло иначе, но все равно знакомо, и вся атмосфера навевала воспоминания и эмоции, связанные с событиями того времени.

Изучив холодильник, Дэвид нашел лимонад и удивился. Вишневая «Кола»? Ну да, в то время вишневая «Кола» была единственным доступным лимонадом со вкусом вишни. Это, конечно, не его любимая вишневая «Пепси», но бутылка холодная, и Дэвид с удовольствием ее прикончил. Перейдя к съестному, он проглотил большой кусок яблочного пирога; когда он вернулся домой десять лет назад, пирог уже испортился. Дэвид насыпал Франклину достаточно корма, чтобы хватило до следующей недели, и взялся разглядывать фотографии, которые уже давно выцвели в его альбоме в будущем, а здесь, в этом времени, были только-только отпечатаны.

Он добрался до снимка, где они с Томом, работавшие над своей идеей о создании машины времени, с улыбками позировали рядом с новой микросхемой. Оба выглядели такими молодыми, энергичными, увлеченными… Интересно, если бы они тогда знали, к чему приведет их работа, стали бы они продолжать?

Наконец Дэвид отправился наверх, в свой скромно отделанный кабинет. Коричневый ковер, на стенах — темные деревянные панели, которые они с Томом ободрали через год. За десять лет его жилище очень изменилось, но Дэвид все равно чувствовал себя дома.

Комната, отметил Дэвид, была безукоризненно чистой и скучной. Его любовь к порядку еще не пала в борьбе с творческой натурой и нехваткой времени. Дэвид вытащил системный блок своего первого «Пентиума» и подключил хронометр. Кабель идеально подошел к разъему последовательного порта. Только бы доисторическая Windows 3.1 оказалась способна опознать устройство из будущего.

Дэвид потянулся к кнопке питания… Он даже не догадывается, что же сейчас должно произойти. У него вспотели руки. Последние дни настолько насыщены событиями, открытиями и знакомствами… Готов ли он адекватно воспринять вычисления хронометра?

Компьютер ожил. Дэвид облегченно вздохнул, но тут на экране появились мелькающие полосы. Неужели сгорел? Хотя нет, когда Дэвид вернулся домой из Израиля, компьютер работал нормально.

Экран на секунду погас, потом на нем возникло лицо, и Дэвид едва не упал в обморок. С экрана на него смотрели его собственные, но только помудревшие и постаревшие, глаза.

— Привет, Дэвид! Чего бы я только не отдал ради удовольствия тебя сейчас увидеть. Скоро эта машинка изменит твои представления о времени, и ты сможешь отправиться в величайшее приключение, — доносился голос Дэвида из компьютерных колонок.

Дэвид смотрел на свое лицо, морщинистое и загорелое. Загорелое? Он долго был на солнце? Монолог с экрана продолжался.

— Знаю, о чем ты думаешь, — произнес Дэвид из будущего. — Ты проведешь на солнце немного больше времени, чем привык. Помни, только однажды ты будешь сидеть перед своим старым компьютером и слушать сам себя. Ха, я мог бы сделать твою жизнь скучной и рассказать, что будет дальше, но зачем же портить удовольствие? Хотя, я скажу тебе одну вещь… — лицо на мониторе приблизилось и широко улыбнулось.

Дэвид придвинулся к компьютеру, чтобы не пропустить самое главное.

— Современная наука в ближайшее десятилетие добьется поразительных успехов в стоматологии, — так что можешь не беспокоиться насчет своей любви к лимонаду и шуточек Тома.

Дэвид улыбнулся и отпрянул от экрана. Занятно!

— Наслаждайся, — подмигнул ему двойник из будущего.

Лицо исчезло, и экран вновь потемнел. На нем появились две колонки чисел. Они росли и росли, достигнув сначала миллионов, а потом — миллиардов. Обе колонки замерли на 598 098 982 001. На экране возникли две зубчатые линии, обозначенные как «Истинное время» и «Текущее время». Линии растянулись по экрану, затем остановились, накладываясь одна на другую. Они были идентичны. Число в правом нижнем углу экрана, обозначенное как «Отклонение времени», стало уменьшаться от сотни. Дэвид жадно следил за ним: сейчас его теорию подтвердит устройство, которое он сам создаст много лет спустя. Число замерло на 0.00000000000. Дэвид удовлетворенно улыбнулся, увидев на экране сообщение «Отклонение времени не обнаружено — временные потоки не затронуты».

Он расслабленно откинулся на спинку стула. Да, все верно: время невозможно изменить.

…Теперь Дэвид знал правду. Знал неизбежный исход прошлого и будущего Тома, время и место его смерти. Но если сказать Тому, ничего хорошего не выйдет. Эти факты выбиты в камне, занесены на скрижали истории.

Том умрет тысячи лет назад.

Том начинал беспокоиться. Прошло уже около пяти часов, как Дэвид ушел, а ведь время не имеет для него значения. Даже исчезнув на год, он мог вернуться в ту же секунду. Уж не случилось ли с ним чего? Может, машина времени дала сбой? А может, Дэвиду нужна его помощь?

От этих мыслей Тома отвлек громкий смех. Справа от него сидел Иисус, остальные места за столом занимали одиннадцать его учеников, выбранных утром. У Тома появилась идея, и он уже собирался ускользнуть, когда в таверну неожиданно вошел Дэвид.

— Том! — взволнованно воскликнул он, подходя к столу. — Том, можно тебя на минутку?

— Твой друг? — спросил Матфей, толстый, но мускулистый мужчина, сидящий напротив Тома.

— Нас водой не разольешь, — ответил Том, поворачиваясь к Дэвиду. — Верно, Дэвид?

— Ха-ха! Добро пожаловать! — крикнул Матфей Дэвиду, а затем заорал еще громче, но уже в сторону хозяина таверны: — Вина нашему другу!

Матфей привычным движением швырнул монету хозяину. Тот поймал ее и спрятал. Дэвид собирался продолжить и открыл рот, но теперь его перебил Том:

— Дэвид, познакомься с Матфеем.

— С М… Матфеем? — У Дэвида отвисла челюсть: сейчас он познакомится с одним из двенадцати апостолов и будущим автором Евангелия!

— Рад встрече! — закричал Матфей, отвешивая Дэвиду дружеский шлепок по спине, едва не выбивший из него весь дух. Потом откинулся назад, открыв маленького, похожего на мышь, человека, сидевшего позади него: — А вот это — Иуда, наш осторожный друг.

Иуда слегка кивнул.

— Иуда? Он? — Дэвид не верил своим ушам.

— Ты выглядишь так, будто что-то знаешь. Может, ты уже встречался с Иудой? — спросил Иисус.

— Нет-нет, — быстро ответил Дэвид.

Мужчина, сидящий рядом с Иисусом, протянул Дэвиду длинную тощую руку:

— Я Петр.

Дэвид, пытаясь скрыть потрясение, понял: сейчас ему предстоит испытать это чувство по меньшей мере еще восемь раз.

— Привет… — ответил он, пожимая руку Петра. — Том, нам нужно поговорить. Это очень важно.

— Здесь, Давид, ты среди друзей. Тебе нечего нас бояться. Открой свои мысли, — произнес Иисус.

— Да, что же такое срочное ты хочешь рассказать? — добавил Том.

Загнанный в угол, Дэвид смутился:

— Ну… я… я только хотел поздравить тебя с тем, что ты стал одним из двенадцати апостолов… э-э, то есть учеников! Я хотел сказать, учеников.

— Хозяин, не надо вина, — заорал Матфей. — Он уже достаточно выпил!

Том улыбнулся:

— Ну, приятно, что ты заглянул… Да, завтра мы направляемся к Галилейскому морю. Не хочешь присоединиться?

Он явно получал удовольствие, сбивая Дэвида с толку неожиданными идеями.

Все уставились на Дэвида, требуя ответа, и он улыбнулся. Пришло время поменяться с Томом ролями.

— Конечно. С удовольствием!

Том оторопел.

— Отлично! — сказал Матфей.

Дэвид повернулся к Иисусу:

— Это… ничего, если я пойду с вами? Вместе с учениками?

Немного помолчав, Иисус ответил:

— Ты можешь путешествовать со мной и двенадцатью, но не все мои уроки предназначены для твоих ушей… Понимаешь?

Дэвид вдруг похолодел: он говорит с Иисусом, с Богом… А раз так — Иисусу известно, кто такой Дэвид, откуда он и из какого времени… И может, Иисус обращается сейчас к нему как к человеку, который точно знает, что произойдет в ближайшие несколько лет… который уже уверовал…

— Я понял, — ответил Дэвид.

— Хорошо, — сказал Том. — Прогулка тебе не помешает. Пора заставить поработать твои дряблые старые мышцы!

Вся компания захохотала. Даже Дэвид, которого больше не терзала боязнь катастрофической деформации времени.

— Не беспокойся, — добавил Иисус. — Он в отличной форме… для своего возраста!

Они снова рассмеялись, а Дэвид — громче всех. Том тоже смеялся, но его смех был искусной уловкой: в глубине души гнездился страх. Он уже увидел и услышал достаточно, чтобы понять — жизнь в древнем Израиле отнюдь не праздник. Не слишком ли все это рискованно? А вдруг они действительно изменят будущее? Ну почему же он не поговорил с Дэвидом, когда тот настаивал? Дэвид должен был взорваться, вытащить его наружу и потребовать немедленно вернуться в будущее. Что же такое он узнал и почему согласился остаться?