Дженнифер Смит – Привет, прощай и все, что между ними (страница 23)
– Но они не были нашими «первыми», правильно?
– Просто места, которые что-то значат.
– Мне жаль, что у нас ничего не вышло, – говорит Эйден, косясь на Клэр. Его слова наполняют ее пронзительной болью. Она резко останавливается и смотрит на него. Эйден поворачивается, и Клэр видит, как на его лице проступает понимание того, что он сказал.
– Ох, – тихо произносит Эйден. – Я не хотел…
Клэр проглатывает вставший в горле ком:
– Знаю.
– Но все же.
– Что?
– Прости, что у нас ничего не вышло.
– И ты меня.
Они продолжают идти дальше, только теперь ближе друг к другу.
– Так, и где мы должны были сейчас находиться?
Сначала Клэр кажется, что в этом вопросе тоже содержится некий скрытый смысл.
Они должны были быть на необитаемом острове.
Они должны были быть в одном колледже.
Они должны были быть вместе.
И тут она понимает, что он имел в виду список.
– Не знаю. По-моему, где-то танцевать. Но мы уже разобрались с этим пунктом.
Эйден останавливается и поворачивается к ней.
– А сейчас мне можно быть романтичным?
– Когда мы уже расстались?
Он смеется:
– Ну да.
Не дожидаясь ответа, Эйден встает перед Клэр, обнимает ее руками за талию и притягивает к себе. Она непроизвольно сжимает руки вокруг его шеи и льнет к нему, как делала уже много раз.
Они почти не двигаются. Это больше напоминает объятия, чем танец – они стоят в темноте и тесно прижимаются друг к другу, словно боятся отпустить. Клэр чувствует характерный запах антисептика, которым Стелла промывала его рану, и аромат перечной мяты его шампуня, который покупает ему мама. Она проводит пальцем вдоль его спины, прямо между лопаток, и по его телу прокатывается дрожь. Эйден наклоняется и целует ее в висок, и ей кажется, что она вот-вот расплачется.
– Помнишь тот вечер? – спрашивает Клэр и слышит, как слегка дрожит ее голос. – Ты весь облился пуншем.
Эйден склоняет голову и тихо смеется в ее ухо:
– Я нервничал.
– Это был просто кошмар!
– Но я был очарователен.
– Ты все время держал в руке стакан, пока танцевал, – прижимаясь щекой к его груди, говорит Клэр. – Пунш плескался в разные стороны, но ты упорно отказывался поставить его куда-нибудь.
– Мне надо было как-то занять руки, – признается Эйден. – Боялся, что ты поймешь, какой из меня ужасный танцор. Поэтому я придумал отвлекающий маневр.
– Пожертвовав своим костюмом.
– Оно того стоило.
Тогда Клэр и Эйден еще не начали официально встречаться: в тот вечер они были просто двумя людьми, которые нравятся друг другу и которые вот-вот станут чем-то большим. Но уже тогда она начала понимать, как все будет у них с Эйденом. Все вокруг них казалось вялым и предсказуемым, их одноклассники совершали банальные поступки, и каждый школьный танец сопровождался очередной драмой: девчонки плакали в туалете, в углах целовались парочки, две компании парней были близки к драке, а выпускники практиковались в испепеляющих взглядах.
А вот Эйден… с Эйденом было
– Я не умею танцевать! – Он пытался перекричать музыку. В спортзале было жарко, и его лицо раскраснелось. – Но меня это не остановит!
В нем было что-то особенное. С ним было весело, часы пролетали незаметно. Весь тот вечер они словно летали, это было похоже на волшебство: пьянящее, радостное чувство, от которого кружилась голова.
И все же какая-то ее часть хотела, чтобы он немного сбавил темп. Хотя бы на мгновение, чтобы она смогла обнять его, прижаться к нему, постоять на месте, считая минуты. Просто держаться за него – за это яркое пятно среди бесконечной серости.
И вот два года спустя это все-таки случилось: они прижимаются друг к другу в монотонном гуле ночи, а в ее ушах громко стучит его сердце.
Вот только он уже больше не принадлежит ей.
Это их прощание, и ничего больше.
Они стоят так долго, очень долго, и Клэр начинает казаться, что она физически ощущает, как ускользает каждая минута и ночь неумолимо приближается к утру. Но Эйден неожиданно напрягается, ослабляет объятия, отпускает ее и делает шаг назад.
– Прости, – говорит он. В его глазах мелькает болезненное воспоминание о том, кем они теперь являются друг для друга – вернее, кем не являются. – Наверное, я пока просто не знаю, как это делать.
У Клэр такое ощущение, будто земля уходит из-под ног.
– Делать что?
– Не быть вместе.
– Ох. Да. Знаю. – В сумке жужжит телефон, она опускает на нее глаза, потом снова поднимает их на Эйдена. – Думаю, будет намного легче, когда мы будем в разных концах страны.
На его разбитом лице появляется обиженное выражение.
– Прости, – говорит Клэр, когда телефон снова начинает жужжать. Она роется в сумке, пока не находит его. – Мне бы хотелось, чтобы все было по-другому. Но, я думаю, нам правда будет лучше, когда мы не будем вместе. – Простонав, она качает головой. – Прости. Опять все не так.
Черты его лица смягчаются.
– Все нормально. Нам обоим это в новинку.
– Ну да. – Клэр поднимает в качестве доказательства светящийся голубым светом экран телефона. Цифры на нем показывают двадцать четыре минуты после полуночи. – Прошло не больше пары часов.
– Значит, у нас еще есть время попрактиковаться. – Эйден потирает руки. – Чем займемся? Думаю, уже слишком поздно пытаться наверстать упущенное, но можно постараться успеть сделать следующие пункты твоего списка… – Он умолкает, заметив, что Клэр не слушает. Она просматривает длинную цепочку сообщений и пропущенных звонков. – Клэр?
Она поднимает на него широко раскрытые глаза.
– По правде говоря, следующая остановка не из списка. Если, конечно, у тебя не было судимостей, о которых я не знаю.
Эйден растерянно смотрит на нее:
– Судимостей?
– Пойдем! – Клэр разворачивается в сторону машины. – Нам нужно отправляться в полицейский участок.
– Что? – переспрашивает Эйден, легким бегом догоняя ее. –
– Затем, что Скотти в тюрьме.
Остановка десятая
Полицейский участок
Клэр залетает в двери полицейского участка и сразу замечает Стеллу. Подруга, сгорбившись, сидит на одном из трех синих пластиковых стульев напротив стойки регистрации, с отсутствующим видом смотрит на грязный пол и грызет ноготь. Именно эта деталь поражает Клэр больше всего, хотя она впервые в жизни находится в полицейском участке, тем более посреди ночи.
Стелла не грызет ногти. Она вообще не из тех, у кого есть нервные привычки, потому что
– Привет, – ласково говорит Клэр и садится на стул рядом со Стеллой. – Ты в порядке? Что случилось? Где он?