Дженнифер Арментроут – Ярость и разрушение (страница 11)

Я подумала о Джаде. Я знала, что она посчитала бы точно так же. «На это нужно время. Разберись с тем, что произошло, и постарайся всё обдумать как можно лучше».

Но на самом деле всё было совсем не так.

Крылья Зейна дёрнулись, но остались поджатыми.

— Я хотел, чтобы ты обдумала всё случившееся, потому что подумал, что тебе это нужно, чтобы успокоиться, так как ты должна была оборвать жизнь тому, кто тебе был очень дорог.

Я резко втянула в себя обжигающий вдох.

— И если ты считаешь, что это неправильно, так тому и быть. Прости, если заставил тебя думать, что сомневаюсь в тебе, но я не сожалею, что думаю о том, через что тебе пришлось пройти.

Я с трудом сглотнула, желая дерзко ответить ему, но… то, что он сказал, имело смысл. Отвернувшись, я слегка покачала головой.

— Я готова уйти.

Зейн промолчал.

— Я в порядке. Я не отвлекалась и не подвергла себя опасности. Очевидно же.

Я повернулась и тут же обо что-то споткнулась, потому что, конечно, Бог меня ненавидел. Поймав себя на этом, я подняла взгляд на Зейна.

Он в отчаянии всплеснул руками.

— Серьёзно?

Я посмотрела вниз и увидела то, что оказалось кабелем.

— Я его не видела. Вообще.

Пора было сменить тему разговора.

— Ты нашёл демона?

Он пробормотал что-то похожее на проклятие себе под нос.

— Я выследил его, но он завернул за угол на Фёст Стрит и исчез.

Название улицы ни о чем мне не говорило.

Зейн, должно быть, почувствовал это, потому что объяснил:

— Фёст Стрит может привести тебя к нескольким зданиям Сената. Но это не значит, что демон направлялся именно туда. Что здесь произошло?

Я изогнулась в талии и посмотрела вниз на обуглившееся пятно.

— Ну, демон вроде как решил покончить сам с собой.

— Повтори?

Его голова дёрнулась в мою сторону, серые губы сжались в тонкую линию.

— Он напоролся на мой кинжал, — я пожала плечами. — Он был устрашающим и с слишком уж острым язычком, пока я не уложила его на спину. Я хотела заставить его заговорить, понимаешь? Посмотреть, знает ли он что-нибудь о Баэле или Предвестнике.

— Заставить его заговорить?

Я кивнула, решив, что лучше оставить при себе тот факт, что я показала демону, кем являюсь.

— Я научилась быть очень убедительной.

Зейн открыл рот.

И я ринулась рассказывать дальше.

— В любом случае, он ничего не сообщил мне о Баэле, но он знал его… и Мишу.

Зейн придвинулся ближе, а я снова уставилась на пятно.

— Откуда такая уверенность?

Узел связал мой живот.

— Он упомянул Мишу и, должно быть, догадался, кто я, исходя из вопросов, которые я задавала.

Это была не совсем ложь.

— Он знал, что я убила его.

— Трин.

Зейн потянулся ко мне, и я почувствовала прикосновение его тёплых пальцев к своей руке.

Мгновенный прилив необузданных, пульсирующих эмоций пронзил меня, и я шагнула за пределы его досягаемости.

— А ещё он знал о Предвестнике. Сказал примерно то же самое, что и мой отец. «Реки станут кровавыми, и это конец времён».

Я пропустила часть о душе Миши, и о том, что я являлась виновницей всего этого, потому что не могла поверить в первую часть, а вторая не имела смысла.

— На самом деле он не сказал ничего полезного, прежде чем буквально напоролся на мой кинжал. Это было странно, но я думаю…

— Думаешь что?

— Не знаю. Он сказал, что он уже мёртв, потому что я была нефилимом, — я сложила руки. — Как будто самоубийство было единственным выходом.

Зейн, казалось, обдумывал это.

— Как будто он боялся, что Баэль или Предвестник узнают, что он общался с тобой, и это подтолкнуло его на смерть?

Я медленно кивнула.

— В этом нет никакого смысла.

— Но он есть, если демон так боялся того, что мог сделать Предвестник, если бы поверил, что он заговорил.

Его крылья развернулись, создавая собственный порыв ветра.

— Или демон понял, кто ты, и что выхода нет, потому что ты всё равно его убьёшь.

Всё так.

Я бы точно убила его только потому, что его угрозы были очень неубедительны, но я сомневалась, что дело было в этом. Демон боялся Предвестника больше, чем меня, и это не предвещало ничего хорошего.

Совсем.

ГЛАВА 5

Остаток вечера прошёл довольно спокойно. Никаких демонов, только стычки между людьми. Наше патрулирование закончилось перестрелкой в клубе, мимо которого мы проходили, очевидно, из-за выпивки, пролитой на чью-то подружку.

Одно можно было сказать наверняка: людям не нужны демоны, чтобы побуждать их совершать ужасные поступки.

После того, как мы вернулись в квартиру Зейна и разбежались, он — в гостиную, я — в спальню, я долго размышляла над этим. Иногда я удивлялась, почему Бог прилагает такие усилия, чтобы спасти людей и их души, когда люди так быстро забывают о них.

Должен же быть баланс между добром и злом. Вот почему некоторые демоны, как и Бесы, были допущены наверх. Они были испытанием, работающим над каждым человеческим нервом, уничтожая случайные вещи вокруг себя, чтобы понять, сломаются ли они. Одна вспышка гнева не была билетом в ад, но все помыслы и действия людей шли в зачёт, и с момента изобретения социальных сетей я могла лишь представить, каким становился итог. Даже некоторые Верховные демоны имели цель, взаимодействуя с людьми, они пытались соблазнить их и использовать свободную волю во имя греха и насилия. Это становилось проблемой только, когда демоны переступали черту, активно манипулируя людьми или причиняя им вред. Конечно, демонам, которые не были похожи на людей — а их было много — не позволялось приближаться к людям, и именно тогда вмешивались Стражи.

С другой стороны, большинство Стражей сразу убивали демонов, попавшихся им на глаза, даже Бесов, и так было всегда.

Но Бог создал Стражей, чтобы они приглядывали за людьми, рискуя своими жизнями, чтобы помочь сложить шансы в пользу вечной славы вместо вечного проклятия, а люди просто… Они всё ещё стремились уничтожить друг друга и самих себя, как будто это было врождённой потребностью. Некоторые скажут, что это вытекает из саморазрушительной природы Адама, Евы и яблока, что битва разыгрывается каждый день, в каждом человеке, и это было величайшим достижением змия, или проклятием, но, в конце концов, люди сами выбирали свой собственный путь.

В эти дни было очень много потерь. Убийства и нападения, грабежи и хищения, расизм и фанатизм, ненависть и нетерпимость — всё это нарастало, а не улучшалось, как будто приближалась точка кипения. Были ли эти вещи деяниям под влиянием демонов, делающих чертовски хорошую работу, или люди были связаны и полны решимости сделать работу за демонов?