Дженнифер Робсон – Где-то во Франции (страница 46)

А потом эти картины исчезли так же быстро, как появились. На нее снизошла какая-то особая ясность, и по мере того как ее восприятие реальности прояснялось, она понимала, что ей нужно сделать кое-что. Она встала, испугав своих подруг, вытерла глаза.

– Что ты собираешься делать? – спросила Констанс.

– Капитан Фрейзер – самый близкий друг Эдварда, – сказала Лилли. – Я знаю, мы с ним теперь не в ладах, но он заслуживает знать о случившемся с Эдвардом. Мне бы очень не хотелось, чтобы он узнал от кого-то другого.

Ее подруги переглянулись, явно сомневаясь в правильности ее решения.

– Давай я это сделаю, – предложила Констанс. – Тебя это слишком расстроит.

– Спасибо. Но нет. Эдвард предполагал бы, что именно я сообщу Робби, если что случится. Ты сможешь управиться без меня в следующий рейс?

– Да, но…

– Я быстро.

Лилли подняла письмо с пола, сунула его в карман кителя и двинулась по двору к госпитальной палатке.

Как ей сказать ему? «Мне ужасно неловко, что я вас беспокою, но у меня плохие новости насчет Эдварда». Или лучше ей перейти сразу к делу? «Эдвард пропал без вести, и я подумала, вы должны знать».

В палатке царили покой и порядок. Старшая медсестра сидела за своим столом, а стол хирургов пустовал. «Может быть, Робби в операционной», – подумала Лилли.

Она подошла, но заговорила, только когда старшая сестра, оторвавшись от бумажной работы, подняла на нее взгляд.

– Доброе утро, мисс Эшфорд.

– Доброе утро. Надеюсь, я вам не помешала.

– Ничуть, моя дорогая. Я чем-нибудь могу вам помочь?

– Я ищу капитана Фрейзера. То есть… у меня плохие новости из дома, я хотела ему сообщить. Капитан Фрейзер… хмм… друг нашей семьи.

– Я вам сочувствую, мисс Эшфорд. Но, к сожалению, с плохими новостями вам придется подождать день-другой. Капитан Фрейзер в отпуске.

Ясность, которая снизошла на Лилли, начала затягиваться туманом.

– Вот как, – сказала она.

– Он уехал в Париж, – добавила старшая сестра. – Насколько я понимаю, он с нетерпением ждал этой поездки. Он явно собирался остановиться там со своим старым школьным другом. И представьте себе – в «Ритце».

– Понятно, – сказала Лилли, и голос ее чуть сорвался.

Это была запланированная Эдвардом поездка в Париж. Он и ее приглашал, а когда она сказала, что не сможет, вместо нее, вероятно, пригласил Робби.

– И когда капитан Фрейзер уехал? – спросила она.

– Кажется, сегодня ранним утром. Он вернется двенадцатого, мисс Эшфорд.

– Да… ммм… спасибо, мадам.

– Не хотите присесть на минутку? Я попрошу кого-нибудь из сестер принести вам чай. Позвольте узнать, известие, что вы получили из дома, оно… самое прискорбное?

– Да. Мой брат пропал без вести.

Старшая сестра обошла стол, и Лилли на мгновение показалось, что та сейчас обнимет ее. Но она только взяла руки Лилли в свои и крепко сжала.

– Я искренне вам сочувствую, мисс Эшфорд. Не присядете? Просто чтобы немного оправиться от потрясения?

– Спасибо, мадам, но нет. Мне нужно возвращаться к работе. Но спасибо вам, что сообщили мне об отъезде капитана Фрейзера.

Лилли постояла перед палаткой мисс Джеффрис, прикидывая, стоит ли ей вообще обращаться с просьбой. Она снова посмотрела на часы: четверть одиннадцатого. Поезд в Сент-Омер со станции отойдет менее чем через час. Если она собирается в Париж сообщить Робби о том, что случилось, дать ему знать, что Эдвард не встретится с ним, то ей нужно выйти не позднее чем через двадцать минут.

Она постучала по опорной балке у входа в палатку.

– Войдите! – раздался бодрый голос изнутри. – Доброе утро, мисс Эшфорд. Заходите, заходите. Не стесняйтесь.

– Доброе утро, мисс Джеффрис. Я…

– Что-то случилось? Должна сказать, мисс Эшфорд, вы совсем на себя не похожи.

– Я получила плохие новости из дома. – И тут Лилли, не получив разрешения сесть, рухнула на ближайший стул. Выбор у нее был невелик – либо стул, либо упасть прямо на пол.

– Позвольте, я вам дам чашечку чая, мисс Эшфорд. И, пожалуйста, расскажите мне все.

– Спасибо, мисс Джеффрис. Мой брат. Он объявлен пропавшим без вести. Я только что получила письмо из дома.

– Ах, моя дорогая… Примите мои соболезнования.

– Я подумала, не могли бы вы дать мне несколько дней, чтобы…

– Ни слова больше. Сколько дней вам нужно?

– Прошу прощения? – Разве мисс Джеффрис не хочет спросить у нее, что она собирается делать? Где и как она собирается провести отпуск?

– Так сколько дней вам нужно? Сорока восьми часов будет достаточно? Чтобы доехать туда и обратно до дома, маловато, но для более длительного отпуска нужно получить разрешение от администратора в Булони. С другой стороны, это даст вам возможность прийти в себя.

– Двух суток мне хватит, – ответила Лилли. – Спасибо.

– Тот минимум, что в моих силах. Вы очень помогали ЖВК все последние месяцы.

Сорок восемь часов. Достаточно, чтобы добраться до Парижа, сообщить Робби об Эдварде и вернуться на место. Ей придется переночевать в Париже, но найти пансион поблизости от Гар-дю-Нор[15] не составит труда.

В «Ритце» она не станет останавливаться, даже самый дешевый номер там ей не по карману. К тому же и Робби не захочет, чтобы она была там рядом с ним.

Она вдруг подумала, что он, возможно, смягчится по отношению к ней, когда она сообщит ему об Эдварде. Может быть, даже снизойдет до разговора с ней больше чем на несколько минут.

Ну и что с того? Это все равно ничего не изменит, и война на изнурение между ними продолжится. Она может надеяться на передышку, но не на мир?

Маловероятно, черт побери.

– 40 –

Она стояла на коленях перед своей тумбочкой, пытаясь решить, что ей взять с собой, когда они нашли ее.

Констанс села на кушетку Лилли, ее лицо было бледным и взволнованным.

– Твоя поездка домой не поможет твоему брату. Дождись хотя бы, пока будут новые сообщения.

– Я не домой. Я в Париж.

– В Париж? Почему в Париж?

– Он там в отпуске. Капитан Фрейзер. Он и мой брат собирались провести там дня два.

– Ты с ума сошла. Самовольное отсутствие…

– Я получила разрешение. Мисс Джеффрис была очень мила.

Лица ее подруг внезапно приняли комические выражения. Даже Анни и Бриджет, которых трудно было чем-то потрясти, смотрели на нее с ошарашенным видом.

Анни наконец восторженно проговорила:

– Она отпускает тебя в Париж? Чтобы ты там проводила время с офицером? Ничего себе!

– Мы не говорили о том, куда я еду. Она предложила мне двухдневный отпуск, и я его взяла.

– Ты сильно рискуешь, – не отступала Констанс. – А если все выяснится? С тех пор как газеты дома начали печатать истории о женщинах из ЖВК, которых отправляют домой по причине беременности, здешняя администрация корпуса глаз не смыкает. Если кто-нибудь увидит тебя с ним в Париже…

– Этого не случится, – сказала Лилли самым твердым голосом, какой у нее получился. – Я еду туда только для того, чтобы избавить его от лишних волнений.