Дженни Ниммо – Зеркальный замок (страница 25)
— Так, нам направо, дом номер пятнадцать, — еще раз сверившись с запиской, сказал дядя Патон.
Они свернули за угол и очутились на улице, мало напоминавшей городскую: все дома здесь тонули в зелени, отовсюду пахло цветами. Заборы заменяли живые изгороди, над тротуарами свисали зеленые ветви.
Дом номер пятнадцать прятался в глубине пышного сада за облупившимися воротами со сломанным замком. Самого дома было не видно, так он зарос плющом и дикими розами. Над садом витал восхитительный цветочный аромат, и мисс Инглдью, остановившись, вдохнула всей грудью и ахнула от восторга.
— Это самый лучший аромат на свете! — сказала она.
— Я спрошу у хозяйки, нельзя ли закупорить его для вас в бутылочку, — галантно пообещал дядя Патон.
Поскольку ворота были не заперты, гости беспрепятственно двинулись по садовой дорожке, усыпанной цветочными лепестками. На беленой двери дома не оказалось ни звонка, ни дверного молотка, только слева от входа свисала медная цепочка, за которую Чарли и потянул. Где-то в глубине мелодично зазвенел колокольчик.
Через мгновение дверь распахнулась и на пороге показалась Элис Ангел.
— Ой, и ты пришел, Чарли! — воскликнула она. — Как хорошо!
Чарли онемел от неожиданности и смущения. Ох уж эти взрослые, хоть бы предупредили, к кому идем! Или они сами точно не знали? Но дядя и мисс Инглдью представились хозяйке, будто она была обычнейшим человеком, и Чарли ничего не оставалось, как вслед за ними войти в прихожую. Элис взяла у гостей мокрый зонтик, плащи и ветровки, потом пригласила в гостиную — уютную комнату, в которой было почти темно, поскольку снаружи дом был полностью оплетен зеленью.
Элис протянула руку к выключателю.
— Не надо! — испуганно крикнул дядя Патон, но было уже поздно.
В хрустальной люстре с печальным звоном полопались все лампочки, и на ковер зашелестел стеклянный дождь.
Дядя Патон рассыпался в извинениях.
— Мне надо было сразу же предупредить вас! С порога! — убивался он. — Как неудобно! Экий я болван! Ох, как неудобно! Шесть лампочек!
— Ничего страшного, — улыбнулась Элис. — Я должна была сообразить сама. Вы пока потолкуйте с Кристофером, а я схожу за веником.
«С каким еще Кристофером?» — Чарли тщетно всматривался в полутьму. В гостиной было слишком темно, а все звуки заглушал дядя Патон: он спорил с Элис, кому подметать осколки. Пока хозяйка ходила за свечами, гости расселись. Элис Ангел зажгла свечи, и выяснилось, что в дальнем углу гостиной притаился тощий человечек неприметного вида — лысеющий, скромно одетый.
— Здравствуйте, мистер Юбим. — Он встал и поклонился. — Значит, вы управляете электричеством! Всегда мечтал познакомиться с обладателем такого редкостного дара, — с негромким смешком добавил незнакомец и протянул дяде Патону руку. — Меня зовут Кристофер Карквилл. Наслышан о вас.
Пока мистер Карквилл знакомился с гостями, вернулась хозяйка с веником и совком, который дядя Патон немедленно у нее отобрал. Вскоре в гостиной воцарился порядок, на столе появился еще один подсвечник с горящими свечами, а также торт. Кристофер Карквилл принялся расспрашивать Чарли о Билли Грифе. Чарли первым делом сообщил, что Билли заболел.
— Чем? — встревожился мистер Карквилл.
— Сам не знаю. Понимаете, он просто нашел пуговицу и решил показать нам, а потом вдруг хлоп наземь и начал корчиться от боли! Мы с ребятами жутко напугались. Билли все твердил про какую-то клятву, мол, не нарушал он ее. Вот, а потом Билли положили в лазарет, и с тех пор я его больше не видел. К нему никого не пускают.
— Клятва? — переспросил мистер Карквилл. — Я понял! Эти договоры — не что иное, как страшные злые чары. У Флоренс их полная сумка. В основном их подписывают те, кто берет у нее деньги взаймы, но Флоренс не расторгает договоры, даже когда ей возвращают долг. А стоит нарушить клятву, то есть договор, — и тебя начнет терзать мучительная боль. Иногда доходит до того, что жертвы Флоренс остаются калеками на всю жизнь! Я краешком уха слышал, что она выделывает с этими документами разные фокусы — в яде вымачивает, кажется. Ручаюсь, она и Билли заставила подписать такую бумагу.
— Понятно, почему он не хотел мне ничего рассказывать, — задумчиво проговорил Чарли. — Да, вспомнил! Я же знаю, где он теперь живет, у новых родителей. Место называется «Покойный дом».
— Покойный дом? — На худом морщинистом личике мистера Карквилла изобразился ужас. Он выронил чайную ложечку. — Это не дом, а настоящая тюрьма! А эти люди, Флоренс и Эшер де Грей, не родители, а сущие людоеды. Блуры время от времени используют их дом, чтобы спрятать кого-нибудь или посадить под замок. И раз уж в дело замешан Эшер де Грей, будь уверен, что Билли сбежать не удастся, пока Эшер его не выпустит. Бедный ребенок! Я должен, во что бы то ни стало помочь ему.
— Как этот Эшер будет держать Билли взаперти? — негодующе спросила мисс Инглдью. — Караулить круглосуточно?
— Дорогая моя, он умеет создавать силовое поле — непреодолимую невидимую стену, — печально ответил мистер Карквилл, вертя в натруженных узловатых пальцах ложечку. — Да, де Грей тоже из одаренных, но он злой и бесчестный человек. Бедному Билли ни за что оттуда не вырваться. Силовое поле Эшера непробиваемо.
В комнате повисло ошарашенное молчание, которое прервал дядя Патон:
— Чарли, ты говорил о какой-то пуговице — зачем она нужна?
Поскольку Элис Ангел и мистер Карквилл ничего не знали, Чарли пришлось объяснять все с самого начала: и про то, как Билли нашел пуговицу в Покойном доме и захотел узнать ее историю, и про удивительный дар Габриэля Муара, умевшего читать прошлое вещей и обреченного носить только новую одежду, чтобы не мучиться воспоминаниями владельцев поношенной, и про таинственную лошадь-призрак, появившуюся в результате жутковатого эксперимента в лаборатории Иезекииля. Рассказал он и о темноволосом узнике зеркальной ловушки, которого удалось увидеть Габриэлю. Чарли говорил так долго, что у него в горле пересохло. Наконец он умолк и жадно отхлебнул остывшего чаю, а в следующую секунду взрослые, выслушав его рассказ, подняли ужасный шум — ахали, охали, возмущались, спорили, что делать. От этого гвалта Чарли стало так худо, что он извинился и попросил у Элис Ангел разрешения выйти в сад.
На воздухе ему стало легче. Дождь прекратился, сад влажно благоухал цветами, травой, сырой землей. Над ним висела дымка тумана.
— Ой, забыл сказать, что лошадь гонялась за мной, — пробормотал Чарли себе под нос и уже хотел было вернуться в гостиную, но тут его внимание привлек фургон, маячивший в глубине сада. Заинтересованный Чарли подошел поближе и, недолго думая, решил заглянуть внутрь. Правда, он понимал, что с его стороны это не очень-то хороший поступок, и воровато огляделся. В саду было тихо, но Чарли краем глаза уловил какое-то движение, резко обернулся и увидел девочку, сидящую на садовой стене.
Оливия! Вот так раз!
— Лив! — приглушенно позвал он. — Оливия! Ты что здесь делаешь?
Оливия быстро спрыгнула на землю по ту сторону стены.
— Ну и пожалуйста! — пожал плечами Чарли. Потом спустился со ступенек фургона и, продравшись сквозь мокрые кусты, подошел поближе к стене.
— Эй, ты еще там? — спросил Чарли. — Ау!
Ответа не последовало. Тогда он вскарабкался на стену и заглянул в соседний сад. Тут никаких цветов не росло, а газон был подстрижен так ровно, что больше напоминал зеленый ковер. В глубине сада виднелся шикарный белый дом, и Чарли тотчас понял, где находится. Ну конечно, Элис Ангел живет по соседству с Оливией! Просто дома у них выходят на разные улицы. Странно, что Оливия не знакома с цветочницей.
В саду Оливии не было — наверно, убежала в дом. Ну не гоняться же за ней! Чарли перебрался обратно в заросший сад Элис Ангел, подобрал в траве красное яблоко и поднялся на крыльцо. Может, взрослые уже успокоились?
Элис встретила его улыбкой:
— А, яблоко нашел! Угощайся, они вкусные. Легче тебе? Налить еще чаю?
Страсти в гостиной успели немного утихнуть. Дядя Патон и мистер Карквилл сидели в дальнем углу и что-то обсуждали — оживленно, но тихо.
— Я видел Оливию, — сообщил Чарли хозяйке. — А я и не знал, что вы соседи. Только она почему-то не пожелала со мной разговаривать.
— Ей сейчас тяжело, бедняжке, — грустно сказала Элис. — Такое часто случается, когда человек пытается сопротивляться своей природе. Надеюсь, Оливия скоро свыкнется со своей истинной сущностью. Тогда вам всем будет легче.
— Правда? — удивился Чарли, не вполне понимая, о чем речь. Он набрался храбрости и спросил: — Мисс Ангел, а вы тоже из одаренных?
— Пожалуйста, называй меня просто Элис, хорошо? — Ее зеленые глаза задорно блеснули, и она добавила: — Да. У меня есть свой дар.
Чарли уже собирался спросить, какой именно, но тут дядя Патон объявил, что им пора домой. На прощание мистер Карквилл поблагодарил гостей и даже чуть не прослезился. Он долго тряс дяде Патону руку.
— Вы не представляете себе, как много для меня значит подобное внимание и участие! — прочувствованно сказал он. — В этом злосчастном городе у меня мало друзей, и мое тюремное заключение помогло мне понять, кто есть кто. Мисс Ангел действительно настоящий ангел. Она навещала меня каждую неделю, дарила мне надежду, а теперь приняла под свой кров. У меня к вам просьба: пожалуйста, никому обо мне не рассказывайте! Иначе моя дорогая хозяйка окажется в такой же опасности, что и я.