Дженн Лайонс – Память душ (страница 154)
По всей вероятности, это были Хоред и Омфер. Больше никого не оставалось.
Тиа повернулась к Релосу Вару, ее переполняли эмоции, но в основном это была ярость. Она вскинула руку, и магия закружилась вокруг нее. А Релос Вар повторил ее движения, высоко подняв жезл. Затем взглянул на него и опустил – вероятно, решив, что он бесполезен против такого врага.
– Сенера, – сказал Релос Вар, не отводя взгляда от Богини Магии. – Пора уходить.
Взгляд Сенеры метнулся к Турвишару, потом снова к Релосу Вару.
Секундное колебание.
– Да, мой господин. – Сенера начала открывать портал.
Турвишар стиснул зубы и отвернулся.
– Все кончено, – тихо сказал Релос Вар, – разве ты не видишь, Ирисия? – его голос обволакивал настоящее имя Тиа в нежнейший бархат.
– Еще нет, – ответила Тиа. – Еще совсем ничего не кончено.
– Верно, – согласился Релос Вар, – но я думаю, что на этот день убийств было более чем достаточно. Даже для меня потеря Роламара – это уже слишком. – Он произнес это имя с ловкостью идеально поставленного ножа, скользящего по вене.
Глаза Тиа расширились.
– Что?
Джанель скрыла замешательство, но понявший, о чем идет речь, Турвишар громко выругался.
– Что случилось с Роламаром? – слабо спросила Тиа.
– Они не рассказали тебе о нашем сыне? – Релос Вар медленно отступил к Сенере. – Его убил твой «герой» Кирин. Возможно, навсегда. В любом случае единственный человек, который знает, как вернуть его обратно, как восстановить его разум, – это… – он пожал плечами, – …я.
Роламар. Желудок Джанель перевернулся. Она не понимала… Она вообще никак не могла понять, что дракон, убивший Терина, был ее… боги… ее братом.
– Он лжет, – прорычал Турвишар.
– Просто уходи, – сказала Тиа.
– Нет! Он не может просто так уйти! – закричала Джанель. – Ты стольким мне обязан, Ревас! – Она использовала его настоящее имя, не задумываясь, не думая о том, что оно выдает.
Релос Вар остановился, обернулся и с нежностью глянул на Джанель:
– Жаль, что ты не могла видеть выражение моего лица, когда Сенера сказала мне, кем ты была. Это имя я не слышал очень давно. Хорошо, что ты вернулась, Синдрол.
– Синдрол мертва, – тупо обронила Джанель. Она почувствовала, как мать подошла к ней, обняла за плечи и прижала к себе. Она безумно хотела ответить на эти объятия, но… не сейчас.
– Да, – ответил Вар. – Полагаю, что да. Как и Ревас, в каком-то смысле. Так что здесь мы закончили.
– Конечно, ты закончил, – сказала Джанель. – Ты получил именно то, что хотел. Снова.
Релос Вар вскинул руки в жесте «И что ты с этим сделаешь?», а Сенера открыла позади него портал. Если какие-то барьерные розы когда-либо и защищали эту область Кирписа, они давно были уничтожены.
– Как и всегда, моя дорогая, – заверил ее Релос Вар. – Как и всегда. – Он бросил взгляд на Турвишара, который, сузив глаза от ненависти, изучал его.
Релос Вар кивнул внуку. Затем они с Сенерой прошли через портал и закрыли его за собой.
113. Последний танец
Мне надрали задницу. Джанель когда-то описывала, как быстро сражается Таэна, но я никогда не соотносил старуху, которую я впервые встретил на аукционе в Кишна-Фарриге, с грациозным воплощением смерти. Опыт оказался неумолимым учителем. Порой Таэна была лишь размытым пятном. Пусть я больше и не могу поблагодарить Таджу за то, что я выжил, но хотя бы укажу, что у меня был фантастический учитель фехтования.
Но нельзя сказать, что я не потерял самообладания. Таэне даже не нужно было использовать магию, чтобы убить меня. Она делала все по старинке, болезненно отрезая от меня кусочек за кусочком.
Я изо всех сил пытался отбиться, но этого было явно недостаточно. Я не мог дотянуться до нее, у нее было два меча против моего одного, и она была гораздо
Мне удалось слегка порезать ей руку, но это едва ли шло в сравнение с испещрившими меня следами ее клинка. Я услышал песнь Уртанриэль, но понятия не имел, где сейчас Ксиван и доберется ли она до меня вовремя. Я вполне мог истечь кровью еще до того, как бой закончится.
Я как мог изучал Таэну, выискивая любую лазейку, любое слабое место. На кону стояла не только моя жизнь. Я отбил один ее меч вверх, увернулся от второго и рубанул своим по ее руке – потрясенная Таэна выронила меч.
– Ты забыла, кто меня обучал?
– Я устала от этих игр, – прорычала она, – и теперь мы подошли к концу представления.
Я взглянул на Тераэта позади нее, а она рванулась вперед. Как ни странно, мне показалось, что он действительно слишком долго не заканчивал. Словно уже несколько раз начинал сначала.
Я едва успел парировать ее удар мечом. Он скользнул по моему предплечью, вместо того чтобы нанести гораздо более смертельную рану. Но потом она сделала что-то слишком быстрое, и я не мог уследить за ней. Я упал на землю, мой меч приземлился слева от меня.
Я пополз к нему, а Таэна медленно последовала за мной. Она совершенно не спешила.
По камню скользнул эфес Уртанриэль, и меч остановился рядом со мной.
– Ты обронил его, – сказала Ксиван.
Я перекатился, схватил меч и вскочил на ноги. Уртанриэль обернулась в сверкающий серебряный слиток, поющий гармонии в моем сознании, хор парящих облаков.
Таэна нахмурилась, потом огляделась. Она не могла понять, откуда взялся меч.
Но Ксиван стояла прямо там. Стояла в открытую. И Таэна ее не видела.
Я сразу понял, что это значит. Где-то здесь была Валатея, которая носила Краеугольный Камень, способный одурачить Бессмертного, – Разрубатель Цепей. Я не видел ее во время битвы, но она была в зале Парламента, когда Релос Вар создал свои врата. А затем в меня хлынул поток тенье, давая мне энергию, исцеляя мои раны.
Мои родители добрались до платформы. Если кто и знал, как исцелять издали, так это и были они двое.
Я не хотел давать Таэне слишком много времени на размышления о том, кто еще может быть с нами на платформе. Я атаковал, быстро приблизившись к ней, размахивая Уртанриэль и изо всех сил стараясь не напороться на ее меч.
Но это был совершенно новый танец. Теперь в моих руках была Уртанриэль, а это означало, что Таэна столкнулась с реальной угрозой. С такой, к которой она должна была отнестись серьезно. Теперь я наносил удары, используя изменчивую природу Убийцы Богов, чтобы пробить ее защиту.
Возможно, это имело бы значение, если бы я помнил, что я Саррик. Но я не помнил. Она прожила тысячи лет. Я прожил двадцать.
Она сделала ложный выпад и оттолкнула мою руку, а затем вызвала новый меч и полоснула меня по запястью, перерезав мне сухожилия, необходимые, чтобы держать хоть что-то, не говоря уже об оружии. Уртанриэль с мучительной медлительностью выпала из моих дергающихся пальцев.
Таэна поймала его прежде, чем он упал на землю.
– Пора с этим покончить. – Таэна с отвращением осмотрела меч в своей руке и бросила его на землю позади себя. А затем схватила меня за горло и приподняла, сжав пальцы. – Попробуем еще раз. Мы снова заключим в тюрьму Вол-Карота и купим себе века, которые нам нужны, чтобы найти героев, которые будут
Взрыв энергии ударил в нее. Пошатнувшись, Таэна уронила меня на землю.
– Ты слишком много болтаешь, – сказала Валатея.
– Вот ты где, – фыркнула Таэна. – А я уже задумалась. Спасибо, что избавила меня от усилий искать тебя.
Я сжал раненую руку, пытаясь хотя бы остановить кровотечение. Валатея дала мне несколько секунд. Я намеревался использовать их с умом.
–
Таэна усмехнулась и попыталась что-то сказать. Попыталась.
Она вдруг удивленно заморгала, а долю секунды спустя сверкающее острие серебряного меча вырвалось из груди Таэны вместе с брызгами крови.
Таэна опустила взгляд, рассматривая себя, как будто не могла поверить в то, что только что произошло.
Тераэт стоял позади нее, держа Уртанриэль.
Должно быть, контроль Таэны над ним рухнул в тот момент, когда она схватила меч. А потом она этот меч отбросила за спину. Прямо к нему.
– Ты ничего не можешь сделать, чтобы остановить меня, – закончила Валатея.
– Тераэт… – Таэна повернулась к сыну. Он чуть шевельнул рукой – одним резким, эффектным движением. Голова Таэны отделилась от тела. А затем и то и другое рухнули на землю.
Тераэт стоял несколько долгих секунд, каждая из которых была достойна вечности Шадраг-Гора, разглядывая труп матери. А затем рухнул на колени.