Дженна Вулфхарт – Из Искр и Пепла (страница 16)
Нелли присела рядом и взяла мою руку.
– Почему он так поступил с тобой? Я думала, он готовил тебя к свадьбе. Все эти купания и прихорашивания. Почему он перестал заботиться о тебе и снова стал мучить?
– Он думает, что я заставила туман пересечь мост, – я приподнялась на локте и поморщилась от очередного приступа боли. – Это начало происходить после того, как я вернулась в Альбирию. Думаю, Оберон хотел, чтобы я остановила туманы.
– Но ты не та, кто их контролирует, – лицо сестры побледнело. – Что собирается делать Оберон, если туманы не остановятся?
Хороший вопрос. И я не хотела знать ответ. Если туманы не вернутся за разлом, ярость, которую Оберон испытывал по отношению ко мне, только усилится. Он решит, что пытки меня не сломили. И тогда он под его ножом окажется кто-нибудь другой.
– Нам нужно вытащить тебя отсюда, – прошептала я, бросив взгляд в конец коридора, где стояли стражники. – Тебя, маму и Вэл.
– Если я покину это место, ты тоже. – Сестра нахмурилась: – Но это невозможно. Мы заперты здесь, а стражники никогда не покидают своих постов. Они скорее убьют нас, чем дадут сделать хоть один шаг из этой клетки.
– Мне нужно найти способ победить Оберона в его собственной игре. Я просто пока не знаю, как это сделать. У меня есть время. До свадьбы еще больше недели.
– Меньше, если он собирается так обращаться с тобой все это время, – взгляд Нелли опустился на мою спину. – Теперь позволь мне взглянуть на твои шрамы. Нам нужно выяснить, сколько времени тебе потребуется, чтобы прийти в себя.
Я прочла между строк: так или иначе, нам еще предстояла битва. И мне нужно было набраться сил – пусть человеку и не тягаться с фейри, – как можно скорее. Когда Оберон снова придет за мной, мои опухшие шрамы будут наименьшей из забот.
Поморщившись, я перевернулась, чтобы подставить для осмотра спину. Нелли осторожно приподняла мою тунику и довольно долго смотрела на раны, прежде чем зашипеть сквозь зубы. Это напомнило мне о тех временах, когда мы были детьми, – Нелли уже тогда ухаживала за мной. Моя младшая сестра, мать-наседка.
– Что бы он ни сделал, это каким-то образом снова повредило кожу, – ее голос был жестким. – Раны выглядят такими свежими. Как в тот день, когда он тебя ранил… Они должны затянуться через пару часов, но ты, скорее всего, будешь чувствовать боль в течение нескольких дней.
– Что, во имя света, за хрень он насыпал на них? – пробормотала я в подушку. – Мы за защитным барьером. У меня даже шрамов больше не должно быть. Прошло шесть лет, а они все еще ноют, а теперь еще и кровоточат…
– Шесть лет? – резко спросила Нелли.
– Да, – я подняла голову, когда она запахнула тунику, и ткань коснулась моей ноющей кожи. – Оберон появился в деревне шесть лет назад. После того, как отец вернулся со своих поисков. По ощущениям, прошло гораздо больше времени, но я помню все так, словно это случилось вчера. Для тебя так же? Ты была там, махала на Оберона метлой. Знаешь, мне навсегда запомнилось, какой храброй ты была в тот день. Я полюбила эту чертову метлу.
Сестра встала с кровати и подошла к решетке, повернувшись ко мне спиной.
– Нелли, что случилось? – я нахмурилась.
Она повернулась ко мне и покачала головой.
– Неужели ты не
Сердце бешено заколотилось. Я медленно поднялась на шаткие ноги. Нелли не смотрела на меня, и странное ощущение покалывало мою шею, как будто за спиной стояло что-то невидимое и непознаваемое. Призрак прошлого, который превратится в тени, стоило только повернуть голову. Даже сейчас мне казалось, что я смотрю на мир сквозь матовое стекло. Мгла поглотила разум, утопив меня в тумане.
– Не помню что? – прошептала я. – Я не понимаю, что ты пытаешься сказать.
– Двадцать лет назад, – Нелли нахмурилась. – Тебе было пять. Мне было три. Именно тогда он впервые попытался вырезать их у тебя. Это должна была быть я, потому что я была младше, но ты настояла, чтобы он выбрал тебя. Ты всегда защищала меня. Всегда. И я тоже всегда буду защищать тебя.
– Чего? – мое сердце упало; весь мир, казалось, накренился перед глазами. – Ты хочешь сказать, что Оберон пришел за мной двадцать лет назад, и что я… я этого не помню? Это невозможно. В этом нет никакого смысла. Я…
До того дня у меня не было шрамов. Оберон разрезал мне спину шесть лет назад.
Что-то взвыло внутри меня. Звериный рев, эхом отдавшийся в пещерах моего сознания. Я пыталась уцепиться за слова Нелли, но мне казалось, будто по моему разуму скребут когти. Я зажала уши руками, тяжело уселась на койку и наклонилась вперед.
Нелли мгновенно появилась рядом со мной. Она убрала мою руку от уха и грустно улыбнулась.
– Мне жаль. Забудь, что я сказала. Думаю, я просто запуталась, вот и все. Тебе нужно немного отдохнуть. Ты поправишься намного быстрее, если сделаешь это.
– Нет. Подожди. Секунду назад ты была убеждена…
– Как я уже сказала, я была неправа, – быстро прошептала она. – Я запуталась. Прошлой ночью мне приснился кошмар. У меня все перемешалось в голове.
Она не смотрела на меня.
– Нелли, – я нахмурилась.
– Отдохни немного, – сестра обвила руками мою шею и зарылась лицом в мои волосы. – Я люблю тебя, Тесса. Мы сможем вытащить тебя отсюда.
Я покачала головой, глядя, как Нелли прошлепала через камеру и забралась в свою кровать. Что происходит? О чем она говорила? Как бы она ни пыталась увести разговор в другую сторону, я знала, что она говорила не о недавнем ночном кошмаре. Она действительно верила, что Оберон напал на нас так давно, и что я каким-то образом об этом забыла. Но как такое могло быть?
Откинувшись на кровать, я попытался вспомнить те ранние дни, но мои воспоминания о детстве всегда были размытыми. Я думала, что это нормально. Шли годы, и новые воспоминания вытесняли старые. Но как я ни старалась бодрствовать и разобраться во всем этом, сон вскоре овладел мной, как будто какая-то часть меня не хотела блуждать в прошлом.
Я ощущала его присутствие. В воздухе жужжало электричество, как будто мир слегка сдвинулся, чтобы вместить безграничную силу. Холодный ветер сносил туман и снег в мою сторону, и когда я обернулась, то вздрогнула. Внутри все сжалось – передо мной стоял Король Тумана.
Его острые как бритва уши прорезали темные волосы, развевающиеся вокруг угловатого лица. Как и в прошлый раз, когда я видела его, на нем были облегающие брюки и расстегнутая туника, подчеркивающая рельефы пресса. Увидев меня, он слегка сжал кулаки, и сильные руки вздрогнули от напряжения. Сапфировый взгляд пронзил мою душу.
Мгновение я едва могла дышать.
– Я рад, что с тобой все в порядке, – наконец-то сказал Кален. – Когда ты исчезла прошлой ночью, я не знал, что и думать.
– Нелли разбудила меня. Я бормотала во сне, и она боялась, что стражники услышат. Мы не хотели, чтобы Оберон узнал, что я могу с тобой разговаривать.
Между нами пульсировало странное напряжение. После прошлой ночи мы как будто заключили неловкое перемирие. То, что я увидела… заставило меня понять его лучше, чем раньше. Наше совместное путешествие сквозь туманы на самом деле было только поверхностным знакомством. Вина и долг тяжким грузом лежали на плечах Калена. Он хотел поступать правильно, но его прошлое было запятнано болью, насилием и предательством. И он застрял в клятве, от которой никогда не сможет избавиться.
Я хотела злиться на него за то, что он сделал с моим отцом, но не могла. Как бы трудно ни было примирить мои воспоминания об отце с тем, что я видела в воспоминаниях Калена, я знала, что отца нужно было остановить. И Кален был вынужден нести этот долг.
– Мне нужно спросить тебя о туманах, – его ровный голос прорезал нарастающее напряжение. – Что ты имела в виду, когда спрашивала, как близко я нахожусь к Альбирии?
– Туманы надвигаются на мост. Ненамного, но они стали ближе. Оберон понятия не имеет почему. Он в бешенстве из-за этого, да и придворные требуют ответов. Они думают, что барьер может рухнуть.
Кален замер.
– Туманы пришли в движение.
– Ты знаешь, что это значит? – спросила я. – Если не ты за это в ответе, тогда…
Дрожь пробежала по моей спине. Это было то же самое чувство, что и раньше, когда казалось, что чьи-то глаза прожигают дыры в моей спине. Я повернулась лицом к ветру, который взъерошивал растрепавшиеся пряди моих волос, и раскат грома прорезал усыпанное звездами небо.
– Тесса, – предупредил Кален, схватив меня за руку.
– Что происходит? – мой пульс участился.
– Оборотни идут. Их трое. Нам нужно бежать.
Оборотнями теневые фейри называли чудовищных демонов тьмы, которые охотились в туманах. Как они здесь оказались?
Я прищурилась, вглядываясь в затененный пейзаж, и да, прямо там, вдалеке… к нам неслись три большие фигуры. Я сделала шаг назад, наткнувшись на Калена, и его рука крепче сжала мою. Но даже его тепло не смогло прогнать внезапный холодок в моих костях.
– Я не понимаю. Они не могут причинить нам вреда, верно?
– Я не знаю, – прорычал Кален. – Я не приводил их сюда. Я не контролирую себя.
Оборотни уже были достаточно близко, чтобы я могла видеть их удлиненные клыки, сверкающие в лунном свете. Воспоминания о туманах нахлынули на меня, вызывая тошноту. Ощущалось это так, словно гигантский кулак, стиснув мое сердце, выжимал из него кровь. Я знала, что мне нужно бежать. Но не могла заставить ноги двигаться.