Дженнифер Арментроут – Борьба (страница 25)

— Твою мать, — рявкнул я. Сосредоточившись еще раз, я искал ее, хоть что-нибудь, но безуспешно.

Придя в бешенство, я вихрем развернулся и с ревом выпустил заряд акаши в высокое дерево на полпути к скале. Интересно, как долго это дерево неуверенно цеплялось корнями за скалистый уклон? Наверное, веками, может, дольше, оно противостояло сильным ветрам, ливням и оползням.

Акаша уничтожила его в одну секунду.

Всего этого попросту не могло случиться.

Я же бог, Богоубийца, и, по словам нимфы Юэна, Бэзила и Карины, я был Избранным Богом Смерти и Жизни.

Абсолютным, мать твою.

Но я стоял здесь, уничтожая деревья, и ничего не мог сделать, чтобы помочь Джози.

Над головой разразилась молния. Воздух наэлектризовался, солнце закрыли темные беспокойные тучи. Внутри меня, вырываясь наружу, бушевали эмоции.

Шагая по песку, я провел рукой по волосам и вцепился пальцами в прядки на затылке. Я должен найти ее. Прямо сейчас. Остановившись, я поднял глаза на небо. Я стоял здесь часами, пытаясь выяснить местонахождение Джози, я попробовал вызвать Аполлона. Но он не ответил мне. Как ее отец мог не догадываться о случившемся?

Как я мог любить ее и не знать, что ее схватили?

Чем я лучше Аполлона?

Ничем.

Это была долбаная, грустная правда. Я солгал Джози. Подверг опасности. Бросил. Не защитил. В каком-то смысле я даже хуже ее отца, ведь его никогда не было рядом, и он не вызывал у нее ни малейшего доверия. Она не планировала ворваться на Олимп, чтобы восстановить связь со своим отцом. Джози хотела пересечь океаны, чтобы оказаться рядом со мной, а я, урод, бросил ее. Теперь не имело значения, что это был правильный поступок.

Остановившись, я повернулся к океану и шумно выдохнул. Страх и гнев боролись с чувством вины. Небосклон снова осветила вспышка молнии.

Я ощутил присутствие Бэзила.

— Тебе сейчас не стоит находиться рядом со мной.

Но Бэзил, разумеется, просто так не отцепится:

— Все обеспокоены. Они боятся, что что-то не так.

— Так и есть. — Я обернулся и увидел, что Бэзил стоит на платформе перед песком, у подножия лестницы, ведущей на утес. — Джози у Гипериона.

Его глаза широко распахнулись.

— Я… я не знаю, что сказать.

— Я не могу ее найти. Я ее совсем не чувствую.

На его лице промелькнуло сочувствие и тревога.

— Возможно, есть что-то, что вы все еще можете сделать, Кириос.

То, что я мог сделать, я должен был сделать раньше. Вот в чем проблема.

На краю утеса появилась жрица, ее длинные, белокурые волосы развевались на усиливающемся ветру. Именно ее я выгнал из своей спальни. Опустив подбородок и глаза, она сказала:

— К северным воротам подъезжает машина, Кириос.

Приблизительно догадываясь, кто ко мне пожаловал, я перенесся с побережья к неприступным титановым воротам, которые блокировали проход в дом.

Блестящий черный «Мерседес» с тонированными стеклами резко остановился в нескольких метрах от меня. Урчание мотора стихло, и через мгновение двери со стороны пассажира и водителя открылись.

Да, блин.

Это были Алекс и Эйден.

Со лба стекали холодные капли. Вода. Вода. Открыв глаза, я слепо повернула голову. Пересохшие губы ощутили влагу. Я открыла рот, и меня чуть не вырвало. По вкусу вода напоминала тухлые яйца, но в горле словно была пустыня. Я очень хотела пить. Я глотала крошечные капли отвратительной жидкости, пока меня не начало мутить.

Судорожно вдохнув, я перевернулась на бок. Меня снова затащили в подвал, и я понятия не имела, сколько времени прошло с тех пор, как Кронос питался моим эфиром. Все тело напряглось, его накрыло волной старой боли, обжигающей кости и плоть.

Думаю, он впитал слишком много.

Чувствуя немыслимую дрожь в руках, я вгляделась в темноту подвала. Из маленького окошка пробивался слабый свет. В углу, около двери, как мне показалось, что-то шуршало.

Я не чувствовала страха или смятения. Раньше от одной только мысли, что в этой комнате есть мышь, мне хотелось кричать. А сейчас? У меня… у меня просто не хватало сил на страх.

Я ничего не чувствовала.

Вообще.

Все было стерто. Именно так. Я поняла это сейчас. И скоро для меня все закончится, потому что я была далеко не уверена, что переживу очередное кормление Кроноса.

Или еще одну встречу с Гиперионом.

Надежда, что я найду выход из этой ситуации, погасла к концу «трапезы» Кроноса. Желание продолжать бороться, продолжать существовать лопнуло как мыльный пузырь. Оно было слабым, как я сама, и я больше не могла сопротивляться. Мне хотелось лишь одного: увидеть маму и бабушку с дедушкой. В тот момент это было моим единственным желанием.

Снаружи раздались шаги, и я перевела усталый взгляд на дверь. Через секунду она со скрипом открылась. В проеме стоял не Гиперион и не Кронос.

Там был Перс.

Измученная и рассеянная, я попыталась понять, что он здесь делает. Насколько я помнила, раньше он сюда не приходил.

Его ботинки остановились в нескольких футах от меня.

— Я не собираюсь делать тебе больно.

Я не поверила ему. Ни на секунду.

Перс опустился передо мной на корточки. Его холодные пальцы прижались к моему подбородку, запрокидывая мне голову.

— О, ты не спишь. Можешь встать?

Огромная часть меня хотела проигнорировать его вопрос, но я начала потихоньку двигаться. Сделав судорожный вдох, я уперлась руками в грязный пол и поднялась на ноги.

— Интересно, — Перс тоже поднялся. — Я уж было подумал, что ты умерла.

— Пока нет, — прохрипела я, пытаясь удержаться на шатающихся ногах. Стоп, что тут шаталось: я или сама комната?

Я думала, что смогу шагнуть вперед, но не получилось. Правое колено подкосилось, затем его примеру последовала левая нога. Я рухнула на пол, но особо не почувствовала удара.

— Черт, — пробормотал Перс, переводя взгляд на то место, куда я упала. Его лицо расплывалось у меня перед глазами. — Тебе еще хуже, чем мы ожидали.

Мне захотелось рассмеяться. А чего он ожидал? Серьезно? Но я так и не рассмеялась. Легкие сжались, в глазах замерцали черные точки. Я не могла толком вдохнуть. Мышцы заболели, сердце пропустило удары: с моим организмом… творилось что-то… неладное. Он как будто прекращал работу, и ничто не могло это предотвратить.

Перед тем, как провалиться в темноту, я услышала вздох и голос Перса:

— Он очень разозлится.

Глава 14

— Значит, это правда? — спросил Эйден, обойдя автомобиль и остановившись перед Алекс, закрывая ее своей спиной. — Ты бог.

В любое другое время я бы рассмеялся над его очевидным защитным маневром, но сейчас мне было не до смеха. Я ощущал лишь ярость и страх за Джози.

— Как вы могли это допустить?

Эйден напрягся так, словно его позвоночник вырвали и заменили стальной трубой.

— Как мы это допустили? А где, черт возьми, был ты?

— Я пыталась помочь, — сказала Алекс, выходя из-за спины Эйдена, и я наконец-то разглядел ее как следует. На щеке виднелся заживающий синяк. Правая рука была покрыта синими пятнами.

— Эйден тоже. Гиперион появился из ниоткуда, и мы оказались не готовы. Все были измотаны и… — Она осеклась, а когда продолжила, голос звучал хрипло: — Мы сражались с ним, Сет. Мы делали все, что в наших силах, чтобы он не забрал Джози, но не смогли его остановить.