реклама
Бургер менюБургер меню

Дженнифер Арментроут – Война Двух Королев (страница 98)

18

— Покажи ему.

— Да. — Глаз сузился еще больше. — Покажи мне, а потом скажи, что курил мой хороший человек, что заставило его появиться у моей двери в такую ночь и рассказывать дикие истории.

Тот факт, что мужчина не закричал до небес при упоминании Атлантии, несколько обнадежил.

Решив, что мы уже по колено погружены во все это, я обошла Киерана и встала рядом с Маликом. Я откинула капюшон своего плаща.

Его взгляд прошелся по моему лицу, затем вернулся к шраму на моем лбу и расширился.

— Вот черт, — задохнулся он, когда Киеран протянул руку и вернул мой капюшон на место. — Это ты. Это действительно ты. Срань господня.

— Мои шрамы так хорошо известны? — спросила я.

— Шрамы? — пробормотал Блаз, когда дверь широко распахнулась. — Святое дерьмо на бутерброде с сардинами. Да, заходите.

— Я слегка обеспокоен этим смертным, — пробормотал Ривер.

Я была более чем обеспокоена всем этим, но, когда Малик вошел, я последовала за ним без колебаний, поскольку он нес Кастила. Киеран шел прямо за мной, войдя в небольшое фойе. В помещении не было света, поэтому все, что я могла различить, это очертания стульев, стоящих низко к полу.

— Дело не в шрамах, — сказал Киеран низким голосом, когда Блаз закрыл дверь за Ривером. — Дело в твоих глазах. В них серебристые искорки. Они были такими с тех пор, как ты вошла на лестничную площадку в Вэйфере.

Я быстро моргнула, хотя понятия не имела, поможет ли это или нет. Может, это из-за адреналина?

— Блаз? — раздался мягкий голос из узкого коридора, освещенного только настенным бра. — Что происходит?

— Ты должна войти сюда. — Блаз медленно отступил назад в коридор. Волосы мужчины соответствовали его имени. Огненные пряди покрывали кожу на висках, которая наверняка обгорела после нескольких пребываний на солнце. Его челюсть прикрывала борода более насыщенного рыжего цвета. — У нас гости. Элиан и особые гости.

— Элиан? — повторила я под нос, думая, что узнала это имя.

— Это его второе имя. — Киеран кивнул на спину Малика. — Назван в честь их предка.

Элиан Да'Нир. Тот, кто призвал богов после войны с божествами, чтобы сгладить отношения с вольвенами. В результате этой встречи произошла первая связь между вольвеном и атлантийцем. Так вот почему Тони не знала Малика, когда была в Вэйфере? Потому что она знала его как Элиана?

Мгновение спустя из одной из комнат, выходящих в коридор, на свет лампы вышла невысокая фигура. Темные волосы длиной до плеч обрамляли оливково-бежевые щеки и округлый подбородок. Женщина была примерно одного возраста с Блазом, где-то около третьего десятка своей жизни. Она была одета в темный ночной халат, подпоясанный на талии.

Ее руки не были пусты.

Клариза держала тонкий железный кинжал, пробираясь вперед.

— Что за особых гостей ты нам привел, Элиан? — спросила она, окидывая группу темными умными глазами и задерживаясь на Ривере, чье лицо было единственным видимым. Его зрачки были нормальными, но смертная все равно сглотнула.

— Короля Атлантии, — ответил Блаз, присоединяясь к своей жене. — И королеву.

— Чушь. — Клариза повторила слова своего мужа. — Ты не баловался Красной Руиной?

Кастил мог проснуться в любой момент. Я шагнула вперед, чтобы избежать долгих попыток доказать нашу личность, когда могла просто показать ее. Я приподняла капюшон, позволив ему упасть с моих плеч.

Глаза Кларизы расширились.

— Святое дерьмо.

— То, что он утверждает, правда. Меня зовут Пенеллаф. Когда-то вы могли знать обо мне как о Деве. Он действительно держит моего мужа в своих объятиях. Его удерживала Кровавая Корона, — сказала я им, заметив, как сжалась челюсть Кларизы. — Он был ранен и нуждается в убежище, чтобы я могла оказать ему помощь. Нас привели сюда, потому что сказали, что мы можем вам доверять.

Не сводя с меня глаз, Клариза опустилась на одно колено. Одну руку она положила на сердце, а другую, в которой держала кинжал, прижала к полу. Ее муж последовал ее примеру.

— Из крови и пепла, — сказала она, склонив голову.

— Мы восстанем, — закончил Блаз.

Я вздрогнула. Эти слова эхом отозвались во мне, их смысл был совсем иным, чем тогда, когда я впервые услышала их.

— В этом нет необходимости. Я не ваша королева, — сказала я, глядя на окутанного пеленой Кастила. — Нам просто нужно пространство. Уединенное место, где я смогу помочь своему мужу.

Голова Малика резко повернулась в мою сторону, но он ничего не сказал.

— Может быть, сейчас ты и не наша королева, — сказала Клариза, поднимая голову, — но ты бог.

— Да. — Я сглотнула, на меня давило беспокойство. — Но вам все равно не нужно склоняться передо мной.

— Не то, что я ожидал услышать от настоящего бога, — пробормотал Блаз. — Но я не собираюсь жаловаться. — Он взял жену за руку, и они вместе поднялись. — Все, что нужно.

— Комната? — предложил Малик. — С крепкой дверью. — Он сделал паузу. — И стенами. На всякий случай.

Клариза нахмурилась.

— У нас есть спальня, которую когда-то использовала мать Ризы. — Блаз повернулся и начал идти. — Не уверен, насколько прочны стены или дверь, но они целы.

Мы пошли следом, миновав то, что казалось входом в комнату для отдыха, а затем еще одну закрытую дверь. Блаз открыл закругленную дверь слева на противоположной стороне зала.

— Его морили голодом, не так ли? — спросила Клариза, когда ее муж поспешил в комнату, зажигая газовую лампу на маленьком столике.

Мой взгляд метнулся к ней, когда Малик отнес Кастила на узкую кровать. Цепи звякнули, когда он укладывал его, привлекая внимание Блаза.

— Моя прапрабабушка была атлантийкой, — объяснила Клариза. — Моя бабушка рассказывала мне, что происходило, когда ее мать не могла легко найти другого атлантийца, от которого она могла бы питаться. Из того, что я помню, это не было похоже на то, что многие стены или двери достаточно прочны.

У меня было много вопросов о том, почему ее семья решила остаться, а не отправиться в Атлантию, но эти вопросы должны были подождать, пока я переходила на другую сторону кровати. Малик стянул с себя плащ.

— Чертовы боги. — Вздох Блаза превратился в хрип. — Простите. Вероятно, это было оскорбительно. Я глубоко сожалею.

— Все в порядке. — Мое сердце вновь заколотилось, как только я увидела слишком бледную кожу Кастила и страшную рану.

— Черт, — выругался Малик, и мой взгляд переместился на лицо Кастила. Темные брови нахмурились. Я увидела напряжение, прокравшееся в суровые черты его лица.

— Вам всем лучше уйти, — посоветовал Киеран, выходя вперед, когда Малик взялся за цепи. Он снял их с груди Кастила. — Он вот-вот проснется.

ГЛАВА 31

Клариза схватила мужа за руку и уже начала отступать к двери.

— Я приготовлю немного еды и подогрею свежей воды. Ему понадобится и то, и другое.

— Спасибо. — Я заставила себя улыбнуться, бросив взгляд на Ривера.

Дракен почувствовал мою волю. Он повернулся к смертным.

— Я помогу.

Другими словами, он будет присматривать за ними. Может быть, они и Последователи и сейчас планируют напасть на Вэйфер, но это не значит, что я доверю им жизнь Кастила.

— Конечно. Ты можешь рассказать нам, откуда родом, пока помогаешь, — услышала я слова Кларизы, когда она вышла в коридор. — Например, с какого именно ты востока.

Это было бы странно, если бы не тот факт, что Ривер был родом с самого дальнего востока.

— Тебе нужно поделиться многими вещами после того, как ты закончишь здесь. — Блаз указал на Малика, когда тот остановился в дверном проеме. — Многими вещами.

На этом дверь закрылась. Я посмотрела на Малика.

— Они знают, кто ты?

— Нет, — сказал он. — Не знают.

Глаза Кастила открылись, радужка была темно-черной. Я не была готова увидеть это снова. Мое сердце раскололось еще больше, но времени на это не было.

Он соскочил с кровати, брыкаясь, как загнанная в угол гадюка. Я отпрыгнула назад, ударившись о стену. Его пальцы задели переднюю часть моей рубашки, когда Малик закручивал цепи вокруг своего предплечья и с ворчанием тащил Кастила назад. Ругаясь, Малик пытался уложить брата обратно на кровать, но Кастил был невероятно силен в таком состоянии.

— Малик может покормить его, — процедил Киеран, когда Кастил издал низкий вой. — Я возьму цепи.

— Нет. — Я оттолкнулась от стены. Взгляд Киерана метнулся ко мне. — Во мне гораздо больше эфира. Разве моя кровь не избавит его от жажды крови гораздо быстрее?