Дженнифер Киллик – Дредвуд. Клуб лузеров (страница 2)

– Отличные вопросы, мистер Густав, – хмыкнул мистер Кантон. – И как бы мне ни хотелось превратить вас в банду карманников-оборванцев, боюсь, на повестке дня сегодня не это. Мы испытываем некоторые технические трудности, посему я вернулся к бумаге и ручке.

Он только что сказал «посему»?

– Вы только что сказали «посему», – застонала Халли.

– Лично я благодарна за возможность переоценки моих ценностей и взгляда на мир, сэр, – заявила Наира.

– Вот это правильно! – Учитель расплылся в улыбке. – А ты, Анджело? – Он повернулся ко мне. – Готов меняться к лучшему? Хештег «Встаём на тропу истины»?

Мистер Кантон, в принципе, ничего, но помощь ему явно не помешала бы.

– Сэр, – сказал я. – Никто уже не использует хештеги.

– Что? Я думал, в соцсетях это самый хайп.

– Нет, мистер К, – подтвердила Халли. – Просто нет.

– Ну ладушки, – радостно произнёс он. – Что ж… Вперёд! – И покинул офис с таким видом, будто это лучший день в его жизни. Мы плелись за ним мимо главного корпуса к теннисным кортам. Бледное солнце то выглядывало из-за суетливых облаков, то вновь скрывалось за ними, проливая слабые лучи света на плоскую серую площадку. Мистер Кантон открыл раздевалку, представляющую собой по сути большой сарай рядом с кортами, и вытащил чёрные пакеты и щипцы для мусора.

– Сумки в раздевалку, будьте добры. – Он сделал нам знак сложить вещи внутрь. – Там с ними ничего не случится. Плюс… – Он надел на пояс сумку в цвет тренировочного костюма и расстегнул её. – Я заберу ваши телефоны.

Мы все застонали.

– Мистер К, мой телефон не хочет в вашу сумочку. – Халли посмотрела на сумку с отвращением. – Серьёзно, я лучше его сожгу.

– Здесь они будут в безопасности, – улыбнулся учитель. – Обещаю вам защищать их ценой своей жизни.

– У меня нет телефона, – заявил Гус. – У меня сейчас цифровой детокс.

– Давай его сюда, Густав, – велел мистер Кантон. – И смотрите отключите их. Не хочу, чтобы в моей сумке что-то вибрировало.

Наира вздохнула и вручила ему телефон. Гус вытащил свой из кармана, отключил и сдал. Я знаю, что спорить смысла не было, так что тоже отдал телефон. Халли же вцепилась в свой с таким видом, будто её вот-вот стошнит.

– Халли, – поторопил мистер Кантон. – Поскорее.

– Это посягательство на права человека.

– Это просто телефон.

– Это какая-то средневековая пытка – уверена, есть закон, запрещающий забирать у человека телефон на выходных.

– Если ты вдруг забыла, ты здесь не просто так, Халли. Ты пришла на сессию «Тропы истины» – это отработка, а не пытка. Давайте-ка воспользуемся возможностью и напомним друг другу о ценностях нашей школы. ТРОПА: как это расшифровывается?

Мы посмотрели на него и закатили глаза.

– Анджело! – Мистер Кантон повернулся ко мне. – Начнём с тебя. Какую ценность означает буква «Т» в слове ТРОПА?

– Товарищество, – ответил я.

– Густав, а ты скажи, что значит «Р», будь добр.

Гус открыл рот, собираясь заговорить.

– И давай не будем тратить время, перечисляя всякие негативные слова на «Р» – распри, развалюха, разгильдяйство. Их я уже слышал.

– Если это всё плохие слова на «Р», которые вы знаете, сэр, я бы мог научить вас паре крышесносных словечек. – Гус ухмыльнулся.

– Только ценность, Гус, будь добр, – попросил учитель.

Гус вздохнул.

– Ла-адно. Равенство.

– И Халли, скажи, что стоит за буквой «О»?

Халли улыбнулась.

– Обесценивание?

Мистер Кантон улыбнулся в ответ.

– Хоть я и очень впечатлён твоим словарным запасом, Халли, я хотел услышать иное слово. Вот подсказка – это слово относится к тебе.

– Можно я угадаю? – Гус поднял руку. – Есть у меня пара вариантов.

Халли кинула на Гуса презрительный взгляд и вздохнула.

– «О» значит отношение.

– Отлично, я знал, что ты справишься, – сказал мистер Кантон. – Тебе явно стоит поразмыслить над своим отношением, Халли, а твой телефон пока в целости и сохранности полежит у меня в сумке.

Он протянул руку. Халли фыркнула и выругнулась, но наконец отдала телефон.

– Хорошая новость состоит в том, что «П» – пытливости – у вас уже предостаточно, так что перейдём к…

– «А» значит альтруизм, – влезла Наира.

– Вот это энтузиазм, Наира, – похвалил мистер К. – Приятно, что ты как всегда энергична, но мне бы хотелось, чтобы ты по-настоящему задумалась над этим словом, что оно означает и как применять его на практике.

Я знаю Наиру с начальной школы. Она образцовая ученица, отличница по всем предметам и работает усерднее всех. Это первый раз на моей памяти, когда ей попало. Но несмотря на всю свою идеальность, счастливой она не выглядела. Я уже давно не видел на её лице искренней улыбки.

– Я альтруистка, – сказала Наира. С таким же успехом она могла бы сказать «Я фиолетовая» или «Я Бэтмен». Все покривились. – Что? Вообще-то да! Я организую благотворительные мероприятия, помогаю на кофейных встречах для престарелых граждан, я, блин, устроила акцию молчания, чтобы собрать средства для брошенных слонят! Зачем бы я это делала, если не из альтруизма?

– Чтобы тебя избрали в ученический совет, – подсказала Халли.

– Чтобы ты могла указать это в заявлении о поступлении, – добавил я, раз уж она спросила.

– Потому что тебе нравится запах пенсионерских волос, – вставил Гус. – Каждый раз, когда ты наклоняешься подлить кофе, ты вдыхаешь неповторимый аромат ископаемых.

– Ребята, мы здесь не для того, чтобы кого-то осуждать, – напомнил мистер Кантон, строго глядя на нас. – Но я бы хотел, чтобы ты, Наира, задумалась о мотивации. Если ты делаешь что-то доброе, чтобы извлечь из этого какую-то выгоду, разве это альтруизм?

Наира открыла рот, но, кажется, не смогла найти подходящих слов. И хоть это и невероятно, но клянусь, она выглядела обиженной.

– Насчёт моего телефона, – заметила Халли, и мы все снова застонали. – А вдруг мы попадём в чрезвычайную ситуацию?

– Мы пришли в школу на несколько часов, чтобы проверить, сможете ли вы работать в команде, хештег «Тропа истины». Мы будем собирать мусор, ухаживать за школьными животными и, надеюсь, зачётно поприкалываемся…

Мы снова застонали.

– …ничего даже относительно плохого не случится.

И тут раздался звук – отчаянный вопль, разрезающий тишину пустого школьного двора и заполняющий воздух вокруг. Ничего подобного я раньше не слышал и теперь вряд ли когда-нибудь это забуду. В этом звуке был нестерпимый страх и боль. И доносился он откуда-то с территории школы.

– Оставайтесь здесь, – велел мистер Кантон, кладя инвентарь для мусора на землю. – Я серьёзно – не сходите с этого места.

Он трусцой пересёк теннисные корты и побежал к полю.

Мы переглянулись. Никто ничего не говорил, но мы одновременно повернулись и побежали следом за учителем. Крик был душераздирающий, но мне уже было скорее любопытно, чем страшно.

– Что это была за фигня? – спросила Халли. Щёки у неё порозовели от холода.

– Школьный призрак, – ответил Гус. – Все же в курсе, что в Дредвудской школе водятся призраки. Есть куча историй, как люди слышали странные звуки в стенах, видели криповый свет в окнах ночью, хотя внутри никого не должно было быть.

Глава 2

Тропа

– Этому призраку, которого, кстати, не существует, – сказала Наира, – полагается обитать в особняке, а не в поле.

– Может, он любит выходить на пробежку по субботам. – Гус уже запыхался. – Смерть – не повод бросать тренировки.