Дженнифер Барнс – Последний гамбит (страница 16)

Глава 21

В Доме Хоторнов под фондю подразумевалось двенадцать фондюшниц и три шоколадных фонтана. За час миссис Лафлин приготовила все на их суперкухне.

Отвлечения – не просто отвлечения, напомнила я себе. Иногда они необходимы, чтобы вырваться из петли.

– Итак, сырное фондю, – объявил Ксандр, – у нас есть грюйер, гауда, чеддер, фонтина, шелерхоккер…

– Стоп, – прервала его Макс. – Ты начал выдумывать слова.

– Разве? – дерзко спросил Ксандр. – Для макания у нас есть багеты, хлеб на закваске, хлебные палочки, гренки, бекон, прошутто, салями, сопрессата, яблоки, груши и разные овощи-гриль и сырые. А еще десертный фондю! Для приверженцев чистоты вкуса здесь фонтаны из темного, молочного и белого шоколада. В ковшах – более затейливые сочетания. Я очень рекомендую двойной шоколад с соленой карамелью.

Рассматривая десертные ковшики, Макс взяла клубнику в одну руку и крекер в другую.

– Бросай! – закричал Ксандр, отбегая. – Я тут!

Макс метнула крекер. Ксандр поймал его ртом. Ухмыльнувшись, Макс опустила клубнику в один из горшочков, откусила ягоду и застонала.

– Охурметь как вкусно.

Выбраться из петли, подумала я и присоединилась к пиру, умирая от наслаждения. Иви, сидящая рядом со мной, взяла пример с меня.

С полным ртом бекона Ксандр взял запасную вилку для фондю и взмахнул ею, как мечом.

– К бою!

Макс тоже вооружилась. Результатом стал хаос. Того типа, что Макс и Ксандр измазались в фонтанах, а Иви получила в грудь бананом в темном шоколаде.

– Я прошу у тебя шоколадное прощение, – сказал Ксандр. Макс замахнулась на него хлебной палочкой.

Иви посмотрела на то, что стало с ее рубашкой.

– Это был мой единственный верх.

Я взглянула на Макс. Мы поговорим уже очень скоро. Затем я повернулась к Иви.

– Пойдем, – сказала я, – я дам тебе новую.

– Это твоя гардеробная? – Иви замерла. Стеллажи, шкафы и полки тянулись на двенадцать футов над головой и все были заполнены одеждой.

– Я знаю, – ответила я, вспоминая, что чувствовала, когда они принесли сюда все эти вещи. – Тебе стоит посмотреть на гардеробную в спальне Скай. Тысяча девятьсот квадратных футов, высотой в два этажа, а еще там есть личный бар с шампанским.

Иви уставилась на одежду.

– Выбирай, – сказала я, но она не шелохнулась. – Серьезно. Бери что хочешь.

Она потянулась к светло-зеленой рубашке, но замерла, когда коснулась ткани. Я не была модницей, но невероятная мягкость дорогой одежды меня все еще поражала, как и Иви.

– Тоби не хотел, чтобы я была частью этого. – Иви смотрела на рубашку. – Поместье. Еда. Одежда. – Она громко и резко втянула воздух. – Он ненавидел это место. Ненавидел. И когда я спросила почему, он сказал лишь то, что семья Хоторнов была не такой, какой казалась, что у этой семьи были секреты. – Она наконец стянула зеленую рубашку с вешалки. – Темные секреты. Может быть, даже опасные.

Я подумала обо всех секретах Хоторнов, о которых я узнала, – не только об усыновлении Тоби или его роли в пожаре на острове Хоторнов, но и обо всем остальном.

Прабабушка убила своего мужа. Зара изменяла обоим мужьям. Скай назвала своих сыновей в честь их отцов, и по крайней мере один из них был опасным человеком. Тобиас Хоторн подкупил отца Нэша, чтобы тот держался подальше от их семьи. Джеймсон смотрел, как умирала Эмили Лафлин.

И это еще не говоря о тех секретах, к появлению которых я приложила руку с того момента, как попала сюда. Я позволила Грэйсону скрыть причастность его матери к покушению на мою жизнь, свалить всю вину на жестокого бывшего Либби. Я отвернулась, когда Тоби и Орен решили, что тело Шеффилда Грэйсона должно исчезнуть.

Иви все еще ждала, когда я что-нибудь скажу в ответ.

– Я выйду, чтобы ты могла переодеться.

Вернувшись в свою комнату, я задалась вопросом, какие еще секреты Хоторнов мне неизвестны. Я снова рассмотрела фото Тоби, но в этот раз я заглянула ему в глаза. Дело в тебе, во мне или же в этой семье? Как много у нас врагов?

Стук прервал мои мысли. Я открыла дверь и увидела мистера Лафлина, в конце коридора стояли Орен и телохранитель Иви.

– Простите за беспокойство, Эйвери. У меня для вас кое-что есть. – Старый смотритель привез с собой тележку с длинными рулонами бумаги.

Еще одна доставка? Мое сердцебиение участилось.

– Это привез курьер?

– Я сам откопал это. – Каким бы грубым ни был мистер Лафлин, в его глазах цвета мха было что-то почти нежное. – У вас недавно был день рождения. Каждый год после своего дня рождения мистер Хоторн составлял планы последующего расширения дома.

Тобиас Хоторн никак не мог закончить строительство Дома Хоторнов. Каждый год он что-то добавлял.

– Это чертежи. – Мистер Лафлин подбородком указал на тележку и завез ее в комнату. – По одному на каждый год с тех пор, как мы начали строительство Дома. Подумал, что вы, возможно, захотите их увидеть, если планируете пристроить что-то свое.

– Я? – удивилась я. – Пристроить что-то к Дому Хоторнов?

Иви вошла в комнату, одетая в зеленую шелковую рубашку, и на мгновение она уставилась на чертежи так же, как смотрела на одежду в моем шкафу. Затем кто-то появился в дверях.

Джеймсон. Он был весь в грязи. Его рубашка была порвана, на плече кровь.

Мистер Лафлин положил руку на плечо Иви.

– Пойдем, дорогуша. Нам лучше уйти.

Глава 22

– У тебя кровь, – сказала я Джеймсону.

– А я еще опасно близок к тому, чтобы испачкать… все. – На его лице появилась озорная улыбка.

Грязь была и на лице, и в волосах. Одежда пропиталась ею, рубашка прилипла к животу, я видела каждую линию мышц под ней.

– Прежде чем ты спросишь, – пробормотал Джеймсон. – Я в порядке, Грэй тоже.

Мне стало интересно, была ли хоть капля грязи на Грэйсоне Хоторне.

– Орен сказал, что все было по-хоторновски ужасно. – Я одарила Джеймсона многозначительным взглядом. Он пожал плечами.

– Скай умеет запудрить нам мозги. – Джеймсон не стал вдаваться в подробности о грязи, крови или о том, чем именно они с Грэйсоном занимались. – В конце концов мы выяснили, что было нужно. Скай непричастна к похищению.

С момента нашего расставания я узнала гораздо больше. Слова полились из меня, я рассказала Джеймсону обо всем: о фотографии Тоби, о сообщении, которое похититель спрятал в ней, о комментарии Иви о темных и опасных секретах, о том, что Орен рассказал мне о попытках переманить членов моей службы безопасности. Чем больше я говорила, тем ближе подходил ко мне Джеймсон, тем ближе мне нужно было быть к нему.

– И что бы я ни делала, – закончила я, наши тела соприкоснулись, – мне кажется, я не приблизилась к разгадке.

– Может, в этом и весь смысл, Наследница.

Я уловила особую интонацию в его голосе, я знала ее так же хорошо, как знала каждый из его шрамов.

– О чем ты думаешь, Хоторн?

– Второе сообщение все меняет. – Джеймсон обвил рукой мою талию, моя рубашка стала пропитываться грязью. Я почувствовала жар его тела. – Мы ошиблись.

– В чем? – спросила я.

– Человек, с которым мы имеем дело. Он не играет в игру Хоторнов. В играх старика подсказки всегда последовательны. Одна подсказка приводит тебя к следующей, если, конечно, ты смог понять ее.

– Но в этот раз, – сказала я, улавливая нить его мыслей, – первое послание ни к чему нас не привело. Но появилось второе.

Джеймсон протянул руку, чтобы коснуться моего лица и размазать грязь мне по подбородку.

– Подсказки в этой игре непоследовательны. Попытки понять одну не приведут тебя магическим образом к следующей, и неважно, что ты будешь делать, Наследница. Или похититель Тоби просто хочет тебя напугать, и в этом случае эти расплывчатые предупреждения не имеют большого смысла.

Я уставилась на него.

– Или? – Он сказал или.

– Или, – пробормотал Джеймсон, – это все части одной загадки: один ответ, много подсказок.