Дженнифер Арментроут – Корона из золотых костей (страница 56)

Обернувшись, он отдал мыло Киерану. Я увидела в зеркале, как вольвен снимает и бросает в сторону испорченную рубашку и поворачивает кран душа. Сверху потекла вода.

– Ты говорила, что один был на стене, – тихо заговорил Кастил, привлекая мое внимание. – Он что-нибудь сказал?

Я кивнула, втирая жидкое мыло в предплечья.

– Он не походил на остальных. Он либо смертный, либо атлантианец.

– На нем была серебряная маска, – добавил Киеран. Нагнув голову, он подставил ее под струи воды и стал растирать лицо и коротко стриженые волосы. На его спине и плечах напряглись мышцы. – Как и на Янсене в руинах. А еще у него были те проклятые цепи из костей.

– Что? – почти заорал Кастил.

– Были, – подтвердила я, подставляя ладони под теплую воду.

– Эти кости больше никогда не коснутся твоей кожи. – В голосе Кастила слышалось жесткое обещание. Взгляд его холодных, как замерзший янтарь, глаз встретился с моим. – Это я тебе обещаю.

– Я это же пообещала сама себе, – вымолвила я. При мысли о Незримых меня кольнула холодная тревога. – Много лет никто не произносил названия той деревни.

Стиснув челюсти, Кастил провел ладонями по моим предплечьям, смывая мыло.

– Я знал, где находился тот постоялый двор, потому что еще до нашей встречи изучал твое прошлое, но эти сведения не в открытом доступе. – Он убрал мне волосы с лица, когда я опять потянулась за мылом. – Мы не знаем, со сколькими людьми Аластир поделился этой информацией.

Он держал мои волосы, пока я наскоро умывалась. Когда закончила, от меня больше не несло гнилыми цветами. Киеран выключил воду.

– Спасибо, – сказала я, когда он подал мне полотенце.

– Аластир утверждал, что на постоялом дворе был еще кто-то, верно? – Киеран посмотрел на меня в зеркале. Его шея и грудь были мокрыми. – И назвал его Темным?

Я отошла от умывальника, опуская полотенце.

– Да. Почему?

– Может, Аластир просто поделился этой информацией с остальными? – ответил Киеран. – Или есть вероятность, что он говорил правду? Что там был тот, другой?

Все было возможным, но…

– Аластир дал понять, что Жаждущих привел тот загадочный человек.

Я смотрела, как Кастил снимает перепачканную рубашку. Верхняя часть его груди была заляпана фиолетовой кровью. Он взял у Киерана мыло.

– Эти… Незримые могут управлять Жаждущими? – спросила я.

Кастил сжал губы, намыливая ладони.

– Незримые исчезли задолго до появления первого Жаждущего – по крайней мере, насколько мы знаем. В любом случае, Жаждущих можно гнать в нужном направлении, но как-то еще управлять ими нельзя. – Он оглянулся на Киерана. – Если хочешь, можешь взять мою рубашку.

Тот кивнул и пошел к платяному шкафу за дверью ванной комнаты, а я бросила полотенце в корзину для грязного белья.

– Но мне…

– Что? – Кастил провел намыленными ладонями по лицу и волосам.

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями.

– Мне говорили, будто мои родители уехали из Карсодонии, потому что захотели более спокойной жизни. Но это была ложь. Они узнали правду либо всегда знали о том, что творят Вознесшиеся, и решили больше в этом не участвовать. – Я ненавидела, что приходится произносить эти слова. – Еще он утверждал, будто моя мама была прислужницей, обученной сражаться.

Я подошла к табурету и взяла полотенце поменьше, как то, которым вытирался Киеран, а Кастил тем временем подставил лицо под воду.

– Это может быть правдой, а может и ложью, – продолжала я. – Но что, если Аластир не врал? Что, если там был кто-то еще, кто привел на постоялый двор Жаждущих?

Протянув Кастилу полотенце, я сказала:

– Я… это помню.

Я посмотрела на Киерана. Он облачился в черную тунику.

– Я знаю, что слышала голос Аластира: он разговаривал с моим отцом. Но я… мне снился кто-то в темном плаще. Там был еще кто-то, и Аластир говорил о нем не так, будто этот человек был с ним. Что, если то нападение Жаждущих не имеет никакого отношения к Аластиру и Незримым?

– Ты думаешь, к этому могут иметь отношение Вознесшиеся? – спросил Киеран из дверного проема. – Но если они знали кто ты, то захотели бы оставить тебя в живых.

– Согласен. – Кастил вытер полотенцем грудь и лицо. – Заманивать Жаждущих на постоялый двор было бы слишком большим риском. Этих существ никто не может контролировать.

– И все упирается в то, знали или нет Вознесшиеся, кто я, до отъезда моих родителей – до того, как на меня напали. Я по-прежнему не знаю этого наверняка. Аластир это так и не подтвердил.

Кастил вытирал полотенцем волосы.

– Но если они знали, это означает, что Вознесшиеся – Кровавая Корона – были осведомлены, что один из твоих родителей имеет атлантианское происхождение.

– И это заставляет задуматься, почему они не поступили с ними так же, как и с прочими потомками атлантианцев, – со вздохом проговорила я.

Один возможный ответ или вопрос вел к другому. У меня разболелась голова.

И заныло сердце.

– До того, как появились эти твари, ты спрашивала, почему твои способности столь сильны – почему они были так сильны еще до того, как Кас вознес тебя, – заметил Киеран. – Один из твоих родителей должен быть чистокровным атлантианцем.

– Но как такое возможно, если я происхожу от Малека? Его отпрыски от любовницы были бы смертными. А если моя мать была прислужницей, значит, речь не о ней, верно?

Я посмотрела на Кастила.

– Думаю, нет. – Он швырнул полотенце в корзину. – Прислужницы, которых я видел, атлантианками не были, но это не значит, что такое невозможно. Может, неправдоподобно, но не невозможно.

– И я похожа на маму, – сказала я. – Кроме глаз.

– Твой отец? – спросил Киеран, хотя я была уверена, что мы об этом уже говорили раньше.

– Он был из Карсодонии, как и мама.

– Знаю, что тебе это не понравится, – начал Киеран, и я напряглась, зная, к чему он ведет. – …Но все это верно лишь при условии, что родители были тебе родными. Или же… – быстро добавил он, когда я открыла рот. – Или то, что тебе говорили о родителях, – ложь.

Глава 20

– Он прав, – мягко сказал Кастил, пытаясь поймать мой взгляд. – Не знаю, зачем Аластиру лгать, что твоя мать была прислужницей. Если он сказал правду, она никогда не была леди-в-ожидании, предназначенной к Вознесению. Это также может означать, что твой отец не был сыном торговца. – Он помолчал. – А также – что либо один из твоих родителей, либо они оба тебе не родные.

А если они оба мне не родные? Тогда Йен… если он вознесся, может оказаться не таким, как я. А таким, как прочие вампиры.

Прислонившись к холодным плиткам, я откинула назад голову. Я начала отвечать, но остановилась, поджимая пальцы ног.

– Я была маленькой. Мои воспоминания о том, что было до той ночи, в лучшем случае обрывочны. Я знаю только то, что мне рассказывали, и хотя Йен старше, вряд ли его воспоминания отличаются. – Я покачала головой. – Но я похожа на маму, поэтому, возможно, атлантианцем был мой отец, а мама – смертным потомком Малека и его любовницы. Объяснит ли такой расклад силу моих способностей?

– Это было бы весьма странным совпадением, – заметил Киеран, и он прав.

Кастил и Киеран переглянулись.

– Не знаю, – ответил Кастил. – В твоей родословной трудно разобраться, да еще если учесть предположение, что ты родня Малека. Он мог и не быть твоим предком. Аластир мог заблуждаться, даже если сам в это свято верил.

Интересно, могла ли его мать что-то знать?

Кастил поймал мой взгляд.

– Мы в этом разберемся.

А помимо его матери, как это ни невероятно, единственная, кто еще может знать что-то, – королева Илеана.

Кастил повернулся к Киерану.

– Кажется, там висит старый халат. Можешь принести?

Киеран вручил ему длинное черное одеяние со словами: