Дженнифер Арментроут – Королевство плоти и огня (страница 58)

– Правда. Не стоит об этом переживать.

Я в самом деле надеюсь, что он прав. Поводов для переживаний у меня и без того предостаточно.

Он опять переключил внимание на Кастила.

– И не стоит с такой уверенностью утверждать, что знамение не относится к ней, к вам обоим. Вы собираетесь вступить в брак. Разве это не повлечет великие перемены?

Кастил задумчиво поднял брови.

– Что ж, тут ты прав.

Я прищурилась.

– Ты скоро уезжаешь? – спросил он.

Аластир кивнул, и Кастил взял меня за руку. Я удивилась легкости, с какой он это сделал. Похоже, это действие стало для него привычным. Для меня же каждый раз, когда он берет меня за руку, становится откровением.

– Счастливого пути, – сказал он. – Встретимся в Пределе Спессы.

– Счастливого пути и вам. – Аластир мягко положил руку мне на плечо. – Спасибо, что пришла помочь людям, даже если некоторые не поняли или не оценили.

Я кивнула, испытывая неловкость от его благодарности.

Мы расстались с Аластиром, и тот направился к выходу из пиршественного зала.

– Он уже уезжает в Предел Спессы?

– Пока ты отдыхала, я поговорил с Эмилем. Мы решили, что после случившегося будет лучше, если мы отправимся на восток небольшими группами, чтобы не привлекать внимания.

– Это разумно, – проговорила я. – Ты в самом деле думаешь, что знамение имеет отношение к нашему браку?

– Могло бы.

Мы находились среди людей, поэтому я не стала указывать на то, что брак не настоящий и потому не будет предвещать никаких великих перемен.

Разве что наш план сработает. Тогда точно грядут великие перемены.

Мои мысли опять перенеслись к событиям в комнате с ранеными. Хочется рассеять маслянистое ощущение, которое все еще держится на коже.

– Мать раненой сказала то же, что и женщина в «Красной жемчужине». Что я вторая дочь, но не в том смысле, в каком думаю.

Я оглянулась. Аластир уже подошел к двери. Бедняга по-прежнему выглядел так, словно его сбил с ног ветер.

– Тогда я ничего не поняла, но теперь мне кажется, что имелось в виду второе поколение.

– Что за женщина из «Красной жемчужины»?

– Ну ясно же: которая отправила меня в комнату, где был ты.

Он сдвинул брови, уставившись на меня.

– Понятия не имею, о какой женщине ты говоришь.

– В самом деле? – сухо отозвалась я. – Та, которой ты велел прислать меня в твою комнату. Я думаю, она ясновидящая – перевертыш.

– Я не просил никаких женщин присылать тебя в ту комнату, тем более перевертыша. Я узнал тебя в тот момент, когда снял с тебя капюшон, но никого не просил присылать тебя ко мне.

Я изумленно уставилась на него.

– Серьезно?

– Зачем мне лгать о таком? Я уже говорил, что той ночью знал, кто ты.

– Тогда как?..

Я осеклась, когда Кастил резко повернул налево, толкнул дверь и втянул меня в комнатку, где пахло землей и травами. Дверь со щелчком захлопнулась за нами. Я огляделась: жестянки с овощами, горы картофеля и мешочки с сушеным травами.

– Ты затащил меня в кладовку?

– Да.

Кастил опустил подбородок и шагнул ко мне. Темные волосы упали на лоб.

Я отступила назад и наткнулась на полку. Банки задрожали. Он такой высокий… Мне пришлось полностью запрокинуть голову, чтобы поймать его взгляд.

– Зачем?

– Я хочу немного побыть наедине. – Он оперся обеими руками о посудный шкаф над моей головой. – С тобой.

В смятении я наблюдала за тем, как он наклоняется, а по спине пробежала смущающая дрожь предвкушения.

– И тебе нужно было уединиться именно в кладовке?

Он слегка повернул голову, приблизив свои губы к моим.

– Просто было нужно.

Трепет охватил меня с ног до головы. Я открыла рот, чтобы сказать – что бы ему ни понадобилось, это вовсе не обязательно делать в кладовке, – но не смогла издать ни звука. Ни протеста, ни предостережения. Я просто смотрела на него, ждала и… ждала.

– Я знаю, каково тебе пришлось. – Он опустил ресницы, а его дыхание плясало на моих губах. – Зайти туда с твоими способностями и открыться боли.

Я сжала пальцами край полки.

– Ничего страшного.

– Это ложь, принцесса. – Его рот так близко к моему, всего лишь на расстоянии выдоха. – И ты сделала это, несмотря на их страх и недоверие. Вот так просто.

– Это и есть то, что ты хотел мне сказать в кладовке?

Он покачал головой, и у меня перехватило дыхание, когда его губы задели уголок моих.

– Я еще не закончил.

– Прости, – пробормотала я. – Продолжай.

– Спасибо за разрешение. – Я услышала в его голосе улыбку. – Ты столько раз вызывала у меня восхищение.

Я замерла.

– Мне не следовало удивляться тому, на что ты способна, – продолжал он. – Что ты пожелала пойти к ним. Но я удивляюсь. Я всегда восхищался тобой.

Мое сердце дрогнуло, и на миг я перестала дышать.

– Вот это ты хотел сказать, когда затащил меня в кладовку?

– Я все еще не закончил, принцесса.

Сердце заколотилось.

– Нет?

– Нет. – Он прижал свой лоб к моему. – Мне нужно еще одно. То, в чем я испытываю потребность много дней. Недели. Месяцы. Возможно, вечно. – Он коснулся переносицей моего носа. – Но я знаю, что ты этого не позволишь. Не таким образом.

Трепет из груди опустился ниже.

– Что… что же это, в чем ты так давно нуждаешься?

– Ты.