Дженнифер Арментроут – Первозданный Крови и Костей (страница 128)

О боги, надо взять себя в руки.

Закатив глаза, я всё же ступила вниз. И, разумеется, никто не схватил меня за ногу.

Но я всё равно быстро спрыгнула с помоста, с поспешностью, которую уж точно не стала бы никому признавать.

Пройдя половину комнаты, я остановилась. Солярий пуст, но я знала: Кастиэль или Киран далеко не ушли. Древний инстинкт подтолкнул меня. Закрыв глаза, я почувствовала, как эфир гудит в груди и жилах. Он сам знал, что делать, стоило мне сформировать желание. Представив каждую пройденную комнату и зал за ними, я раскрыла чувства, растянув их за пределы спальни и Соляра. В воображении я ясно видела широкий коридор с четырьмя дверями — по две с каждой стороны. Всё звучало приглушённо, но я ощутила присутствие — тёплое, древесное, с запахом кедра.

Киран.

Он был в комнате справа от Соляра.

Волнение прокатилось по мне волной, сбивая концентрацию, и я распахнула глаза. Гул в жилах стих. С тех пор как проснулся нота́м, я могла чувствовать вольвена, но раньше у меня так не получалось.

Заставив себя действовать, пока не решила испытать что-нибудь ещё, я поспешила в ванную. Не верилось, что я и правда задремала после стольких часов в постели. Захлопнув за собой дверь, я подошла к ванне. Понятия не имея, сколько прошло времени и где Кастиэль — или кто бы ни укрыл меня пледом, — повернула краны. Вода хлынула в чашу, гулко ударяясь о фарфор. Я открыла баночку с розовыми кристаллами, и мягкий, тёплый аромат сандала окутал воздух. Насыпав горсть в шумящий поток, поставила кусок мыла на широкий край ванны. Уже начали появляться лёгкие пузыри, наполняя комнату сладковатым древесным запахом, пока я сбрасывала халат.

Увидев крючки на перегородке, вышла из-за ширмы и повесила халат, невольно думая о предстоящем разговоре с генералами.

Сомневаюсь, что хоть кто-то станет возражать против нашего решения насчёт Вознесённых. Зная Айларда, он ещё и порадуется.

Мягкая ткань скользнула по коже, когда я спустила лямки ночной рубашки.

Оставшиеся генералы тоже могли бы…

Холодный сквозняк коснулся обнажённого бедра, когда рубашка упала к моим ногам. Я застыла, сердце сбилось с ритма. По спине поползла колкая дрожь, волосы на руках встали дыбом, пока тревожное ощущение присутствия медленно затягивало меня. Кожа покрылась мурашками; я скрестила руки на груди и обернулась. Мой взгляд остановился на двери в ванную — дыхание застряло в горле.

Дверь была приоткрыта наполовину.

По телу разлился ледяной холод. Я же точно помнила, что плотно прикрыла её.

Но в спешке не проверила, захлопнулась ли она до конца.

Проглотив сухость, я осторожно приблизилась и выглянула в спальню. Всё оставалось как прежде. Я уже хотела отступить, когда заметила окно у кровати.

Ставни.

Я забыла, что они были приоткрыты, и это объясняло прохладный ветерок.

С губ сорвался тихий, нервный смешок. Кошмар явно выбил меня из колеи, раз воображение так разыгралось. И всё же я не чувствовала чьего-либо присутствия.

Выключив воду, я забралась в горячую ванну. Погружаясь так глубоко, что пузырьки щекотали подбородок, я не сводила глаз с комнаты, не в силах стряхнуть липкое ощущение чужого взгляда.

Глава 23

ПОППИ

Я только закончила мыть волосы, когда в груди слабо заныло нота́м.

— Поппи? — позвал Киран.

Я взглянула на табурет и поняла, что забыла взять полотенце. Шаги становились всё ближе, и я обернулась к стене.

Чёрт.

Волосы плавали на поверхности, и я скользнула глубже, пока вода с пеной не поднялась до самого подбородка.

Кто бы это ни был, он замер, а потом приоткрытая дверь жалобно скрипнула.

— Поппи?

Я на мгновение закрыла глаза и медленно выдохнула.

— Я здесь.

Шаги стали громче. Я посмотрела вниз — и тут же пожалела об этом. Пузыри всё ещё кружились на воде, но их стало мало, оставляя большие просветы.

Киран обогнул ширму, и в повисшей тишине я подняла на него взгляд.

Он, должно быть, уже успел искупаться: свежевыбритый, в коротком чёрном кожаном тунике с мягкими складками и приталенным кроем. Солнечный свет ловил золотые нити вышивки на плечах и вдоль двух передних планок. Я подняла глаза выше.

Отблески света делали его зрачки ярко-ледяными. Он скользнул взглядом от края ванны ко мне, и я заметила, как дёрнулся мускул на его челюсти. Только тут я поняла, что руки у меня так и прижаты к бокам, а между редкими островками пены под самым подбородком зияли большие промежутки.

Киран встретился со мной взглядом, челюсть чуть расслабилась.

— Ты снова заснула в ванне?

В памяти тут же всплыл Нью-Хейвен: я тогда проснулась и увидела Кирана на коленях у ванны. Сказать, что я была удивлена, — ничего не сказать. Я была уверена, что он тогда меня недолюбливал, и, пожалуй, не ошибалась.

— Нет, — ответила я. — Я услышала, как ты вошёл. Просто забыла полотенце.

На его лице мелькнуло весёлое выражение, но в глазах сквозило что-то иное — нервное, отчего щёки у меня залились румянцем.

— Ты смущена.

Прямота его слов заставила меня нахмуриться.

— Для этого нет причин, — продолжил он после паузы. — Не то чтобы я раньше ничего не видел.

Я поджала губы.

— Я не забыла. И не говорила, что смущена.

Киран приподнял бровь.

— Значит, не смущена?

А я? Нет. Во всяком случае, не так, как тогда, в Нью-Хейвене. И понятия не имела, что это значит — и почему вообще думаю об этом, сидя голая в воде.

— Принесёшь полотенце? — спросила я.

— Принесу, — отозвался он.

Я уставилась на него, выжидая.

— И примерно когда ты собираешься это сделать?

— Примерно тогда же, когда вспомнишь, что сегодня уже передвинула стул без рук и могла бы просто позвать полотенце мысленно.

Я открыла рот… и закрыла. Чёрт, он прав.

— Не верится, что я забыла об этом.

— Ну, ты ещё не привыкла притягивать вещи одной лишь мыслью.

— Верно. — Мой взгляд скользнул к стопке полотенец на полке. Эфир загудел, когда я представила нужное—

Глаза расширились, когда одно из полотенец сорвалось с полки.

Рука Кирана молниеносно выстрелила, поймав его в воздухе.

— Сомневаюсь, что ты хотела, чтобы оно ударило тебя по лицу.

— Я бы не позволила этому случиться.

— Ага, — усмехнулся он.

Я вытащила руку из-под воды, чтобы взять полотенце, но он не отдал его, а опустился на одно колено рядом с ванной, и полотенце исчезло из виду. Я сузила глаза и подняла их на него.

— Так что думаешь о новых покоях? — спросил он.