Дженнифер Арментроут – Навсегда с тобой (страница 36)

– Значит, вот как ты одеваешься, когда одна дома? Никаких трусиков?

– Чаще всего. – У меня перехватило дыхание, когда он кончиками пальцев дотронулся до чувствительного местечка.

– Никогда об этом не забуду.

Я открыла рот, чтобы ответить, но Ник прижал ко мне свою руку, и все мысли вылетели из головы. Его пальцы медленно заскользили между ног, отчего по телу пробежала дрожь и перехватило дыхание.

– Ты такая нежная здесь. Думаю, это единственная нежная часть в тебе.

Мне хотелось возразить ему. Хотелось сказать, что в такие моменты я становлюсь большим пушистым комочком, но тут один его палец осмелел и скользнул в меня. Я невольно приподняла бедра, чтобы он мог проникнуть глубже, а от его ответного стона тело вновь окатила волна тепла.

Я была такая мокрая, что он мог с легкостью двигаться во мне, но он делал это медленно, не торопясь, в едином ритме. Мои бедра стремились навстречу его движениям. Тихий стон сорвался с моих губ, когда Ник добавил еще один палец, осторожно растягивая меня. Я схватилась за его запястье. Возбуждение нарастало и извивалось в животе.

Ник слегка повернул руку, и его пальцы уперлись в комочек нервов, вырывая из меня стон.

– О боже, – прошептала я. Мышцы сжались.

– Еще чуть-чуть. – В его хриплом голосе слышалась нужда. – Я чувствую тебя.

Темп увеличился, и его пальцы стали проникать все глубже и быстрее, а мое возбуждение нарастало, пока не взорвалось внутри, посылая стрелы удовольствия. Мои гортанные крики наполнили комнату, бедра приподнялись над диваном, а тело сотрясала дрожь оргазма.

Мое тело превратилось в лужицу. Ник точно почувствовал, когда замедлить движения и убрать руку. А затем, к моему невероятному удивлению, поднес их к своему рту.

Твою мать.

На меня накатила новая волна похоти, когда он облизал свои пальцы.

– Лучший завтрак в моей жизни.

Повернувшись на бок, я потянулась к выпуклости, которая все это время прижималась к моему бедру, но Ник потянулся и ухватил меня за запястье. Я удивленно посмотрела на него.

– Ты останавливаешь меня?

Черты его лица напряглись.

– Как бы мне этого ни хотелось, но придется.

– Почему? Ты уже позавтракал, теперь моя очередь.

Брови Ника приподнялись.

– Протеиновый коктейль, – ухмыльнувшись, сказала я.

Шокированный смешок вырвался у него.

– Ты действительно собираешься сделать это?

– Да. – Я попыталась снова дотянуться до него, но его рука сжалась сильнее.

Он коротко вздохнул.

– В какое время ты выходишь на работу?

Сначала я не поняла, почему он спросил об этом, но потом меня осенило. И нега тут же рассеялась.

– Черт побери! Мне нужно собираться.

– Я думал, тебе нужен протеиновый коктейль.

Вскочив на ноги, я взглянула на Ника и чуть не упала обратно.

– Этому протеиновому коктейлю придется подождать.

Ник закинул руки за голову и посмотрел на меня. Он выглядел таким расслабленным, что мгновение я просто любовалась им. Очень безответственная часть меня хотела забить на работу, но я никак не могла себе это позволить. Поэтому попятилась от дивана.

– Может, позже? – закрыв глаза, предложил он.

Я коротко вздохнула.

– Непременно.

Глава 17

Так как Ник работал по вечерам, а я – днем, у нас выпадало не так много возможностей, чтобы увидеться. Я знала, что всегда могу прийти к нему в бар, но то, что зарождалось между нами, казалось таким хрупким, и я не хотела быть назойливой, превращаясь в завсегдатая баров.

Он не пропал без вести сразу после того, как ушел от меня в четверг утром.

Тем же вечером, приехав в бар «У моны», он написал мне. И в пятницу утром – тоже, хотя мне показалось, что он встал слишком рано для того, кто работал до часу ночи. Но раз ему приходилось приглядывать за дедушкой, он, скорее всего, вообще мало спал.

Субботним вечером я впервые написала ему сама, перед сном. А потом хихикала как шестнадцатилетняя, когда получила его ответ:

«Пока ты спишь, я думаю о завтраке».

Я прекрасно его понимала.

Последних четыре дня мысли о «завтраке» и о том, когда я смогу его получить, возникали в самые неподходящие моменты. Например, когда Маркус быстро диктовал мне список дел или когда Деанна из отдела персонала присоединилась ко мне за обедом в пятницу. Пока она рассказывала о недавней помолвке своей дочери, мои мысли забрели на неизведанную территорию. Мне стало интересно, каково это – уснуть и проснуться в постели с Ником.

Я никогда раньше не думала о подобном так много.

К счастью, на шестой неделе беременности тошнота не усилилась. Она все еще накатывала время от времени, но я уже привыкла к ней и понимала, что мне невероятно повезло, потому что у некоторых девушек был ужасный токсикоз. Если я правильно поняла Эйвери в тот день, когда она рассказывала о своей беременности, она оказалась одной из тех, кто страдал большую часть дня.

Мама думала, что моя беременность, так же как у нее, пройдет относительно легко, и я надеялась, что так и будет. Может, если я смогу подольше поработать до родов, то босс не станет сильно беситься из-за этого.

Это не означало, что мама не волновалась. Когда мы разговаривали в субботу, она робко спросила, задумывалась ли я о будущем и строила ли уже какие-то планы. Этот вопрос выбил меня из колеи. Потому что, кроме решения оставить ребенка и получше узнать Ника, в моих планах значилось лишь посещение врача.

Когда мама поняла это, она попыталась успокоить меня тем, что еще есть время, но в ее голосе явно слышалось беспокойство, которое тут же охватило и меня. Что от меня требовалось? Я записалась на первый прием. Принимала витамины для беременных и перешла на здоровую пищу.

Ну, я все еще иногда поглощала вредную еду, но старалась устраивать поменьше вечеринок с сырными крекерами.

С тех пор как узнала о беременности, я не выпила ни капли алкоголя, а еще сократила количество кофеина. Что еще требовалось распланировать? Мне казалось, что еще слишком рано скупать детскую одежду или выбирать мебель для малыша.

Вот только последняя мысль привела к еще одному серьезному стрессу.

Где мне поставить кроватку и все прочее? В гардеробной? Не это ли считается пренебрежением родительскими обязанностями или как там это называется?

В итоге утром в воскресенье, когда я ехала на завтрак с Кэти и Рокси, на меня вдруг свалилось осознание, что снова придется переезжать. Мне понадобится квартира с двумя спальнями. Может, поначалу и хватит моей, но потом ее явно будет недостаточно для всего, что понадобится ребенку. Вот только, чтобы позволить себе такую квартиру, мне придется экономить на всем. А это не очень радовало.

Но я была не одинока.

Я вспомнила об этом, когда припарковала машину, и тут же почувствовала, как расслабилась рука на руле. Пусть наши отношения никогда не выходили за рамки физических, но Ник хотел помогать мне… помогать нам.

Когда паника отступила, я быстрым шагом направилась к ресторану, пригнув голову от холода. Кэти и Рокси сидели за нашим обычным столиком, и я присоединилась к ним, потирая руки, чтобы разогнать холод.

– Мне уже показалось, что ты заблудилась. – Кэти нахмурила светлые брови.

Я взглянула на нее.

– А мне кажется, ты не заметила, что на улице холодно.

Посмотрев на наряд Кэти, Рокси рассмеялась. На ней был пурпурный – не фиолетовый, а именно пурпурный – комбинезон, а под ним светло-голубой блестящий спортивный лифчик.

– Где ты нашла спортивный лифчик с блестками? – спросила я.

– Что? Знаешь, как бы мне этого хотелось? Ты даже не представляешь, насколько мне это облегчило бы жизнь. – Кэти выпятила покрытую блеском нижнюю губу. – Я как минимум час в день трачу на приклеивание этих сраных блесток на клей-пистолет.

Мои брови полезли на лоб, и мы с Рокси обменялись выразительными взглядами.

– Я даже очень сильно обжигалась о горячий клей. В местах, о которых вы точно не захотите узнать.