Дженни Ниммо – Алый король (страница 44)

Теперь он оказался в другой комнате — в музыкальной комнате академии Блуров. Но рояль молчал, потому что пианист сидел, уронив голову на сложенные на клавишах руки.

— Папа! — крикнул Чарли и тронул человека за плечо. — Это я, Чарли!

Темные глаза уже не смеялись. Они были пустыми и усталыми.

— Ты все спишь? Ты должен вспомнить меня! Я никогда не переставал о тебе думать. Никогда. Пожалуйста, постарайся вспомнить. Пожалуйста, скажи что-нибудь. Пожалуйста… — Чарли тряс отцовское плечо изо всей силы.

— Больше ничего не осталось. Уходи, — не поднимая головы, еле слышно произнес человек.

У Чарли вырвался крик. Такого крика он никогда не слышал. А потом лицо отца стало исчезать, а его самого потащило обратно. Его крутило в воздухе, переворачивало вверх тормашками, волокло на спине. Он снова взглянул в зеркало, там опять мерцал туман, и больше ничего. Лицо, которое он только что видел, исчезло окончательно.

Чарли шлепнулся на кровать. Перед ним стояла Оливия с зеркалом в руках.

— Чарли, ты так страшно кричал! — Она пристально смотрела ему в лицо. — Я подумала, тебя напугало зеркало, и забрала его у тебя.

Чарли поморгал.

— Ты видел отца?

— Да, Лив, и думаю, он почти умер.

Чарли был так слаб, что Оливия его едва расслышала.

— Умер? — переспросила она. — Ты сказал, умер?

— Почти.

В этот момент дом затрясся от оглушительного грохота.

— Он здесь! — Встревоженный Чарли кинулся к окну.

Танкред был там уже не один. На другой стороне сада стоял высокий незнакомец в сверкающей зеленой мантии. Его густые волосы отливали золотом, а нос напоминал ястребиный клюв.

— Он не похож на тень, зато очень похож на колдуна, — заметила Оливия.

Чарли не успел ответить, потому что в это мгновение Танкред выкинул перед собой руку и ослепительная дуга сорвалась с его ладони в сторону человека в зеленом. Колдун перехватил сверкающую ленту и в тот же миг послал ее обратно, тем самым отделив себя от повелителя погоды. Но Танкред уже успел сотворить пелену белого света, саваном окутавшую колдуна.

Чарли с Оливией беспомощно наблюдали, как граф выступил из пелены и послал узкую полосу огня над самой травой. Лента завилась вокруг Танкреда, и тот упал на колени, не в состоянии даже пошевелить рукой.

Колдун с улыбкой двинулся вперед.

— Нельзя ему это позволить! — закричал Чарли и рванулся от окна.

Но Оливия дернула его обратно.

— Смотри отсюда! — приказала она; — В этот момент в промежуток между колдуном и Танкредом метнулась какая-то фигура и прикрыла Танкреда.

— Это Габриэль! — не поверил собственным глазам Чарли.

Оливия прижалась носом к оконному стеклу:

— Что это на нем?

— Это же плащ Алого короля! Он принадлежал семье Полсо! — ахнул Чарли. — Колдун не сможет прикоснуться к нему.

Огненные ленты, извивавшиеся вокруг Танкреда, вдруг упали на землю и одна за другой погасли.

С яростным ревом чародей кинулся на Габриэля, но вдруг резко остановился, как будто налетел на стену. Не закрывая рта, он тянул руки к мальчику, но дотянуться не мог.

— Мы победили! — немного преждевременно обрадовалась Оливия.

Колдун перевел взгляд на нее и перенес атаку на дом. Зазвенело разбитое стекло, и Чарли с Оливией опрометью кинулись вниз по лестнице. Они ворвались в гостиную, где остолбеневшая миссис Карусел смотрела на разбитое окно. А из сада на нее глядели зеленые глаза колдуна.

— Извините, миссис Карусел, — сказал Лизандр и отдернул ее от окна. Не внимая протестам, он силой увел ее в кухню. — Вам лучше оставаться здесь. — С виноватой улыбкой он заставил ее сесть на пол. — И неплохо было бы запереть дверь.

— Да не хочу я запираться и оставаться в стороне! — возмущалась она.

Прошло не больше секунды, и из гостиной донесся еще более громкий звон.

— Вот видите? Пожалуйста, держите дверь закрытой. — Лизандр схватил за руку Оливию и тоже толкнул на пол, рядом с матерью.

— Эй, ты чего? — завопила возмущенная Оливия.

— Здесь ты будешь в безопасности, Лив, — заступился за Лизандра Чарли.

— А еще безопаснее тебе будет без зеркала! — Он выхватил у нее зеркальце и услышал на лестнице хруст разбитого стекла под чьими-то подошвами.

Чарли уже спиной чувствовал взгляд колдуна. Рука, державшая зеркало, задрожала.

«Я не боюсь! Я не позволю ему прийти», — твердил он про себя.

Боишься. И я приду!

У Чарли было такое ощущение, что этот ужасный голос звучит прямо у него в голове.

«Нет, не боюсь!» И он повернулся лицом к колдуну.

В конце длинной, отделанной изразцами прихожей стояла темная фигура. Чарли вгляделся в сумрак. Это он? Или он опять превратился в тень?

— Отдай зеркало, и я никому не причиню вреда, — прозвучал уже другой голос, ласковый и убедительный. — Тебе оно совершенно не нужно, Чарли. Ты ведь можешь перемещаться, куда захочешь, и без него.

Чарли сделал шаг в сторону тени.

— Нет! — прошипел Лизандр. — Это обман!

Он бросился на середину прихожей и начал вертеться, быстро, еще быстрее, и в то же время что-то бормоча на непонятном языке. Когда он остановился, Чарли услышал барабанный бой, с каждым мгновением становящийся все громче.

— Духи моих предков, — возвестил Лизандр.

Чарли подумал, что, в общем-то, помощь ему не нужна. Он и сам сильный, сам сможет прогнать это ничтожество, зеленого колдуна.

Чарли еще пододвинулся к тени. А барабанный бой все нарастал и, наконец, загремел прямо в прихожей.

— Что это? — вроде бы удивился чародей. — Музыка? Вы что, танцевать здесь собрались, дураки?

Яркая вспышка доказала Чарли, что стоявшая перед ним тень совсем не так уж слаба. В свете этой вспышки каждая деталь колдовского наряда обрела четкость: темно-зеленая мантия, украшенная золотым узором и жемчужной каймой, ремень с железными заклепками, меч в украшенных драгоценными камнями ножнах.

— Отдай, пока не поздно! — потребовал колдун.

— Ни за что! — Чарли спрятал зеркало за спину.

Вдруг барабанный бой смолк, и в полной тишине появились темнокожие люди в белых накидках, вооруженные блестящими мечами, ножами и боевыми топорами.

— Ого!

Колдун выхватил меч и со свистом метнул его на кафельные плитки пола. Пол задрожал, а между плитками начали прорастать острые как бритвы шипы. Лизандр с Чарли безуспешно пытались удержаться за стены, но пол ходил ходуном и вздымался так сильно, что мальчики упали на колени.

— Держись, Чарли, — прохрипел Лизандр.

Воины в белых накидках махнули своим оружием над самыми плитками. Пол перестал трястись, и ужасные шипы поникли, как увядшие цветы. Чарли с Лизандром поднялись на ноги и привалились к стене.

Следующий вопль колдуна был таким пронзительным, что Чарли зажал уши руками. Зеркальце выскользнуло у него из руки, но Лизандр успел подхватить его. А затем началась настоящая битва.

Колдун метал в приближавшихся духов то лед, то огонь. Он вызвал тучи змей и скорпионов, чудовищного великана, саблезубого тигра и даже двухголового дракона, но духи предков без труда справились с ними.

Оливия с мамой не смогли удержаться и чуть-чуть приоткрыли кухонную дверь. Картина битвы в собственной прихожей привела миссис Карусел в полное изумление. Интересно, обретет ли прихожая когда-нибудь вновь жилой вид?

Наконец колдун с гневными воплями начал отступать. К моменту своего исчезновения он превратился в слабую, дрожащую копию того, кем он был в начале сражения.