Дженнифер Албин – Ткачи времени (страница 42)

— Я не скажу, — пообещал Джост. — Но они и так знают.

— Они думают, что знают, — возразила я.

— Нет, Аделиса, они знают.

Сны становились более яркими, но теперь я начала их контролировать. Я оживляла мамины глаза и вплетала сестренку в свои объятия. От отца, которого так жестоко у меня отобрали, ничего не осталось. Я прекратила попытки. Джост и Эрик приходили проведать меня, и я просыпалась от ощущения их горящих взглядов, устремленных прямо в мои мысли.

К тому моменту, когда в моих апартаментах наконец-то появилась Инора, я уже всерьез начала подумывать о том, чтобы перенестись куда-нибудь подальше от комплекса. В этот раз наставница вела себя очень сдержанно и сразу перешла к делу.

— Как ты уже знаешь, Гильдия достигла беспрецедентных успехов в технологии плетения разума.

Голос Иноры звучал плоско и отстранено. В нем не осталось ни следа прежнего дружелюбия. Должно быть, я и правда втянула ее в неприятности, раз впала в такую немилость.

— И врачи будут совершенствовать эту технологию, применяя ее к каждой Пряхе, — продолжила она.

— Что? — изумилась я, едва не подпрыгнув на кровати.

Инора не повела и бровью.

— Поскольку способности Прях обеспечивают безопасность и функционирование всего Арраса, Гильдия настаивает на том, чтобы все мы прошли специальное тестирование.

— На собрании говорили, что с помощью этой технологии можно менять людей. Они что, собираются переплести нас? — спросила я, пристально вглядываясь в ничего не выражавшее лицо Иноры. С ней определенно что-то было не так.

— Не говори глупостей, — тускло ответила она. — Нельзя переплести то, что не было вплетено изначально.

В голосе Иноры не было ни следа прежней теплоты. Речь ее стала не такой простой и приятной, как раньше.

— Но не поэтому ли они делают это? Могут ли они нас переплести на самом деле?

— Было бы глупо переплетать Пряху. Все подобные попытки заканчивались провалом. Пряха теряла все свои способности, — ответила она.

Я вспомнила слова Кормака о том, что теперь они могли подчищать и даже видоизменять человеческие нити. Инора, возможно, и сама не знала, что лгала мне. Я потерла ладони и пристально посмотрела на наставницу. Что же с ней произошло?

— Мои руки почти зажили, — сказала я, демонстрируя повязки.

— Рада это слышать, — ответила Инора без тени улыбки.

— Инора, с тобой что-то случилось? — прошептала я, надеясь, что компанель не различит звук моего голоса.

— Я в порядке, Аделиса, — моргнув, ответила наставница. — Я немного приболела, но доктора Гильдии помогли мне, и теперь все хорошо.

В действительности это было не так. Все было не так. Моя Инора в первую очередь кинулась бы осматривать перебинтованные руки, а затем прочитала бы целую лекцию о том, как я себя веду. Она бы не избегала меня неделю. Эта девушка напоминала скорее оболочку Иноры, чем ее саму.

— Что с тобой было не так? — спросила я.

— Тревожность. Я почему-то начала переживать и сразу обратилась за советом к Лорисель, а та направила меня в клинику.

— Из-за чего ты переживала? — При этом вопросе у меня перехватило горло.

— Из-за странных, нездоровых вещей, — резко оборвала меня Инора.

— Твой мозг уже переплели?

— Ах, да. Остались только вы с Прианой. Мы шли по старшинству, — Инора прижала руки к груди и бессмысленно улыбнулась.

— Лорисель тоже прошла процедуру?

— Я не знаю. У меня нет доступа к таким сведениям, — ответила наставница. — Хотя Лорисель следовало бы пойти первой.

Пойти первой. Неужели поэтому она не навещала меня? Почему она не вмешалась, когда Мэйла меня наказывала? Может, измененная Лорисель и сотворила все это с Инорой?

— Когда вызовут меня?

— В пятницу, — сказала она. — Не беспокойся, это не больно.

— Конечно, — автоматически ответила я.

Дверь в апартаменты распахнулась, и на пороге возник Джост с серебряным подносом в руках.

— Инора, — спросил он, — ты будешь обедать с Аделисой?

— Нет, меня ждут в общей столовой, — ответила она. — Я уже ухожу.

Коротко кивнув, Инора вышла в коридор. Пока я смотрела ей вслед, Джост поставил поднос на стол и громко откашлялся. Очнувшись, я быстро сплела вокруг нас временной пузырь, а затем повернулась к юноше.

— Мне кажется или с Инорой что-то не то? — спросил он, сдвинув брови.

— Тебе не кажется, — вздохнула я, пытаясь уложить в голове полученную информацию.

Джост кивнул на мои руки, и мы уселись на подушки. Сняв бинты, он внимательно осмотрел подушечки пальцев. Даже я заметила, что мазь оказалась поистине целебной.

— Думаю, перевязки тебе больше не понадобятся, — сказал он, откладывая бинты в сторону.

— Ох, — вздохнула я, пытаясь скрыть разочарование. Если я выздоровела, ему больше незачем было ко мне приходить.

— Я подумал, у нас есть повод, — начал Джост. — И поэтому приготовил особенный обед.

— Ты все это сам приготовил? — изумленно воскликнула я.

— Нет, — ухмыльнувшись, ответил он. — Большую часть еды приготовили пищевые генераторы, однако я выбрал блюда и сервировал их.

— Это восхитительно.

Я ела руками. Мне нравилось это ни с чем не сравнимое ощущение — касаться жирной, скользкой, жесткой и кремообразной пищи. Джост смеялся, а я ловила фиолетовые ягоды, которые он кидал мне в рот. Интересно, он по-прежнему любил Розенн? От этой мысли мои щеки вспыхнули, как огонь, и Джост перестал меня кормить.

— Готова вернуться к работе? — спросил он.

— Похоже, у меня нет другого выбора.

— Ты можешь остаться здесь, — заметил Джост, внимательно изучая глазами переплетения пузыря.

— И пропустить всю потеху, когда охрана узнает, зачем ты приходишь ко мне каждый день? — отшутилась я.

— Я мог бы остаться с тобой, — тихо ответил Джост.

Мне хотелось задать ему тысячу вопросов, но с тех пор, как он произнес слово «революция», думать я могла лишь об одном.

— Какой у тебя план?

— Все не так просто, — отозвался он.

— Забудь. Это не мое дело.

— Прости. Дело не в том, что… — Джост замолк, силясь подобрать правильные слова.

— Ты не доверяешь мне, — возразила я. — Все в порядке, ты не обязан.

— Я доверяю тебе, Аделиса. Пожалуйста, помни об этом. — Он взял мое лицо в ладони, нежно погладив мои скулы большими пальцами. — Я думал, что уже никогда не смогу никому поверить.

— Не ты один, — пробормотала в ответ я, прижавшись щекой к его ладони. Он вздохнул.

— Знаю, — сказал он, однако это скорее была констатация факта, нежели осознание правды. — Аде лиса, ты не единственная, кто знает, зачем я здесь.

Несколько секунд я обдумывала услышанное, а затем посмотрела Джосту прямо в глаза.

— Сколько людей знает?

— Сейчас? Двое. Ты и еще один, — ответил он, проведя ладонью по моей ноге. От его прикосновения кожу начало покалывать.