Дженни Ниммо – Призрак из прошлого (страница 31)
Габриэль стал бдительно озираться: вообще-то в столовой стоял гвалт и голоса можно было не понижать, но ему определенно не хотелось, чтобы малоприятные новости услышали чьи-то чужие уши. Усевшись между Чарли и Фиделио, Габриэль нагнулся над тарелкой и быстро произнес:
– Генри попался к
– Что? – слишком громко вырвалось у Чарли.
– Тише ты! – Габриэль опять огляделся, но никто не обращал на них внимания. – Мне мистер Пилигрим сказал, а откуда он узнал – понятия не имею.
– Слушай, он со странностями, так что может сказать что угодно, – засомневался Фиделио.
– Говорил он уверенно, – настаивал на своем Габриэль.
– Кухарка наверняка в курсе. – Чарли решительно поднялся. – Пойду отнесу тарелку на кухню и поищу ее.
– Тогда лучше отправляйся прямо сейчас, – посоветовал приятелю Фиделио. – Вон на раздаче какая толпа, как раз проскочишь, и никто не заметит.
Чарли сделал вид, что двинулся на раздачу, а потом незаметно шмыгнул в кухонную дверь.
В кухне, как всегда, стоял дым коромыслом, точнее, пар, и Чарли, пробираясь сквозь этот горячий туман, то и дело налетал на озабоченных поварих с кастрюльками и стопками тарелок.
– Тебе тут не место! – прикрикнула на него одна.
Чарли проскользнул в дальний угол, где и обнаружил кухарку, сосредоточенно чистившую морковку. Глаза у нее были красные, словно она чистила лук, а лицо расстроенное, если не сказать несчастное. Завидев Чарли, она горестно покачала головой.
– Что, в самом деле правда? – прошептал Чарли. – Они поймали Генри?
– Увы, правда, Чарли, – отозвалась кухарка. – Он попался. Ты-то как об этом узнал?
– Мистер Пилигрим сказал Габриэлю.
– Мистер Пилигрим? – озадаченно переспросила кухарка. – Странно. Впрочем, теперь я уже ничему не удивлюсь.
– А куда его утащили, вы не знаете? – торопливо спросил Чарли.
– Точно не знаю, но за полночь я видела, как Зелда с Манфредом вышли через садовую дверь.
– Значит, они отволокли его в руины.
– С них станется, – вновь покачала головой кухарка. – Там есть какие-то жуткие подземелья, но развалины такие обширные, что я просто не знаю, где его и искать. Но ты имей в виду: его наверняка найдут Огнецы и позаботятся о нем.
– Да что они могут сделать, если Генри сидит взаперти? – махнул рукой Чарли. – Нет, мне надо найти его самому и вытащить оттуда.
– Кому-то точно надо его найти, это яснее ясного, – согласилась кухарка. – А теперь беги обратно, Чарли, и не отчаивайся. Что-нибудь да придумаем.
Отчаиваться Чарли не собирался. Выскользнув обратно в столовую, он взял себе на сладкое печенья и присоединился к друзьям.
– Все верно, – отчитался он. – Кухарка считает, что его заточили в подземелье.
– Они заточили – мы вытащим, – уверенно заявил Фиделио.
– Ага, только сначала найти надо, – напомнил Габриэль.
– Тогда вперед, начнем прямо сейчас, – предложил Фиделио. – У нас еще полчаса переменки.
Расправившись с ленчем, мальчики вышли в сад. Снег растаял на солнце, которое безмятежно сияло с безоблачного неба, и настроение у всех от этого сделалось бодрое, однако бодрости хватило только до руин.
Миновав арку, спасательная экспедиция наткнулась во внутреннем дворе на неожиданное препятствие в лице сурового садовника мистера Уидона, который деловито заколачивал планками все пять проходов в коридоры.
– Брысь отсюда, Бон, – бросил он. – Я занят.
– Да мы вам не помешаем, – расхрабрился Чарли.
– Я сказал – брысь, и это ко всем относится, – обрушился на мальчишек садовник. – Здесь стало слишком опасно. Думаете, с чего я тут стараюсь?
Троица поняла, зачем он заколачивает проходы, и поспешно ретировалась.
– Ясное дело, путь в подземелья теперь отрезан, – невесело заметил Габриэль. – Какие будут предложения?
В мрачном молчании несостоявшиеся спасатели принялись кружить по саду. Вскоре к ним подбежала Оливия и поинтересовалась, с чего это они все ходят как в воду опущенные. Тревожные известия о Генри ее просто оглушили.
– Ужас какой, – выдавила девочка. – Как же его теперь спасти?
– Сами еще не знаем, – бросил Габриэль. В течение последующих уроков Чарли изо всех сил старался сосредоточиться и подумать, но ему это не удавалось: учеба мешала, учителя дергали, задавали вопросы, делали замечания. Дважды он в задумчивости ошибся классом. Если бы не присмотр верного Фиделио, не миновать бы Чарли общения со старостой, что ему никоим образом не улыбалось – особенно в свете последних событий. В тот вечер атмосфера в Королевской комнате царила самая подавленная. Лизандр угрюмо уткнулся в учебник, Бинди где-то подхватила сильнейшую простуду, Эмма сосредоточенно делала уроки, не поднимая головы, а Аза шипел и гримасничал от боли каждый раз, когда ему требовалось что-нибудь записать забинтованной рукой. Место Танкреда по-прежнему пустовало, и эта пустота притягивала к себе все взоры и, казалось, источала смертный холод, словно на стуле помещалось привидение.
Единственным довольным человеком в комнате была Зелда, которая то и дело утягивала чей-нибудь учебник или тетрадь, не прибегая к помощи рук. Когда она принялась силой взгляда вращать пустой стул Танкреда на месте, у Манфреда лопнуло терпение.
– Прекрати, Добински! – напустился он на фокусницу. – Что еще за глупости! Смотри, какой беспорядок устроила!
– Это не глупости, а телекинез, – огрызнулась Зелда. – Впрочем, ты, наверно, и слова-то такого не знаешь.
– Плевать мне, как это называется, – рявкнул Манфред, – но оно мне на нервы действует. Я сказал – хватит.
Зелда показала ему язык и неохотно принялась за уроки.
Летающие учебники рассмешили бы Чарли, не будь он слишком расстроен и встревожен. К тому же обмен любезностями произошел не между кем-нибудь, а между тюремщиками Генри! Время ползло, как сонная улитка; можно было подумать, что кто-то перевел стрелки часов назад. Взгляд Чарли упал на портрет Алого короля, который висел как раз за пустовавшим местом Танкреда. «А что бы вы сделали на нашем месте, Ваше Величество?» – мысленно спросил Чарли.
Король ответил Чарли пристальным темным взором; золотая корона его сверкнула, словно на холсте появилось настоящее золото, густые тени зашевелились в складках алого плаща. И вдруг высокая фигура начала расплываться, менять очертания, и Чарли понял, что смотрит уже не на короля, а на раскидистое дерево, одетое алой и золотой осенней листвой. Но почему он не слышит голоса короля? Странно. Чарли прикрыл глаза, а когда открыл, дерево уже исчезло, вновь уступив место неподвижной и величественной фигуре монарха. «Что-то у меня с головой не то, воображение разыгралось», – решил мальчик.
Изнывая от нетерпения, Чарли дождался восьми часов и стрелой вылетел из комнаты; Габриэль за ним еле поспевал.
– Ты что-нибудь придумал, да? – шепотом спросил он Чарли по дороге в спальню.
– Планом это пока что не назовешь, – признался Чарли, – но все равно я в любом случае отправляюсь сегодня ночью в развалины.
– Я с тобой.
– Нет, – отказался Чарли и поспешно объяснил: – Лучше, если пойдет кто-то один. А ты пока последишь за обстановкой в спальне.
– Нет, – возразил Габриэль. – В этих треклятых руинах может случиться что угодно. Тебе прошлого года мало?
– Аза же ранен, значит, особой опасности он не представляет, – возразил Чарли, стараясь говорить как можно увереннее, поскольку на самом деле перспектива ночного похода его, конечно, страшила.
Узнав о намерении Чарли, Фиделио тоже вызвался пойти с ним в руины. Но Чарли и от его помощи отказался.
– Если мы пойдем вдвоем, нас непременно засекут, так что лучше я сам, – твердо сказал он. – В конце концов, Генри чей родственник? Мой.
Они держали совет, расположившись втроем на койке Чарли, и вошедший в спальню Билли Гриф сразу же обратил на них внимание.
– У вас вид как у настоящих заговорщиков, – тоненько сказал он.
– Да, мы тут замышляем, как бы под тебя повернее подкопаться, – неприязненно отозвался Фиделио.
– Тоже мне, умник выискался, – надулся Билли.
Вслед за ним в спальню потянулись прочие ее обитатели, и заговорщики смолкли, не желая, чтобы их подслушали.
Дождавшись, когда часы на далеком соборе пробили одиннадцать, Чарли в темноте накинул синий плащ, натянул носки и сунул ноги в ботинки. Идти на цыпочках в уличной обуви было не так-то просто, но Чарли удалось выскользнуть из спальни, почти не произведя шума. Предвкушение приключения начинало его будоражить: Чарли был уверен, что отыщет Генри. Лелея эту мысль, он свернул за угол и натолкнулся на надзирательницу – тетку Лукрецию!
– Куда это ты направляешься? – с нажимом спросила она.
– Ой! Должно быть, я ходил во сне, – фальшиво удивился Чарли. – Приступ лунатизма.
– Чушь собачья. Что там у тебя в руках?
– Ничего. – Чарли поспешно спрятал кухаркин фонарик за спину.
– Отдай. Живо!
Деваться было некуда, и Чарли неохотно протянул тетке заветный фонарик.