Дженнифер Арментроут – Возвращение (страница 68)

С секунду я смотрела на него, а затем взорвалась.

– Ты метнул в меня нож!

– Верно, – спокойно ответил бог.

– Ты поразил меня ножом!

– Да, – кивнул Аполлон и наклонился ко мне, поставив на пол обе ноги. – Я говорил Сету, что мне непросто будет в одиночку освободить твою силу. Мне жаль, что пришлось на это пойти. Я не хотел причинять тебе боль. Идея это сделать не приводила меня в восторг – хотя за выражение лица Гипериона я бы многое отдал. Однако был лишь один способ освободить тебя, и для этого ты должна была умереть в мире смертных.

На какой-то момент я задумалась об этом, но отец упомянул еще кое-что очень важное.

– Сет. Где Сет?

Аполлон посмотрел на меня точь-в-точь такими, как у меня самой, глазами. Не услышав ответа, я отбросила одеяло.

– Где он? – снова спросила я, и мое сердце забилось быстрее.

Я вспомнила, как Сет лежал на полу. Как я подползла к нему. Желудок скрутило, я снова ощутила привкус страха.

– Аполлон, – умоляла я, и мой голос надломился.

Отец на миг закрыл глаза.

– Он спит в соседней палате. С ним все в порядке, дочь моя. – Когда я свесила ноги с кровати, бог поднял руку. – Понимаю, ты сама хочешь в этом убедиться, но поверь мне, с ним все хорошо. Он Аполлион. Ты не сможешь его убить.

– Слава богу, – с облегчением выдохнула я.

Судя по всему, Аполлон не разделял моей радости.

– Надеюсь, чувство облегчения никогда не сменится страхом.

Я смотрела на него, и мне казалось, что кто-то сдавил мне шею, совсем как Гиперион. Мне стало тревожно, но я отогнала от себя эти эмоции. Я знала о Сете все. Неудивительно, что Аполлон в нем сомневался. Несколько секунд мы молчали.

– А что с Эрин? Она сильно пострадала. Она…

– Сет освободил ее. Эрин на Олимпе. Залечивает раны.

Стоило мне закрыть глаза, и я представила, в каком состоянии была она. Гиперион ужасно ее искалечил.

– Мы с ней еще увидимся? Скоро?

– Да.

Я обрадовалась. Я так сожалела о ее ранах и хотела увидеть Эрин собственными глазами, убедиться, что с ней все в порядке.

– Дочь моя…

Открыв глаза, я снова посмотрела на Аполлона.

– Теперь я полубог?

– Ты и сама знаешь ответ.

Конечно, я его знала. Смертные не парят над землей и не испускают из груди протуберанцы.

– Твои силы еще не абсолютны, – продолжил Аполлон. – Гиперион пока не заточен в подземное царство. Ты лишь временно его обезоружила. Когда он вернется, будет очень, очень зол.

Почему-то я вдруг озаботилась вопросом, который был сейчас, пожалуй, наименее важным.

– Я больше не буду стареть?

Аполлон нахмурил золотистые брови.

– Прости, – вздохнула я. – Просто для меня это… довольно серьезно.

– Так и есть.

– Эта смерть… Я погибла? – уточнила я, и мой голос дрогнул на последнем слове.

– Да. И нет. Погибла твоя смертная часть. Ты полубог, и теперь ты практически бессмертна. Тебя можно убить, но это непросто. Человеческие болезни тебе не страшны. И от смертельных ран ты не умрешь.

Я медленно покачала головой, не зная, что сказать. Я не чувствовала в себе никаких изменений – разве что совсем незначительные, – и мне было сложно принять, что со мной произошло. Мне даже хотелось – не знаю – выпрыгнуть из окна и посмотреть, приземлюсь ли я на ноги.

Аполлон устало потер ладонью грудь.

– Но тебе предстоит еще многое сделать. Ты должна найти мой амулет, и остальным полубогам тоже придется отыскать свои амулеты. Когда вы будете вооружены и ваши силы откроются, вы будете готовы сразиться с Титанами.

– Амулеты? Что это такое?

– Думаю, тебе стоит поговорить с одним библиотекарем, – туманно ответил он, потом поднялся на ноги и резко выдохнул. В уголках губ появились тонкие белые линии. Я забеспокоилась. Отец казался… усталым. Я и представить не могла, что боги вообще устают.

Аполлон наклонился, коснулся кончиками пальцев моей щеки, как тогда в общежитии, но на этот раз его прикосновение было холодным. Освободив меня, он ослабел и чем-то пожертвовал. Но если бы этого не произошло, я бы погибла или, что еще хуже, оказалась в плену у Гипериона – и других Титанов. Там меня ожидала судьба пострашнее смерти.

– Спасибо, – сказала я, откашлявшись, но голос все равно остался хриплым. – Спасибо, что спас мне жизнь.

Отец посмотрел мне в глаза, опустил руку и выпрямился. Вокруг него замерцали голубые искры, и в следующую секунду бог исчез.

Глядя на то место, где он только что стоял, я коснулась своей щеки. К глазам подступили слезы. Я не знала, почему мне хочется плакать. Возможно, у меня просто была на это целая тысяча причин.

Вдохнув поглубже, я сглотнула спазм и спрыгнула с койки. Плиточный пол холодил ноги. Я пошевелила пальцами и сделала шаг, затем другой. Открыв дверь, я поняла, что мне нужно свернуть направо – меня вел инстинкт.

В соседней двери окошка не было, но я повернула ручку и медленно вошла. У меня перехватило дыхание, а ноги стали ватными, хотя я и чувствовала себя бодрее, чем когда-либо.

Казалось, я вижу его впервые. Словно с моих глаз вдруг сняли пелену.

Сет лежал на кровати. Одеяло сползло с его груди, словно он беспокойно ворочался во сне. Он был не в больничной рубашке, а в той же самой черной футболке с длинным рукавом, в которой я видела его в последний раз.

Дверь захлопнулась у меня за спиной, и я подошла к кровати. На лбу у Сета, прямо над бровью, темнел синяк. Его волосы роскошной волной разметались по подушке, мои же точно сплелись в колтун. На нижней губе у Сета алел порез, на правой щеке красовался кровоподтек.

И все равно я в жизни не видела никого красивее.

Тяжело дыша, я смотрела на Сета. Он пришел за мной. Он сражался за меня. Ради меня он полез на верную смерть. И я слышала, как он кричал, когда клинок Аполлона вонзился мне в грудь.

Меня захлестнула волна мощного чувства. Я не знала, что это такое. Впрочем, наверное, знала, но пока не хотела давать ему имя, и в этом не было ничего страшного, ведь я была здесь, и он тоже.

Понимая, что Сету нужно отдохнуть, я все же не смогла сдержаться и коснулась его руки.

Сет вздрогнул, и я тоже вздрогнула. Не успела я убрать пальцы, как его глаза открылись – яркие, золотые, – и другой рукой парень схватил меня за запястье. Я снова содрогнулась, на этот раз уже сильнее.

И я увидела их.

Там, где его рука касалась моей, появились странные символы, которые заскользили у него по коже, складываясь в замысловатые фигуры. Они поднялись по плечу, по шее и наконец добрались до щеки. Эти татуировки постоянно были в движении, формируя разные сочетания.

И, что удивительно, мой мозг смог прочитать эти глифы – их расшифровать. Это было странно, греческого я не знала, но сейчас нисколько не сомневалась, что эти символы пришли из Греции.

Сила.

Неуязвимость.

Я подняла глаза. Грудь Сета наполнилась воздухом и резко опустилась.

– Я их вижу, – пораженно сказала я. – Метки Аполлиона – я их вижу.

Сет молниеносно подался вперед и потянул меня к себе. Я полетела на него, а Сет обхватив меня за талию, перебросил через себя. Мускулы его напряглись, а я взлетела в воздух и вдруг оказалась на спине, в его кровати. Сет нависал надо мной, и я приподнялась на локтях, слыша, как колотится в груди мое сердце. Но парень опустил мою голову на подушку.

– Сет…

Он накрыл мой рот своим. Поцелуй был страстным. Яростным. Застонав, я разомкнула губы, и Сет приник ко мне еще сильнее. Наши языки сплелись в чувственном танце. Я ощутила его вкус и почувствовала, как моя кожа реагирует на нашу близость. Мне отчаянно хотелось убрать все преграды, чтобы между нами ничего не осталось.