Дженнифер Броуди – Возрождение ковчегов 2 (страница 9)

– Они все предусмотрели, – сказала Майра и с досадой вздохнула.

– Да уж, на подготовку у них было семь сотен лет, – нараспев произнес Дивинус.

Майра снова принялась ходить по кругу, шлепая подошвами матерчатых тапочек по бетонному полу.

– Мне плевать на риск, нам нужны Маяки – не только для того, чтобы снова связать нас, но и для того, чтобы общаться, когда мы разделимся. – Она взглянула на Аэро. – Разве не так общались носители космических колоний в самом начале?

– Да, носители внеземных колоний раньше общались через Маяки, – подтвердил Аэро. – Орден оружейников тоже контактировал напрямую с носителями, но я не знаю, как именно.

Ной вывел над столом новую голограмму: схемы Маяков, показывающие сочетание нанотехнологий и биологических интерфейсов.

Дивинус поджал губы.

– Маяки связаны с вашими синапсами, мозгом, с клеточной структурой… Короче говоря, вплетены в вашу сущность. Теперь понимаете, насколько опасно их реактивировать?

– Драккен? – прорычала Ищунья. – Шпионить будет… вредить…

Дивинус кивнул:

– Да, он будет шпионить за вами через Маяки. Вам придется учиться защите. Чем меньше он знает о ваших планах, тем лучше.

Аэро обвел взглядом собравшихся за столом:

– Не знаю, как вам, а мне с Маяком приходилось бороться. Маяк – не фальшион, работает иначе, и управлять им сложнее.

– Мне тоже было непросто, – признала Майра. – Драккен приходил ко мне в снах в образе Темного. Творил со мной ужасные вещи. Больше мне через такое проходить не хочется.

– Коммандер Драккен сосредоточен на Майре, – вставил Ной. Его голос, казалось, раздается отовсюду и ниоткуда одновременно. – Судя по всему, ее нейронная связь с устройством сильнее, чем у остальных носителей, и Темный неким образом подпитывался ее энергией.

– Это был сущий кошмар… – Майра с содроганием вспомнила, как по ночам к ней являлся Драккен, окутывая черным облаком и высасывая жизненную силу.

– Моя дорогая, боюсь, риск слишком велик, – заключил Дивинус, листая данные по Маякам. – Если Драккен проникнет в твои мысли и выведает планы по объединению ковчегов, то примет соответствующие меры. Нам лучше действовать втайне. Реактивировав Маяки, мы станем уязвимы.

– Профессор прав, – согласился Аэро. – Драккен запросто вычислит и нас, и наши планы.

– Драккен… мерзкий, опасный, – прорычала Ищунья.

Майра остановилась.

– Постойте, у меня идея. Если Драккен будет шпионить за нами, то являться станет в снах, так? Что, если мы не будем запираться от него, а, наоборот, впустим?

– Ты в своем уме? – пораженно спросил Аэро. – Я же видел, что он с тобой вытворяет.

– Выслушайте меня. – Майра заговорила быстро, понизив голос, а когда закончила объяснять детали плана, то, похоже, сумела убедить остальных.

– Ну так что, решено? – спросила она. – Реактивируем Маяки и объединим Ковчеги?

– Или умрем за это, – сказал Аэро, стиснув рукоять фальшиона. – Звездное пекло, план просто безумный. – И с улыбкой добавил: – Жаль, не я его придумал.

– Силы и хилы, – зарычала Ищунья, – один народ.

Дивинус встал из-за стола и, шурша мантией, принялся манипулировать экранами над столом. Он ввел коды и, опустив руки, сказал:

– Реактивировать Маяки, Ной.

Комнату затопила вспышка изумрудного света – устройства на руках носителей снова ожили, загорелись. Майра ощутила, как в ее теле, жилах, каждой клеточке забурлила энергия, как она ударила в мозг. В тот же миг Майра стала Аэро и Ищуньей – впервые за много дней они снова объединились.

Ее сознание вырвалось за границы тела и понеслось по бескрайним просторам космоса, спустилось в темнейшие пещеры и впадины на дне морей, пронзило пространство и время. Майра погружалась в глубины истории, видела мировые войны, древние империи, города, которые превращались в прах и восставали из него, видела созидание и разрушение. А потом в голове раздался знакомый голос: «Майра… я здесь… всегда буду с тобой… никогда не покину».

Это была Элианна, первый носитель ее Маяка.

Глава 7. Склад запасных частей (Джона Джексон)

Стелла и Джинджер вели за собой отряд. Темноту нарушал только голубоватый огонек их фонарика. Джона, который полз сразу за двойняшками, задевал спиной о внутреннюю сторону трубы. Моди и ее личные телохранители во главе с Грили следовали за ним гуськом – в узком проходе перемещаться иным способом просто не получилось бы.

– Сюда, направо, – прошептала Стелла, обернувшись назад. Ее веснушчатое личико, обрамленное жесткими волосами, в свете фонарика походило на призрак.

– Направо, – шепнула Джинджер Джоне, и тот передал подсказку дальше. Джона шел за двумя девочками, однако все его мысли были с дочерью: Майра когда-то научилась незаметно перемещаться по системе труб и воздуховодов, а когда спасла из Тени сестер Бишоп, то передала знания о тайных путях им.

– Майра, – чуть слышно прошептал Джона и подумал: «Я знаю, ты выбралась на Поверхность. Видит Оракул, я приду к тебе. Пусть даже придется умереть за это».

Вслед за двойняшками отряд диверсантов свернул вправо. По трубе они выбрались в проход пошире – когда-то по нему текла вода, но сейчас тут было пусто. Шлепая ладонями по лужицам и вслушиваясь в назойливое «кап-кап-кап», Джона порадовался тому, что в трубе наконец стало просторнее. И когда это у него успела развиться клаустрофобия?

В молодости, когда Джона еще только стал подмастерьем инженера, ему частенько приходилось лазить по трубам канализации и воздуховодов, устранять протечки и прочие поломки в обветшавшей системе. Но это было давненько; став главным инженером, Джона почти не вылезал из-за стола – вот и размяк.

Стелла и Джинджер тем временем прибавили ходу. Они-то теперь могли встать на ноги и идти пригнувшись, а вот взрослым по-прежнему приходилось ползти. Миновав еще несколько поворотов и изгибов труб, близняшки остановились у забранного решеткой квадратного люка. Ощутив дуновение холодного воздуха, Джона поежился. Чуть дрожа, заглянул в люк.

– Мы на месте, – шепотом объявила Стелла и погасила фонарик. – Десятый сектор.

– Склад запасных частей, – добавила Джинджер и указала вниз, на решетку.

– Уверены, малявки? – спросил, подбираясь к люку, Грили. Он едва умещался в тесном пространстве. – Как по мне, то мы аккурат над Вторым. Хотя от всех этих поворотов у меня голова кругом. Эти трубы – сплошной лабиринт.

– Мы эти тайные проходы как свои пять пальцев знаем, – парировала Стелла.

– Нас Майра научила, – добавила, переглянувшись с сестрой, Джинджер.

– Сколько там работников Снабжения? – спросил Грили. Этот здоровяк изгой возглавлял отряд телохранителей Моди. Всякий отщепенец терял половину пайка и место в своем цеху. До восстания изгои выживали, торгуя на Базаре, но потом рынок прикрыли.

Джона прищурился, глядя вниз сквозь решетку. Огромный сектор был покрыт толстым слоем пыли и, невзирая на яркий свет автоматических огней, практически утопал в тени. До самого потолка тут громоздились горы разнообразного хлама: куски металла и запчастей, деталей. У снабженцев наверняка имелась своя система, и все было сложено в определенном порядке, но с виду Склад напоминал обычную свалку.

– Похоже, внутри всего двое, – заметила Моди. Ей было почти семьдесят лет, но зрение она сохранила отменное. – Женщина за стойкой и подмастерье – он находит заказанные детали и развозит их по секторам.

– Пенелопа Рид, – сказал Джона, узнав полную женщину внизу: перебирая пыльные квитки, та зашлась в приступе хриплого кашля. – Должно быть, ее перевели сюда из Магазина после того, как Синод выбросил Стэна Деккера в море. А подмастерье – это ее сын, Бейли. Он прежде доставлял запчасти в Инженерную.

– Стэн Деккер. Это тот демос, что помогал тебе?

В отличие от изгоев, демос, рабочий класс, зарабатывал себе на паек и получал его полностью. И демос, и изгои стояли ниже кратоса, членов Синода и жрецов Церкви Морского Оракула.

– Стэн был храбрым человеком, – подтвердил Джона. – Помогал мне таскать детали для подлодки, которую мы собирали втайне… и поплатился жизнью.

На той самой подлодке Майра, Возиус и их друзья бежали на Поверхность.

Моди священным жестом покрутила ладонью у груди. – Да упокоит его душу Святое Море, – тихо помолилась она. Прочие изгои повторили за ней и жест, и слова. Они никак не могли избавиться от суеверий.

– Сколько патрульных охраняет дверь в сектор? – спросил Джона.

– Пятеро, – ответил Грили. – Мой отряд вчера прочесал коридор. Синод, похоже, не заботится о Складе, иначе прислал бы больше людей.

– Бэрон Донован и Хорас Гринт? – уточнила, глядя на него, Моди. – Они ведь отвечают за этот сектор? Утром я читала твой рапорт.

– Да, шеф, – сказал Грили и тут же нахмурился. Он обменялся взглядами со своими людьми, которых все называли просто громилами. – Шеф, эта миссия слишком опасна. Лучше тебе поскорее вернуться в Инженерную. Или хотя бы отсидеться в трубах, пока мы зачищаем сектор от патрульных.

– Грили дело говорит, – подал голос изгой с жиденькой бородкой, которого звали Прэтт. – Шеф, вы слишком важны для подъемышей. Синод только рад будет заграбастать вас в свои надушенные ручонки. Сами знаете, что с вами сделает отец Флавий.

Джона вздрогнул, припомнив время, проведенное в Тени. Отец Флавий тогда частенько навещал его, подвергая излюбленной пытке.

– Он станет мучить тебя, держать в кромешной тьме, – сказал он, машинально касаясь шрамов – плотных и бугристых полос на спине. – В конце концов ты станешь умолять отца Флавия выбросить тебя в море, потому что казнь покажется тебе милосерднее пыток. Вот только Флавий станет истязать тебя дальше. Сильнее тела будет страдать твой дух.