Джереми Бейтс – Лес Самоубийц (страница 62)

— Джон Скотт… он в норме.

— Хорошо.

— Ты ему ногу спас.

— Я делал то, что он говорил.

— Иначе туда могла попасть инфекция.

— И сейчас может.

Мы замолчали.

— Я хочу домой, Итан, — прошептала Мел.

— Я тоже, Мел, я тоже. — Я обнял ее и почувствовал, как что-то упирается мне в ребра. Я глянул вниз.

— Что у тебя в кармане?

Она выпрямилась.

— В кармане? Ничего.

— Мел?

Мел молча смотрела в землю, будто ожидала, что я забуду, если она не станет отвечать. У зарывшего голову в песок страуса шансы остаться незамеченным были бы, кажется, куда больше.

— Покажи мне. — Я протянул руку. Что она могла от меня скрывать? Всевозможные предположения пронеслись в моей голове за эту секунду. Может, телефон? Но нет, это бы не имело смысла.

— Ничего там нет, — повторила она.

— Тогда покажи мне.

— Нет.

— Я не успокоюсь, пока не увижу, что это.

— Господи, Итан! Ты кем себя возомнил, рабовладельцем?

— Мел, я начинаю нервничать. Что это?

— Ничего! Это просто… еда. О'кей?

Она трясущимися пальцами расстегнула карман и вытащила желтую прямоугольную упаковку. Это был «Калори-мэйт», энергетический батончик, продающийся в любом японском магазине. Год назад я впервые его попробовал, и только потому, что он упоминался в одной компьютерной игре. Главный герой игры, Снейк, постоянно уплетал такие батончики, чтобы поддерживать уровень силы и ловкости. Сделанные целиком из жиров и сахара, эти энергетические батончики, вероятно, действительно поддерживали силу и ловкость, хотя на вкус были как плесневелый сухарь.

— Где ты это взяла? — Я не пытался обвинить Мел… Ну почти.

— Он был в боковом кармашке рюкзака.

— И когда ты его обнаружила?

— Я купила его в ларьке на станции.

Я не это имел в виду.

— Почему ты не поделилась со всеми на завтраке?

— Я тогда о нем не знала.

— И когда узнала?

— Какая разница, Итан?

— Большая разница! Остальные умирают от голода, Мел!

— Да никто не умирает от голода! Люди могут неделю без еды обходиться!

То ли ее высокомерный тон был всему виной, то ли отказ расколоться, но тут я взорвался:

— Нил умирает, Мел! Он выблевал все, что в нем было! У него сил нет, чтобы стоять без посторонней помощи. Неделя без еды? Да он следующей ночи не протянет! А у тебя все это время была еда?!

Мелинда сумела сделать невозможное: она побледнела и покраснела одновременно. В то время как все ее лицо стало белым, щеки вспыхнули ярким румянцем.

— Я… я нашла это утром, после завтрака.

Я отнял упаковку и потряс ею. Из четырех батончиков остались два.

— И где они тогда?

— Ты не можешь меня осуждать, Итан, — пробормотала она тихо. — У тебя нет права меня осуждать.

— Я тебя не осуждаю.

— Я была очень голодна. Я нашла это утром, и я была очень голодна. Я только отломила кусочек. Я хотела поделиться, но он был такой вкусный. И я… я спрятала упаковку обратно. На случай если кому-то она будет действительно нужна.

— Она нужна Нилу.

— Да прекрати говорить о Ниле! Посмотри на него! Он не может есть. Он это выблюет. Мы только потратим еду зря. И ты сам сказал, он даже может… он даже может не пережить эту ночь.

Я уставился на нее в смятении. Неужели я действительно слышу это? Это не была та Мел, которую я знал. У той было золотое сердце, она всегда ставила нужды других выше своих. А сейчас она скрывает жизненно важный ресурс и хочет бросить Нила на съедение волкам, чтобы утолить свой голод?!

— Не смотри на меня так. — Голос у Мел дрожал, будто она вот-вот разрыдается. — Я не виновата. Я была голодна. И, в конце концов, это мое!

— Приятного аппетита, — ответил я.

— Да пошел ты, Итан! Ты не можешь меня осуждать. Ты не имеешь права! Слезы потекли по ее щекам. — Ты бы так же поступил! Если бы ты ее нашел, ты бы так же поступил.

Я не ответил. Единственное, чего я хотел — чтобы Мел поскорее ушла.

— Я самая маленькая, — тем временем продолжала она. — Вы все больше меня. У вас больше жировые запасы, и…

— Заткнись, Мел, хорошо? Просто заткнись.

Она поглядела на меня, кусая губы.

— Ты хочешь?

Я смотрел в сторону.

— Я сейчас все поделю.

— Делай как знаешь.

Она взяла у меня из рук упаковку и поделила оставшиеся два батончика на четыре части.

— Смотри, для тебя, Джона, Нины и Нила. Я не буду.

Я поглядел на коричневые от шоколадной глазури кусочки в ее руке.

— Отдай мой Нилу, я не хочу.

— Не будь…

— Ты меня слышишь?

— Хорошо, мистер Благородство! — Мел поднялась на нош. — И пошел ты к черту, Итан! Пошел к черту! Надеюсь, ты сдохнешь от голода!

Я наблюдал за тем, как Мел подошла к остальным и раздала дольки энергетического батончика. Я не слышал, что она говорила, — до них было не менее пятидесяти футов. — но наверняка она что-то сочиняла о том, где она его нашла. Потом она подошла к Нилу и попыталась его покормить, Несмотря на то что я так убежденно доказывал Мел, что он нуждается в питании, я вовсе не был уверен, что этот батончик пойдет ему на пользу. Он может совсем иссушить его. И если Нил все же сможет прожевать и проглотить хоть немного, то, скорее всего, как и говорила Мел, его снова вырвет. Но я продолжал злиться на нее за этот обман, и мне хотелось сказать ей еще что-нибудь неприятное.