Дженнифер Макмахон – Темный источник (страница 8)

Уилл знает, что я очень люблю страшные и таинственные истории, и начинает говорить низким, скрипучим голосом.

– Да-да, этот источник проклят, а в воде, в черной, непроглядной воде, обитают чудовища. Их никто никогда не видел, но некоторые люди, которые ходили к источнику в одиночку, бесследно исчезли.

– Вот как? – говорю я, подавляя легкую, но приятную дрожь. Интересно, каково это – исчезнуть навсегда?

– Все это, разумеется, сказки, – добавляет Уилл нормальным голосом. – А не сказки то, что на источниках открылся один из лучших в Вермонте отелей. Он и в самом деле очень красив… – С этими словами он слегка приподнимается и достает из кармана изрядно помятый рекламный проспект.

– Вот, взгляни сама.

Я разглядываю проспект. На обложке изображен совершенно очаровательный, чисто выбеленный дом, на заднем фоне зеленеют два высоких крутобоких холма. Дом довольно большой – в нем три этажа и мансарда; нижний этаж по всему периметру опоясан широкой крытой верандой, на верхних этажах устроены балконы. Перед фасадом бьет фонтан, а вокруг раскинулся ухоженный сад.

– Какая прелесть! – вырывается у меня. – Выглядит просто шикарно!

Раскрыв проспект, я начинаю читать:

«Приглашаем в наш курортный отель «Бранденбургский источник» в Вермонте! Это самое лучшее место для самых разборчивых и требовательных клиентов, укрытое от шума и суеты в самом сердце романтического Зеленогорья. Испытайте на себе действие целебного источника, вода которого возвращает здоровье и молодость. В нашем отеле имеется 35 отдельных номеров, в которые подается чистейшая вода из источника. Вам также могут понравиться изысканная кухня мирового класса, теннисные корты, солярий и сады, где цветут сотни роз европейских сортов. Открыто с мая по ноябрь. Не мешкайте, забронируйте номер уже сегодня!»

– Звучит как в сказке, – говорю я.

Позади нас дети покончили с лакомствами и затеяли игру в салки.

– Последний шанс, ребята! – доносится до меня голос Кэтрин. – Разбирайте билеты, и мы начинаем лотерею! Смотрите не упустите удачу!

Духовой оркестр играет «До свидания, скворцы!». В воздухе пахнет яблоневым цветом и свежескошенной молодой травой.

– Как насчет того, чтобы съездить в этот отель в следующие выходные? – предлагает Уилл, слегка повышая голос, чтобы я могла расслышать его за шумом. – Ты не против?

– Конечно, я не против! Я не против, но… Мы что-то празднуем?

– Разве нам нужен повод, чтобы провести в хорошем месте романтический уик-энд вдвоем?

– Не нужен, – подтверждаю я и целую его в щеку. От него пахнет кремом для бритья и помадой для волос. – Мне… мне очень нравится твое предложение. Это даже не предложение, а… мечта! – Я ложусь на одеяло и, подняв руку к груди, чуть касаюсь платья в том месте, где лежит теплое ласточкино яйцо.

Глава 3

6 июня 2019 г.

Мой самолет вылетел из Сиэтла в половине восьмого.

Перед отъездом я успела позвонить своей соседке Люси и попросить ее хотя бы изредка поливать мои цветы и забирать почту. Еще я связалась со всеми клиентами, запланированными на будущую неделю, и отменила наши встречи, направив их к Карен Херст – психологу, вместе с которой мы арендовали городской кабинет. Карен была не против, она всегда говорила, что с радостью подменит меня в случае каких-то чрезвычайных обстоятельств.

Набравшись храбрости, я позвонила и отцу, с которым не разговаривала уже несколько недель, но он не взял трубку. Когда включилась голосовая почта, я сказала:

– Тед, это Джеки. Срочно перезвони мне, как только получишь это сообщение.

Последней я позвонила Барбаре и рассказала ей о том, что случилось.

– Она… она звонила мне в свой последний день, за считаные часы до смерти, а я… Я не взяла трубку! – пробормотала я, подавляя рыдание.

– Ты не должна ни в чем себя винить, Джеки, – твердо сказала Барбара. – Ни в чем, слышишь?!

– Я понимаю, – ответила я. – И все-таки… все-таки…

Барбара велела мне звонить в любое время, если мне вдруг понадобится профессиональная помощь. Главное, сказала она, я не должна спешить. Я должна дать себе возможность свыкнуться с ужасной новостью и не стесняться проявлять чувства, которые я буду испытывать

– Го́ре – это хищник, который всегда голоден, и он ждет, – сказала она в заключение, а я подумала: что-то в этом роде могла бы сказать моя сестра.

И вот я наконец сижу в кухне бабушкиного дома и допиваю последний кофе, который привезла с собой в термосе. Мои сумки все еще стоят в прихожей – я достала из них только смену белья, чтобы переодеться после душа. Я думаю о Лекси и вспоминаю глупую песенку, которую она сочинила, когда мы были маленькими. «Джекси, глупая башка, в сад не делай ни шажка. Если в ямку упадешь, на ужин Заксу попадешь».

– Кто это – Закс? – перебила я. – Какое-то чудовище? Вроде крокодила?

– Хуже, Джекси, гораздо хуже! – Лекси широко ухмыльнулась. – Стоит тебе встретиться с ним один-единственный разочек, и ты уже никогда-никогда не будешь прежней. И что бы ты ни делала, тебе уже никогда не стать такой, как прежде! – И она принялась горланить: – Ни топор, ни пистолет не помогут тебе, нет. Если встретишь Закса ты – от него скорей беги. Слышишь Закса за плечом? Не отстанет нипочем!»

Тряхнув головой, я отогнала от себя это воспоминание и подошла к раковине, чтобы сполоснуть чашку. Позади меня раздался какой-то шорох, и я быстро обернулась, ожидая увидеть… кого? Лекси? Закса?

Слышишь Закса за плечом?

Горе – это хищник, который всегда голоден.

Перед тем как отправиться в аэропорт, я сделала одну вещь, которую не могла не сделать, но несколько раз откладывала. Я подошла к автоответчику, включила воспроизведение и прибавила громкость. Из динамика раздался голос, он заполнил собой всю комнату, толкнул меня в грудь, загремел в ушах, в голове, в сердце. На подгибающихся ногах я попятилась и рухнула на диван. Не замечая слез, текущих по моему лицу, я прослушала все четырнадцать сообщений, которые оставила мне сестра. Нет, она не декламировала наши детские стишки, не пела песенки о выдуманных чудовищах, которые были хуже крокодила. Я слушала ее сбивчивую речь, слушала слова, которые она второпях произносила на редкость небрежно, глотая окончания и предлоги. В основном Лекси перечисляла какие-то численно-буквенные координаты, расстояния, глубины, словно речь шла о карте Мирового океана. «Я знаю, это звучит невероятно, – говорила она, – но я совершенно уверена… Числа не лгут! Вчера в точке Д-9 глубина была шесть метров. Сегодня – больше пятидесяти! Как ты это объяснишь, Джекс? И ведь я это не выдумала, я видела это собственными глазами!»

Постепенно сообщения становились все более нервными и отрывистыми.

«Какого черта ты не берешь трубку, Джекс? Я все сделала по науке, как нас учили в школе. Да ответь же ты, черт тебя побери!»

Под конец голос Лекси звучал хрипло, словно она бесконечно устала и отчаялась.

«Ну почему ты не берешь трубку, Джекс? Я же знаю, что ты дома. Не смей так обращаться со мной, слышишь?! Хреновый из тебя социальный работник, если ты даже не хочешь мне ответить!»

И наконец, последнее сообщение. Голос сестры упал до шепота, который прерывался глухими рыданиями. Мне даже пришлось наклониться к динамику, чтобы разобрать слова.

«Она здесь, Джекс. Боже мой, она все время была здесь!»

Глава 4

14 июня 1929 г.

Бранденбург, штат Вермонт

До Бранденбурга мы добрались без проблем, просто по карте. Я держала ее в руках и подсказывала, куда ехать, а Уилл крутил руль нашего пыхтящего туристического «Франклина», с трудом одолевавшего крутые подъемы и повороты. На заднем сиденье громоздились чемоданы и шляпные коробки. Дорога, словно большая черная змея, петляла между холмами. День был восхитительный, мы ехали с опущенным верхом, поэтому, чтобы волосы не слишком растрепались, я надела модную шляпку-«колокол». Дорога до Бранденбурга заняла часа четыре, и за это время мы видели больше коров и овец, чем людей или автомобилей. Бо́льшую часть пути к шоссе вплотную подступали леса или пастбища, лишь изредка вдалеке мелькали крошечные поселки, состоящие из десятка домишек, церкви и лавки. Солнце щедро светило с высоты, и в его лучах зелень лесов переливалась всеми оттенками изумруда. Несколько раз мы пересекали железнодорожные пути, но ни одного поезда я так и не увидела.

Небольшой городок Бранденбург выглядел по-старомодному привлекательно: крошечное пожарное депо, две церквушки (методистская и пресвитерианская), почта и довольно большой магазин, у которого мы остановились, чтобы спросить дорогу и выпить содовой.

Сначала мне показалось – в магазине никого нет, даже продавца. Пол из неровных щелястых досок поскрипывал при каждом шаге. К стене над прилавком была прибита огромная голова лося с неправдоподобно большими рогами. Толкнув Уилла локтем, я показала на нее и спросила шепотом:

– Как ты думаешь, как его звали?

– Наверное, Стэнли, – так же шепотом отозвался Уилл.

– Бедняга Стэн!..

Потом в проходе между стеллажами показалась какая-то женщина в старой соломенной шляпе, задумчиво наполнявшая свою корзинку яйцами, пакетами молока и банками кукурузной муки. Магазин, похоже, торговал всем: патокой, шляпами, рыболовными принадлежностями, сигаретами, нитками и брикетами льда. На прилавке рядом с кассой я заметила большой деревянный ящик, заполненный стеклянными банками, в которых обычно продают желе. В банках была вода. Рукописное объявление гласило: «Вода из целебных бранденбургских источников. Всего 5 центов! ГАРАНТИРОВАННО ИЗБАВИТ ОТ ЛЮБЫХ БОЛЕЗНЕЙ!!!»