Дженн Лайонс – Имя всего Сущего (страница 75)
Я вдруг поняла, что в наших легендах нет ничего, что могло бы описать магию ванэ. Ярлык «Кровь Джораса» тут был неприменим, но вряд ли их можно было назвать запятнанными кровью маракорцами.
– Я здесь, потому что мне порекомендовал вас наш общий друг.
Он сел за доску зайбура и взял два начальных камня, один деревянный, другой металлический, держа по камню в руке.
– Нас никто не слышит, так что можешь прямо говорить, что ты думаешь. Тебя послала ко мне Таэна, потому что она хочет кое-что сделать, но не знает, как это сделать самой, и хочет, чтобы эту проблему решил я. Ты умеешь играть? – Он заложил руки за спину.
– Меня научил дедушка, – призналась я и, когда он вытянул сжатые в кулаки руки, коснулась левой. – Что касается Таэны, я не могу говорить о мотивах богов.
Он раскрыл ладони. Получалось, что я выбрала деревянный жетон, а значит, он ходил первым. Ему повезло.
– Я знаю ее уже давно. – Судя по его тону, поклонником Таэны он не был.
– Тераэт – твой сын? – Вопрос вылетел у меня изо рта, прежде чем я успела замолчать.
Он заморгал, глядя на меня с открытым ртом и явно передумав произносить то, что собирался.
– Ты знакома с Тераэтом?
Он повернул доску поперек, так, чтобы мы могли играть вдоль длинного края.
Я просмотрела игровые фигуры. Разные наборы состояли из разных фигур. В этот набор, естественно, входил Хорсал, и любой мог бы предположить, что джоратский жеребец выберет именно его. Поэтому после минутного колебания я выбрала королеву-колдунью Сулесс.
– Он, должно быть, твой родственник. Не хочу обидеть тем, что говорю, что ты на него похож. Он кто? Сын? Брат?
Он улыбнулся и сделал свой выбор, совершенно над ним не задумываясь: это был бог-король Немесан, хорошо подходящий для начала, с сильным нападением.
– Технически он мой внук.
– Технически? Он либо твой родственник, либо нет.
Он удивленно рассмеялся:
– Полагаю, что все-таки да. Пожалуйста, пойми меня правильно. Я не стыжусь Тераэта. Как раз наоборот. В прошлой жизни я очень ему благоволил.
Я почувствовала, как моей спины ледяными пальцами коснулся холодок.
– Ты знаешь о своей прошлой жизни? Как? Я думала, что люди теряют все воспоминания о предыдущих жизнях, когда возрождаются. – Я выбрала фигуру дракона, на миг задержавшись перед этим.
Я насчитала в общей сложности восемь фигур драконов. Как я раньше этого не замечала? Я невольно задалась вопросом, были ли у них имена и было ли одно из этих имен Эйан’аррик.
– Это не я возродился, а он. – Он указал на меня: – Точно так же, как возродилась ты, будучи когда-то частью жизни Тераэта. – Увидев выражение моего лица, он жестоко ухмыльнулся, отчего его лицо разом утратило всю привлекательность. – Ну же. Разве ты никогда не встречала никого, с кем бы у тебя была какая-то связь, даже если это не имело никакого смысла, даже если ты не могла понять почему? Кто-то, к кому ты сразу же прониклась недоверием или про кого знала, что он бросится за тобой в огонь? Или ты за ним? Не так уж трудно поверить, что души, связанные в одной жизни, ищут друг друга в следующей. – Он пожал плечами: – Или в то, что Восемь могут отслеживать определенные души из одной жизни в другую.
Я прочистила горло и отвернулась. Я чувствовала такую непосредственную связь с Тераэтом.
И такую же, хоть и не столь позитивную, с Релосом Варом.
– Так в чем же Таэна не может разобраться сама?
– Мне нужно украсть копье по имени Хоревал.
Он уставился на меня так, как будто я только что сказала ему, что лед горячий.
– Зачем?
– Таэна думает, что копье способно убить Эйан’аррик. – Слова сорвались у меня с губ, подобно признанию. – Релос Вар посылал драконицу в Джорат, заставляя ее атаковать города. И хотя я знаю, что не могу напасть на Релоса Вара напрямую, я могу напасть на его союзников, разрушить его поддержку. Без Эйан’аррик ему будет труднее… – Я запнулась. – Делать то, что он делает[140]. Таэна сказала, что ты можешь мне помочь.
– Таэна солгала.
Я запнулась, опрокинув фигуру.
– Что?
Ванэ из Манола вздохнул:
– Ты хочешь, чтобы я помог тебе проникнуть во дворец герцога Каэна, да?
Я моргнула. Я ведь не сказала, у кого копье.
– Таэна сказала, что ты знаешь, как это сделать.
– Технически это верно. Но если она утверждала, что я помогу тебе, она солгала. Я не буду тебе помогать.
– Что? Но…
– Для тебя это буквально будет стратегическим самоубийством. Возможно, женщина, которая контролирует силы самой смерти, не понимает, что на самом деле это значит. – Он начал расставлять свои фигуры на доске.
Я прищурилась, глядя на него:
– Тераэт уже говорил с тобой об этом?
– А он сказал тебе не делать этого? Мне уже нравится это воплощение. Ты могла бы уже разместить свои фигуры на доске.
– Что? Проклятье!.. – Я покраснела, когда поняла, что вместо того, чтобы играть, была слишком занята спором с ним. Я поспешила, стараясь не отставать.
Митрос криво усмехнулся:
– Ты молода и одарена, и ты настоящая дочь своей матери, но не совершай ту же ошибку, которую совершает Таэна. Ту же ошибку, которую она
– Я и не совершаю! Я знаю, что он опасен!
– О? Ты знаешь, что он опасен. Хорошее начало. – Он первым передвинул свою фигуру, немедленно прижав мою фигуру к адаманту. – Чтобы проникнуть во дворец герцога Каэна, тебе понадобится одобрение Релоса Вара. Ему придется поверить, что он завербовал тебя – что ты перешла на другую сторону. Но он никогда не примет твое отступничество за чистую монету. Если бы он так поступил, он бы был круглым дураком, а мы с тобой уже установили, что Релос Вар не дурак. Так что же мешает ему просто создать тебе гаэш?
Я замерла как вкопанная.
И снова почувствовала озноб.
– Он закует твою душу в цепи, – сказал Митрос. – Почему нет? Нет ни одной причины, по которой он бы поверил в твою преданность. Но он может сделать так, что ты не сможешь ослушаться его. Для того чтобы убедить Релоса Вара, что ему не нужно создавать твой гаэш, тебе потребуется по-настоящему подлая демонстрация преданности. Настолько ужасная, что ты потом не сможешь жить в ладу с собой. Меньшего он не примет. Может быть, те, кто служит ему, и не начинают как монстры, но заканчивают они именно так[141].
Я боролась с паникой и желанием наброситься на него в ответ, закричать, что он ошибается, что я смогу заставить Релоса Вара не создавать мне гаэш.
Но что, если он не ошибся?[142] Это было бы настоящей глупостью, вмешаться в эту ситуацию без учета, что Митрос мог быть прав[143].
– Возможно, ты прав, – сказала я и захватила одну фигурку, но эта победа была слишком мала и незначительна.
– Тогда я не могу тебе помочь, и ты не должна желать моей помощи. – Он откинулся на спинку стула. – Теперь, если ты хочешь присоединиться к Красным Копьям, я буду рад видеть тебя среди них. О, и эту маракорку тоже. Она стреляет достаточно хорошо, чтобы быть Дираксоном.
Я прочистила горло и пропустила его комментарий мимо ушей.
– Я сказала, что ты, возможно, прав. Но я знаю, что Релос Вар не верит в те же правила, что и мы, джоратцы. Он использует их против нас. Ты думаешь, я должна оставить его в покое, но я не думаю, что он оставит
Его губы сжались.
– Прискорбно.
– Таэна думает, что он не причинит мне вреда.
– Это не Таэна умрет или получит гаэш, если ошибется. И, как я уже говорил, он бы завербовал тебя, если бы считал твою преданность искренней…
– Тогда это может сработать…
– Не стоит недооценивать его способность распознавать правду[144]. Ему трудно соврать, и как только он тебя поймает, он вывернет тебя так, что тебя невозможно будет узнать.
Я сглотнула и отвела взгляд:
– Я видела, что он сделал с Тамином.
– И Тамин не лгал ему.