Дженнифер Барнс – Инстинкт убийцы (страница 12)

– Эй! – Майкл наклонил голову и всмотрелся в мое лицо. – Я пошутил. Не надо изображать Грустную Кэсси, ладно?

– Это не Грустная Кэсси, – ответила я. Были времена, когда он в такой момент откинул бы волосы с моего лица, задержал бы пальцы на моем подбородке… но не сейчас.

Неписаные правила говорили, что решать мне. Я ощущала, что он смотрит на меня, ждет, что я скажу. Он глядел на меня сверху вниз, его лицо замерло в нескольких сантиметрах от моего. Его губы находились в нескольких сантиметрах от моих.

– Я узнаю Грустную Кэсси, как только увижу, – возразил он, – даже вверх ногами.

Я отбросила волосы и откинулась. Пытаться скрыть чувства от Майкла невозможно, не стоило даже и пытаться.

– Вы с Лией снова разговариваете? – спросил он меня.

Я была благодарна за смену темы.

– Мы с Лией… в наших обычных отношениях, какими бы они ни были. Не думаю, что она планирует мою погибель.

Майкл с мудрым видом кивнул.

– Значит, она не собирается вцепиться тебе в горло, как только узнает, что ты нарушила святую заповедь «Не лезть к Дину»?

Я думала, мой визит к Дину прошлым вечером остался незамеченным. Похоже, я ошибалась.

– Я хотела проверить, как он. – Мне показалось, что нужно объясниться, хотя Майкл об этом не просил. – Не хотела, чтобы он оставался один.

Майкл считывал эмоции, а значит, умел отлично их скрывать, так что, когда я увидела, как что-то промелькнуло в его глазах, значит, он выбрал не скрывать это от меня. Ему нравилось, что я из тех обитателей этого дома, кто заботится о других. Он просто предпочел бы, чтобы тот, о ком я решила позаботиться прошлым вечером, был не Дин.

– И как обстоят семейные страдания нашего рыцаря угрюмого образа? – Майкл отлично изобразил голос человека, которому на самом деле не важен ответ на вопрос. Возможно, ему даже удалось бы обмануть другого чтеца эмоций, но моя способность не сводилась к анализу позы или выражения лица или к чувствам человека в каждый конкретный момент времени.

Поведение. Личность. Среда.

Майкл говорил резко, чтобы скрыть тот факт, что на самом деле ему важен ответ на этот вопрос.

– Если хочешь узнать, как справляется Дин, можешь просто спросить.

Майкл небрежно пожал плечами. Он не собирался признавать, что Лия, Слоан и я не единственные, кто переживал за Дина. Этот небрежный жест – заметное выражение участия, на которое я могла рассчитывать.

– Он не в порядке и не будет в порядке, пока Бриггс и Стерлинг не закроют это дело. Если они просто расскажут ему, что происходит, это поможет, но этого не случится – Стерлинг не допустит.

Майкл покосился на меня.

– Агент Стерлинг тебе определенно не нравится.

Я решила, что это высказывание не заслуживает ответа.

– Кэсси, ты не обижаешься на других просто так. На моей памяти ты проявила привередливость, когда Бриггс велел агентам повсюду следовать за тобой. Но агент Стерлинг тебе не нравится с первой секунды.

Я не собиралась ничего отвечать и на это высказывание, но Майклу не нужны слова. Он способен вести разговор с молчащим собеседником, считывая ответы по языку тела, по мельчайшим изменениям выражения лица.

– Ей не нравится программа, – сказала я, просто чтобы он перестал так пристально считывать мои эмоции, – не нравимся мы, а особенно не нравлюсь я.

– Ты не нравишься ей не так сильно, как думаешь, – тихо произнес Майкл. Я невольно наклонилась к нему, хотя не была уверена, что хочу услышать больше. – Агент Стерлинг не в восторге от меня, потому что я не в восторге от правил. Она боится задерживать взгляд на Дине дольше нескольких секунд, но она не боится его. Лия ей на самом деле нравится, хотя она ценит правила не больше, чем я. А Слоан ей кого-то напоминает.

Разница между моим даром и даром Майкла была так же заметна, как при игре в покер. Он видел многое из того, что Стерлинг хотела скрыть. Но почему она это скрывала – вопрос ко мне.

– Как дела с учебой?

Я подняла взгляд на стоящего в двери Джуда. Он был морпехом, а не классной дамой. Вопрос в его устах прозвучал совершенно непривычно.

– Еще не начинали, – весело ответил Майкл в тот же момент, когда я сказала: – Почти закончили.

Изогнув бровь, Джуд взглянул на Майкла, но не стал добиваться подробностей.

– Не оставишь нас на минутку? – спросил он вместо этого.

Майкл слегка наклонил голову набок, оценивая выражение лица Джуда.

– А у меня есть выбор?

Джуд почти улыбнулся.

– Полагаю, нет.

Когда Майкл удалился в свою комнату, Джуд подошел ближе и уселся на диван рядом со мной. Он посмотрел вслед Майклу. Он следил за движениями Майкла, и я подумала, что он замечает, как Майкл бережет пострадавшую ногу.

– Ты знаешь, почему эта программа занимается только старыми делами? – спросил меня Джуд, как только Майкл ушел.

– Потому что Дину было двенадцать, когда она началась? – предположила я. – И потому что директор Стерлинг хочет свести к минимуму вероятность, что кто-то узнает о ее существовании? – Это были простые ответы. Молчание Джуда заставило меня предложить более трудный: – Потому что при расследовании актуальных дел, – тихо ответила я, – кто-то может пострадать.

– Когда идет расследование, – произнес Джуд, тщательно подбирая слова, – люди постоянно заступают за черту. Все срочно, все – вопрос жизни и смерти. – Он потер большим пальцем подушечки остальных. – В горячке битвы ты делаешь то, что нужно, жертвуешь чем-то.

Джуд военный, он не разбрасывался такими словами, как «битва».

– Вы говорите не о том, что мы можем перейти какие-то линии, – сказала я, осмысливая только что услышанное и то, что знала. – Вы говорите о ФБР.

– Возможно, и так, – допустил Джуд.

Я попыталась проникнуться логикой Джуда. Читать интервью, изучать показания свидетелей, рассматривать фотографии мест преступлений – этим мы и так занимались. Какая разница, много лет этим документам или всего день. Теоретически риски те же – минимальные. Но в активных расследованиях ставки выше.

Неизвестный субъект, которого разыскивали Стерлинг и Бриггс, был на свободе прямо сейчас. Возможно, он планировал следующее убийство прямо сейчас. Было легко держать нас на расстоянии, когда речь шла о старых делах. Но если наше участие могло кого-то спасти…

– Это скользкая дорожка. – Джуд потер подбородок. – Я доверяю Бриггсу. По большей части.

– Вы доверяете агенту Стерлинг, – сказала я. Он не возражал. – А как насчет директора?

Джуд посмотрел мне в глаза.

– Что насчет директора?

Это директор поддался политическому давлению и сделал меня наживкой в деле Лок. Я хотела помочь. Он мне разрешил.

– Я слышал, вы с Ронни поцапались, – сказал Джуд, пресекая дальнейшее обсуждение. Он положил ладони на колени, оттолкнулся и встал. – Думаю, тебе лучше пока не спускаться в подвал. – Он дал мне обдумать услышанное. – Пару недель.

Недель? Я не сразу поняла, что происходит. Агент Стерлинг настучала на меня?

– Вы запрещаете мне спускаться в подвал? – резко спросила я.

– Ты профайлер, – спокойно произнес Джуд, – тебе там делать нечего. И, – добавил он чуть жестче, – тебе не следует совать нос в это дело.

За все время, что я здесь провела, Джуд ни разу не указывал нам, что делать. Во всем этом явно чувствовалась рука агента Стерлинг.

– Она хороший агент, Кэсси! – Джуд, похоже, точно понимал, о чем я думаю. – Если ты ей позволишь, она многому сможет тебя научить.

Лок меня тоже учила.

– Ей необязательно чему-то меня учить, – резко ответила я. – Если она поймает того, кто убил эту девушку, можно считать, что мы в расчете.

Джуд выразительно посмотрел на меня.

– Она хороший агент, – повторил он, – и Бриггс тоже. – Он двинулся к двери. Повернувшись ко мне спиной, он продолжал говорить, но так тихо, что я едва могла разобрать слова.

Еще долго после того как он ушел, я обдумывала эту еле слышную фразу. Он сказал, что Стерлинг хороший агент и Бриггс хороший агент. А потом, словно не в силах сдержаться, словно не осознавая, что произносит это вслух, он добавил еще кое-что:

– Было только одно дело, которое они не смогли раскрыть.

Ты

Сначала это приятно – видеть, как жизнь гаснет в ее глазах. Проводить большим пальцем по окровавленному лезвию ножа. Стоять над ней, ощущая, как ускоряется твой пульс, выбивая торжественный ритм: «Это сделал я. Это сделал я. Это сделал я».

Но теперь, теперь сомнения пробираются в твое сознание. Ты ощущаешь, как они прогрызают серое вещество, шепчут тебе знакомыми голосами.