Дженнифер Броуди – Возрождение ковчегов 2 (страница 26)

Так и с ума сойти недолго.

– Ной, ты меня слышишь? – позвала она, и по всему залу разлетелось эхо. Говоря вслух в полном одиночестве, Майра почувствовала себя ужасно глупо. Однако Ной тут же ей ответил:

– Да, мисс Джексон. Я всегда на связи.

– Зови меня, пожалуйста, Майра.

– Хорошо, Майра.

– Так-то лучше. – Она вскочила на ноги и отряхнула штаны, хотя нужды в том не было – роботы поддерживали в пещерах идеальную чистоту. – Здесь есть где-нибудь Склад запасных частей? Ну, где у вас разный хлам хранится? То, чем больше не пользуются?

– Надо подумать. – Ной ненадолго умолк. – Недалеко от двенадцатого зала есть хранилище. Роботы укажут дорогу.

Майра услышала механическое жужжание. Вкатившись в зал и заметив Майру, роботы возбужденно запищали и загудели. Металлическими клешнями ухватили ее за штанины и потащили за собой. По пути к хранилищу они миновали еще несколько связанных коридорами залов.

Двенадцатый зал располагался в глубине колонии, и Майра прежде сюда не забредала. Роботы увлекли ее к неприметной двери, один из них разразился нетерпеливым писком, и створки разошлись.

Склад оказался величиной с квартиру в колонии Майры: тут стояли стеллажи длиной от стены до стены, высотой до самого потолка. Майра заметила толстые катушки проводов, трубы, компьютерные платы, куски металла и прочие детали. Сердце забилось чаще. Майра подошла к ближайшей полке и, взяв с нее материнскую плату, сдула пыль. Под ногами суетились, пища и требуя внимания, роботы. Она опустила взгляд на эти забавные маленькие механизмы.

– А инструменты? Инструменты найдутся? – Один из роботов утвердительно запищал. – Отлично, принесешь?

Роботы разразились очередным потоком писка и гудков, общаясь друг с другом. Придя, видимо, к согласию, они выехали из комнаты и спустя какое-то время вернулись, таща за собой тяжеленный короб.

Майра хотела откинуть крышку, но петли проржавели. Тогда один из роботов подкатил ближе и капнул на них масла.

– Спасибо, – поблагодарила его Майра и погладила помощника по верхушке корпуса. Восторженно запищав, робот закружился волчком.

Майра вернулась к коробу. Крышка на сей раз поднялась легко: внутри обнаружились всевозможные инструменты, разложенные по рядам и секциям. Взявшись за разводной ключ, Майра ощутила приятную тяжесть.

– Вот это другое дело, – обратилась она к роботам. В одиночестве она прониклась симпатией к этим маленьким машинкам.

Роботы от радости загудели в унисон.

Только Майра принялась доставать прочие инструменты, как к ней обратился Ной:

– Если не возражаете, я хотел бы поинтересоваться: что вы собираетесь делать?

– Если честно, то возражаю, – раздраженно отозвалась Майра. За что бы она тут ни взялась, за всем следили. Да патрульные в ее родной колонии по сравнению с Ноем – жалкие любители. Правда, стоит ли на него обижаться? В конце концов, он тоже всего лишь машина и действует по программе. – Ладно, – сменила гнев на милость Майра, – мне не удастся построить субмарину, чтобы вернуться в свою колонию. Как сказал профессор, у нас просто нет нужных деталей. Попробую сварганить нечто вроде зонда и отправить своему народу весточку. Вряд ли он выдержит давление на дне впадины, но вдруг успеет спуститься достаточно низко?

– Любопытная мысль. Автоматический зонд спроектировать и собрать куда проще. Ему не нужны кислород и системы жизнеобеспечения.

– А еще ему плевать на смертельное для человека давление, – добавила Майра. – Но не будем наперед загадывать. Даже если зонд достигнет Тринадцатого ковчега, там еще должны будут принять сигнал. К тому же Синод может перехватить аппарат.

– Согласен. Вероятность успеха низкая. Особенно если учесть, что машина «Анимус» скоро сломается. Я провел новые вычисления: ваш отец в своих расчетах был весьма оптимистичен. Машина может заглохнуть в любой момент. Счастье, если она еще работает, но с равным успехом там все уже могли задохнуться.

– Отличные новости, что и говорить, – пробормотала Майра и, чувствуя нарастающий страх, принялась рыться на полках в поисках деталей. Только заняв себя делом, она могла сохранить рассудок. – Почему ты раньше не сказал?

– Я могу и ошибаться, – признал Ной. – Сведений недостаточно. К тому же, учитывая сложившиеся обстоятельства, мы ничего поделать не сможем.

– Тогда мне лучше работать быстрее. – Майра ухватилась за катушку провода.

– Боюсь показаться бестактным, – снова заговорил Ной, – но зачем собирать зонд, если шансы на успех столь малы?

– Затем, что мне приятно снова поработать руками, – ответила Майра и, стараясь не обращать внимания на боль, стащила с полки тяжелый лист металла. Поднялось облако пыли, и роботы, встревоженно запищав, принялись всасывать его. – К тому же это лучше, чем сидеть у себя в комнате и ждать, пока мои любимые погибнут.

– В вас говорят эмоции.

Лист грохнулся на пол, и роботы бросились врассыпную. Майра утерла пот со лба, настроение улучшилось. Так хорошо она себя не чувствовала вот уже несколько недель.

– Такой уж я человек, эмоциональный, – пожала она плечами. – Всегда такой была.

– Признаться, я в замешательстве, – задумчиво проговорил Ной. – Мне нравится моя работа, она воодушевляет, но что такое любовь – мне неизвестно. Буду откровенен, сама ее концепция мне непонятна. Это чувство толкает на нелогичные поступки, противоречащие вашим собственным интересам.

Майра не выдержала и расхохоталась. Плечо тут же отозвалось болью.

– Что верно, то верно.

Несколько часов спустя Майра закончила черновую версию аппарата. На зонд, впрочем, она пока походила не сильно: провода, платы да склепанные кое-как куски металла. Майра еще ничего не сваривала и не спаивала, но будущая конструкция в этой груде деталей уже угадывалась. Как любил говорить отец, любой проект начинается с малого. Она принялась укладывать инструменты назад в короб, возвращая каждый на свое место. Беспорядку на работе не место, и этому Майру тоже научил отец.

«Надеюсь, ты там еще дышишь, папа, – мысленно обратилась к нему Майра, стараясь отогнать подступающую к сердцу тоску. – Я доберусь до тебя».

– Ной, завтра мне потребуется сварочный аппарат, – сказала она, прежде чем покинуть склад и направиться в комнату управления.

Дивинус восседал на своем обычном месте во главе длинного стола и разглядывал сменяющие друг друга картинки с камер наблюдения. Громоздкая махина Четвертого ковчега по-прежнему, мерцая, мчалась к Земле, а изящный корабль Второго завис на орбите.

– Нас так и не пускают в систему видеонаблюдения? – спросила Майра, садясь рядом с Дивинусом. Его проекция выглядела изможденной, лицо напоминало череп. Майра пожалела о том, что была резка с профессором. – Простите, я погорячилась. Просто нет связи, и я ощущаю полную беспомощность.

– Не стоит извиняться, моя дорогая. Испытания нам выпали тяжелые, и они сказались бы даже на самых сильных душах. – Дивинус снова посмотрел на картинки. – Второй ковчег усилил защитные системы, но мы не бросаем попыток взломать их. Впрочем, внутренние системы Четвертого ковчега и до того были непроницаемы.

– Ной так и не сумел пробить их? – нахмурилась Майра.

– Не сумел. С такой серьезной защитой мы прежде не сталкивались. Судя по всему, их судно управляется по внутренней сети, однако она не полностью компьютеризирована и имеет встроенные биологические элементы, которые питают ее.

– Драккен, – сообразила Майра. – Это из-за него не получается влезть в системы. Он – тот самый биологический компонент. Не надо взламывать корабль, надо взломать носителя.

– В каком смысле? – вскинул брови Дивинус.

– Честно говоря, я не знаю, как именно он управляется с этим, – сказала Майра, показывая полыхающий изумрудным светом Маяк, – но попытаюсь выяснить через свое устройство.

– Моя дорогая, риск слишком велик. Драккен может убить тебя.

– Мы сейчас постоянно рискуем. – Взгляд Майры вспыхнул огнем непокорности. – Я хочу попытаться снова. Больше никакого снотворного – хватит с меня лекарств. Нужен ясный ум.

– Прошу, не торопись, дорогая моя…

– Зря стараетесь, – отрезала Майра. – Джексоны все упрямые. Уж если что втемяшим себе в голову – не передумаем. Вы только время впустую тратите.

Профессор смиренно пожал плечами, складки его мантии чуть всколыхнулись.

– Как пожелаешь, моя дорогая.

Направляя Майру во время медитации, он не мог скрыть беспокойства.

Майра села в позу лотоса: скрестила ноги и опустила руки на колени. Закрыв глаза, отстранилась от внешнего мира и глубоко погрузилась в подсознание. Перенеслась в мир сна. Маяк пульсировал реже – в такт замедлившемуся ритму сердца. Вот Майра заметила тень. «Темный», – подумала она и отпрянула. По жилам разлился страх. Профессор прав, надо было его слушаться: она еще не готова.

Плечо будто объяло пламенем. Темный устремился к Майре, протягивая к ней острые щупальца, но тут над пустыней сна прозвучал отдающийся эхом голос: «С возвращением, Майра». Это был Аэро. Вскинув сыплющий искрами фальшион, он отогнал Темного. «Звездное пекло, где ты пропадала? Я соскучился».

Глава 23. Незаменимых нет (майор Даника Ротман)

Данику терзал страх, да и лифт, как на грех, нес ее на мостик слишком быстро. Устремив немигающий взгляд в иллюминатор, она не видела за ним ничего. Перед глазами стояла мысленная картинка: Аэро Райт на коленях, склонил голову, а она держит меч всего в дюйме от его шеи. Но что произошло? Почему дезертир до сих пор жив? Даника постоянно задавалась этим вопросом с того момента, как закончилось противостояние в ангаре.