Дженн Лайонс – Имя всего Сущего (страница 161)

На лице Джанель появился ужас:

– Он ведь не ранен? Я совершенно не знаю, что случилось там, внизу…

– Мы пришли сюда как раз, чтобы выяснить, – сказала Тьенцо.

– Я не думаю, что Коун ранен, но Релос Вар обманул нас всех. Видишь ли, я не разрушил Краеугольный Камень. – Кирин почувствовал, как к горлу подкатила тошнота. Где-то там, далеко, Релос Вар только что отметил еще один пункт в своем списке, приблизившись на шаг к тому ужасному событию, которое он пытался вызвать. Исполнение пророчеств. Как будто в этом было что-то хорошее.

Кирин посмотрел на воду. Неподалеку работали, переговариваясь, люди, слышались стоны и крики боли.

Выражение лица Тераэта сменилось с яростного на настороженное.

– Кирин, я вытащил тебя и Турвишара из воды. Коуна там не было. Как и Уртанриэль.

– Именно. Я думаю, Коун взял ее с собой, после того как вырубил меня.

Это мог быть только Коун. Кирин видел, как упал Турвишар, а сам он стоял лицом к лицу с Релосом Варом. Коун был единственным человеком, который мог бы это сделать.

Джанель в ужасе уставилась на него:

– Нет, этого не может быть. Релос Вар, должно быть, что-то сделал, как-то обманул…

Кирин сжал губы и встретился взглядом с Тераэтом. По крайней мере, на данный момент ванэ забыл о ревности ради более важных дел. И они оба сейчас считали, что все недавно произошедшее относилось к категории «плохого». Тераэт одарил Кирина единственным благодарным кивком.

– Нет, – сказал Кирин, – не думаю. Коун просто только что выяснил, на чьей он стороне, вот и все. Мне действительно жаль, Джанель.

Джанель широко распахнула глаза от потрясения. Тераэт подошел и положил руку ей на плечо.

– Я понимаю, это выглядит ужасно, – сказала Тьенцо, – но мы найдем Релоса Вара. Теперь все будут его искать. Может, мне и не нравятся академические охотники на колдунов, но они хорошо справляются со своей работой. Мы найдем его – и мы найдем Уртанриэль.

– Ты не понимаешь, – сказал Кирин.

– Думаю, все не так уж и плохо, – сказала Тьенцо. – За последние часы по всей империи никто не сообщал о нападении демонов.

– Разумеется, – вздохнул Кирин. – Потому что все демоны попрятались.

– Я это заметила, – тупо пробормотала Джанель. – Я просто не понимала почему? Они даже не пытаются напасть на Разрыв.

– Сорванец, о чем мы не знаем?

– Я почувствовал это, Тье. Я почувствовал, когда Вол-Карот проснулся. Вот чего хотел Релос Вар. Вот ради чего он все это организовал. – Кирин рассмеялся, мрачно и безнадежно. – Вар убедил меня, что он заинтересовался Джанель, что она была в центре его внимания, что все это было связано с ней. Но весь смысл заключался в том, чтобы обманом заставить меня разбудить единственное существо, которое я никогда бы не освободил по собственной воле. Вол-Карот больше не спит.

Джанель прорычала:

– Клянусь, когда-нибудь я так или иначе убью Релоса Вара!

– Давайте соберем всех, нам нужно поговорить, – вздохнул Тераэт.

64: Ледяная герцогиня

Долина Боргева, Йор, Куурская империя.

Через четыре дня после нападения на Атрин

Ксиван Каэн окинула взглядом долину, наблюдая, как к ней направляется, неся на плечах оленя, Отвергнутая. Расположенные позади Ксиван горная усадьба и пещерная система клана Байкино, Арсаг, гудели от напряжения. Крутая тропа была спроектирована так, что на ней было трудно ориентироваться: вся она была усеяна острыми выступами и крутыми, коварными обрывами. Арсаг был совершенно не рад прибытию Ксиван.

Тем не менее для того, чтобы местные мужчины согласились на переговоры, убить пришлось всего полудюжину – или около того.

– Достопочтенная, – сказала женщина, проходя мимо Ксиван и направляясь в главное здание. На лице Отвергнутой был нарисован такой же знак, как и у Ксиван. И такой же знак теперь носили все мужчины, женщины и дети в усадьбе – благо теперь они поняли его значение и пользу.

Ксиван собиралась однажды очистить Весенние пещеры под каждой усадьбой – так же, как это каким-то образом сделала Джанель. А пока отравленный камень не причинял вреда йорцам. Когда местный глава понял, какой дар она им предложила, он стал настолько сговорчивым, что даже пригласил ее внутрь.

Разумеется, это был не совсем дар. Больше это походило на сделку, но цена была очень проста: любые новости о местонахождении Сулесс.

Когда Релос Вар и его ученик Коун вышли из портала, выражение лица Ксиван не изменилось. Релос Вар не обращал внимания на холод, а вот Коун был укутан в меха.

– А ты довольно нагл, – сказала Ксиван. – Где мое копье?

Вар скорчил гримасу:

– К сожалению, я не смогу его вернуть, но я принес кое-что в качестве извинений. Коун?

Коун опустился на колени и положил на землю выглядящий довольно просто меч. Релос Вар повернулся к Ксиван:

– Как себя чувствуешь, моя дорогая?

– По-прежнему мертвой, – ответила она. – А теперь я почти так же мертва внутри, как и снаружи, но, к счастью, меня согревает ненависть.

Релос Вар поморщился:

– Мне так жаль. Хотя я уверен, ты его вернешь.

– Но он будет не в своем уме. – Она сделала паузу. – Он ведь и раньше был не в своем уме, верно?

Релос Вар помолчал, а затем кивнул:

– Увы. Сулесс в этом весьма хороша.

– И ты ее не остановил. – Казалось, Ксиван даже не расстроилась. Она просто изложила факты. Он не остановил Сулесс. Он мог.

– Я сказал твоему мужу уничтожить Сулесс, когда у него была такая возможность. Он отказался. Возможно, я был не согласен с его решением, но я всегда позволяю своим друзьям делать собственный выбор.

Ее глаза блеснули, а на лице впервые появились эмоции.

– В самом деле? Ты манипулировал всеми, кого когда-либо знал.

Релос Вар пожал плечами:

– Не собираюсь извиняться за то, что благодаря мне определенные варианты действий стали более привлекательны, чем другие.

– Если б я могла, я б убила тебя! – вздохнула Ксиван.

– Но ты можешь, – сказал Релос Вар. – Меч, который мой ученик только что положил на землю, – Уртанриэль.

Она удивленно заморгала, уставившись на оружие.

– Ты нашел его. Ты действительно нашел его.

– Да. Ну, точнее, мой брат его нашел. – Релос Вар вскинул руки, словно говоря: «И с этим ничего не поделаешь!» – Я думаю, Ажен хотел бы, чтобы он был у тебя, если бы сам не мог им владеть.

– Он меня не уничтожит? – Она не отводила взгляда от оружия.

– Вовсе нет, – сказал Релос Вар. – Но он помешает тебе питаться и исцеляться за счет этого. Однако его сила действует лишь тогда, когда меч обнажен, поэтому я бы не стал держать его без ножен более трех-четырех часов подряд. За исключением этого, я не вижу причин, по которым ты не можешь владеть Уртанриэль. И действительно, я думаю, мы оба можем согласиться, что ты могла бы прекрасно использовать его против определенных людей.

Ксиван уставилась на него:

– Сулесс…

– Меч не зря называют Убийцей Богов. – Релос Вар улыбнулся: – И я действительно хочу, чтобы ты ее нашла. У Сулесс талант к непредсказуемости, и потому я хотел бы убрать ее с доски.

Ксиван уставилась на клинок. Релос Вар собирался использовать ее. Она знала это. Он готов был использовать ее в своих собственных целях; и для него не имело никакого значения, чего она сама хотела. Он мог говорить, что хочет, чтобы она убила Сулесс, но Ксиван знала, что имена, которые он действительно хотел вычеркнуть из своего списка, скорее звучали как Хоред, Таджа, Омфер, Галава, Аргас, Тиа и Таэна. Ксиван Каэн никогда не верила словам Релоса Вара о дружбе с ее мужем. Чтобы узнать кукловода – достаточно лишь взглянуть на него.

Ксиван подняла меч.

Послесловие

И, наконец…

Глубоко в сердце Кортаэнской Пустоши в центре города соединялись восемь потоков света. Город, когда-то называемый Каролаеном, а ныне Харас-Гулготом, существовал лишь как могила и тюрьма, поддерживаемая с одной целью: заточить развращенного бога тьмы и забвения восемью цепями света.