Дженнифер Макмахон – Молчание (страница 58)
Лиза кивнула.
– В ночи полнолуния. Он приводил нас сюда.
– Подожди, – сказал Сэм. – Ты хочешь сказать, сюда – прямо в это место?
Лиза встала и танцующей походкой пошла между деревьями, смеясь и прикасаясь к ветвям. Впервые с тех пор, как Фиби встретилась с ней, Лиза выглядела действительно счастливой.
Сэм и Фиби последовали за ней. Старые ветви царапали им лица и цеплялись за одежду. Сэм держался прямо за Лизой, но Фиби устала и не поспевала за ними. Ей казалось, что за последнюю неделю она провела слишком много времени, бегая среди деревьев. С нее было достаточно темных, угрожающих лесов; она предпочитала открытые места. Когда все это закончится, надо отправиться на берег океана. Или в пустыню. Куда-нибудь с бесконечным горизонтом, простирающимся на долгие мили. Без всяких сюрпризов. Без деревьев с ветвями, которые пытаются схватить тебя. Без сумрачных фигур, скрывающихся за спиной.
Далеко впереди Сэм и Лиза остановились и теперь смотрели куда-то вниз. Когда Фиби приблизилась, Лиза тихо запела:
Сэм застыл, глядя на землю. Фиби подошла к нему и увидела четыре деревянных креста в кругу камней под большой узловатой яблоней.
Примитивное кладбище, словно детские могилки для домашних животных. Земля под одним из крестов недавно была перекопана. И еще там был огромный крест, слишком большой для домашнего животного.
– Что это? – спросила Фиби. Леденящий холод поднимался от земли через ступни и ноги и наконец улегся в животе. Сэм медленно покачал головой, не сводя глаз с земли.
– Лиза… – Фиби повернулась, но Лиза уже исчезла в темноте, и ее пение стихло. Сэм вышел из круга могил.
– Нам туда, – сказал он. – Я вижу огни за деревьями.
– Я буду держаться за тобой.
Сад внезапно закончился, и они оказались на вершине холма, посреди скошенного поля. Лиза бежала к дому у подножия холма. Сэм и Фиби погнались за ней.
Лиза приблизилась к дому и опустилась на четвереньки, чтобы заглянуть в низкое прямоугольное окно полуподвала. Сэм и Фиби поравнялись с ней. По краям полуподвального окна были вбиты ржавые, гнутые гвозди, словно кто-то пытался удержать то, что находилось внутри.
Но попытка оказалась безуспешной.
Сэм нагнулся, открыл окно и стал протискиваться внутрь ногами вперед, пока не исчез.
Глава 42
Девочка, которая будет королевой
Тролли. Огры. Маленькие гоблины, не предназначенные для этого мира, – вот что королева дала Тейло. И он был в ярости. Он называл ее грязной человеческой девчонкой.
– Я могу раздавить тебя в один миг, – сказал он. – Размолоть тебя, как соль. Если ты как можно скорее не принесешь мне сына, то я сделаю своей женой другую девушку.
Он забирал существ с собой. Сначала они плакали, потом умолкали.
Королева билась в судорогах и истекала кровью. Из ее сосков сочилось молоко.
У девочки разрывалось сердце от страданий королевы. Теперь она поняла свою роль: она была служанкой. Тейло сказал, что ее обязанность – ухаживать за королевой, быть ее спутницей. Стараться развеселить ее.
– Однажды наступит твоя очередь, – пообещал он.
Девочка стирала в ведре грязное тряпье королевы. Обнимала ее, пока та спала.
– Я хочу домой, – хныкала королева.
– Знаю, – говорила девочка королеве и нежно баюкала ее. – Я тоже.
Но, по правде говоря, она уже почти не помнила свой дом. Это было очень далекое место. Выдуманное, как дворец из волшебной сказки. Место, где она была
Глава 43
Фиби
Следуя за Сэмом, Фиби стала лезть в открытое окно, царапая спину о деревянную раму. Фиби очень надеялась, что не сильно поцарапалась о ржавые гвозди. Делают ли беременным женщинам прививки от столбняка?
Она с громким стуком приземлилась и увидела, что они находятся в тускло освещенной комнате со стенами из шлакоблоков. Лиза пролезла последней и опустилась беззвучно. Пыльная лампочка в сорок ватт давала слишком мало света. Стены были покрыты картинками, вырезанными из книг и журналов и прикрепленными пожелтевшей клейкой лентой: цветы всевозможных форм и расцветок. Сирень и лилии, душистый горошек и нарциссы. Цветы из классических садов и из придорожных канав, забитых сорняками. В углу валялся двойной матрас с кучей грязных одеял и двумя пятнистыми подушками в изголовье. Рядом с ним стояло пятигаллоновое пластиковое ведро и рулон туалетной бумаги. Стены между приклеенными цветочными картинками были покрыты меловыми рисунками: линии, окружности, черточки, знак Тейло. Фиби увидела рядом с кроватью имя Лизы, выведенное крошечными каракулями. Рядом с ним было другое имя, написанное более округлым почерком:
Фиби заморгала, пытаясь сосредоточиться.
– Здесь с тобой была другая девушка, – обратилась она к Лизе. – Они забрали кого-то еще. Девушку по имени Габриэлла.
Лиза слегка вздрогнула при упоминании этого имени.
– Фиби, – позвал Сэм. Он держал в руках тяжелый разомкнутый висячий замок, вынутый из петли в дверном косяке. С внешней стороны двери к тому же имелся выдвижной засов.
– Боже мой, – сказала Фиби. – Это то самое, о чем я думаю, Лиза? Твоя комната в саду?
Возможно ли это? Неужели Лиза провела здесь долгие годы? Кто ее похитил? Старая алкоголичка, тетя Хэйзел? Это не имело никакого смысла. Но Фиби испытала странное облегчение от твердой уверенности в том, что они имеют дело с реальными людьми, а не с феями и оборотнями, умеющими проникать в ночные сны.
Лиза улыбнулась и потрогала один из приклеенных цветков, немного отогнув уголок.
– Когда-то, давным-давно, жили две маленькие девочки, которые заблудились в лесу, – сказала она. – Потом они повстречались со злым человеком.
Сэм нацепил замок на петлю и прошел через подвал мимо печи и водонагревателя. Фиби последовала за ним, шурша подошвами по отсыревшему бетонному полу. Там был пыльный велотренажер, рядом с которым валялись кучи газет и журналов, картонные ящики. У стены стоял высокий книжный шкаф, набитый книгами в мягких обложках, в основном сентиментальными романами. Шкаф как будто немного покосился в сторону. Лиза подошла к нему, ухватилась за край и потянула на себя.
– Лиза! – крикнула Фиби, уверенная в том, что шкаф обрушится на нее.
Но вместо этого шкаф отошел в сторону. Его левый край удерживался на массивных петлях, и он открылся, как дверь.
– Сэм, посмотри! – воскликнула Фиби.
За вращающимся шкафом находилась тяжелая деревянная дверь с круглой стеклянной ручкой. Фиби повернула ручку и толкнула створку, но дверь оказалась запертой. Фиби посмотрела на замочную скважину под ручкой, а потом, словно по наитию, сунула руку в карман и достала ожерелье Эви. Ключ скользнул в скважину и легко повернулся.
Фиби открыла дверь и вошла внутрь.
Комната была маленькой, но опрятной. Как и в «цветочной комнате», там имелось высокое прямоугольное окно. В углу стояла двуспальная кровать с зеленым шерстяным одеялом, так плотно подоткнутым по краям, что поверхность была совершенно ровной. Деревянный книжный шкаф был наполнен книгами по мифологии и оккультизму.
Рядом находился маленький стол, на котором лежал старый дневник в красном кожаном переплете, стопка записных книжек, пачка бумаги, ручка, карандаш и миниатюрный кассетный диктофон. На краю стола лежал старинный латунный бинокль, и Сэм сразу же потянулся к нему.
– Сукин сын, – пробормотал он.
– Сэм, ты в порядке?
– Тем летом мы нашли этот бинокль в лесу. Он тоже был там. Он постоянно следил за нами!
К стене клейкой лентой были прикреплены эскизные рисунки с изображением девочки, в которой Фиби, по семейным фотографиям Сэма, сразу же узнала Лизу. Юная Лиза, улыбающаяся, смеющаяся, с искрящимися глазами. Лиза в толстовке с капюшоном. Лиза в летнем платье с бретельками, едва державшимися на худых плечах. Рисунки были выполнены углем и простым карандашом. Фиби перевела взгляд на постаревшую, изможденную версию Лизы, которая стояла рядом и улыбалась своим изображениям. Невозможно было поверить, что это один и тот же человек. Дело было не только в болезненно-желтоватой коже и выражении лица. Форма ее глаз тоже изменилась. Какое горе может так изменить внешность человека?
– Посмотри, Сэм, – сказала Фиби и раскрыла дневник.
– Это писал Тейло? – спросил он.
– Нет, дневник принадлежал девушке. Здесь нет дат, но послушай:
Начало лета, мне 10 лет
Дорогой дневник,
Сегодня мы с сестрой встретились с Королем фей! Мама говорит, что нам повезло и что когда она была маленькой, то тоже видела его.
Дедушка улыбнулся и вернулся к чтению газеты. Когда дедушка так улыбается, у меня на горле словно появляется невидимая веревка, и когда уголки его рта ползут вверх, веревка затягивается все туже.
Люди в городе говорят, что нам не следует играть там. Что этот лес населен призраками. Что это злое место, где танцует дьявол.
Король фей – не дьявол. Он очень красивый. Во всяком случае, так говорит сестра. Было уже темно, и сначала он велел нам закрыть глаза. Когда мы открыли их, он стоял у дерева, и было трудно разглядеть, где заканчивается дерево и где начинается он. Но когда мы присмотрелись, то смогли увидеть его.