Дженива Роуз – Одна из нас мертва (страница 9)

– Теперь, когда ты не замужем, тебе кто-нибудь приглянулся? – поинтересовалась Киша.

– Благовоспитанные дамы никогда не говорят о таких вещах, – ответила я, засмеявшись и икнув.

– Вот это да! – Киша захлопала ресницами и начала красить ногти на другой моей ноге.

– Нет, ты меня не поняла, – сказала я, быстро шевельнув запястьем. – Я по-прежнему люблю Брайса и надеюсь, что когда-нибудь мы с ним соединимся вновь.

Киша и Дженни переглянулись и сдвинули брови. Я понимала, что, по их мнению, я спятила, раз говорю такое, но, несмотря на все, что Брайс заставил меня пережить, я по-прежнему любила его. Мы с ним были хорошей парой. Просто у него был кризис среднего возраста, очень затянувшийся кризис среднего возраста. Дженни прислонилась к своему креслу, и ее лоб собрался в складки. Я видела, что она хочет спросить меня о чем-то, но Дженни всегда была очень деликатна и ни в коем случае не желала никого обижать.

– Полно, Дженни, просто скажи то, что ты хочешь сказать, – фыркнула я. Она подошла ко мне и долила в мой бокал еще шардоне. Если считать и шампанское, и вино, я выпила уже почти две бутылки, и теперь мои слова лились легко и свободно, произносимые с протяжным южным выговором.

– Ты правда считаешь, что Брайс вернется к тебе? – спросила она. – Он же вступил в новый брак.

– Он развелся один раз, а значит, может сделать это снова, – невозмутимо ответила я.

Киша и Дженни кивнули. Я знаю, что они были не согласны со мной и, скорее всего, считали, что я неадекватна. Но они увидят. Они все увидят. Брайс не проявлял ко мне интереса, когда я начала подбивать к нему клинья четырнадцать лет назад. Он был слишком зациклен на своей карьере. Но тогда я заставила его передумать и могла бы сделать это снова. На протяжении нашей совместной жизни я постоянно предупреждала его, что стала бы самой худшей бывшей женой, которая только может у него когда-либо быть, потому что никогда ничего не забываю и никогда ничего и никого не отпускаю, включая бывших мужей.

– Говорят, если ты кого-то любишь, то отпусти его – а если он не возвращается, то пойди и сама верни себе этого говнюка. – Я фыркнула.

Киша засмеялась, а Дженни посмотрела на меня с жалостью, но быстро обратила это в легкую улыбку.

– Какие у тебя планы на вечер? – спросила Дженни, сменив тему.

– Мне надо завершить приготовления к торжественному приему, который должен состояться на следующей неделе, переслать финансовый отчет и все такое. Я пропустила пару заседаний комитета, но этот прием все равно получится просто великолепным. Он должен получиться великолепным. Сегодня мне не удалось связаться ни с кем из членов комитета, чтобы доработать детали. Кстати, Оливия приходила сюда?

Она уже несколько месяцев не отвечала на мои звонки. Я не понимала почему, но у меня так и не вышло поговорить с ней, чтобы выяснить, в чем тут суть.

– Да, она была здесь вчера, – ответила Дженни.

– А она говорила что-то обо мне?

– Нет, – отозвалась Дженни, прибирая салон.

У меня возникло ощущение, что она говорит неправду, но я не стала давить на нее. Дженни считала, что одной из ее обязанностей является поддержание мира, и я понимала почему. Должно быть, тяжело находиться в самом центре сплетен Бакхеда. До моего развода я всегда думала, что самая влиятельная женщина в городе – это я, но в глубине души я понимала, что на самом деле это Дженни. Знание – сила, а Дженни знала все. Я отпила еще один глоток вина.

– Знаешь, я едва не отменила свое членство здесь, – призналась я.

Глаза Дженни немного округлились, но ее лицо сразу снова приняло то выражение, которое она использовала, обслуживая своих клиенток, нейтральное, с чуть заметной улыбкой.

– В самом деле? Что ж, думаю, я бы это поняла, после твоего развода и всего прочего.

– О нет, дело тут не в деньгах. Я получаю хорошие алименты. – Я выпрямилась. – Я не была уверена, не станет ли его новая жена также твоей клиенткой.

Дженни открыла рот, затем закрыла его, колеблясь.

– Вообще-то Брайс позвонил мне вчера. И скажу откровенно, я внесла ее в список своих клиенток, но я сделаю так, чтобы ваши посещения моего салона не пересекались.

– Хорошо. – Я кивнула.

– К тому же, думаю, здесь мы увидим ее не скоро. Если судить по тому, что рассказала мне Оливия, Кристал отнюдь не фанатка салонов красоты, – объяснила Дженни, но произнесла она это без осуждения, а так, будто прочла эти слова с телесуфлера.

Я вскинула брови и сделала еще один глоток. «Женщина, которая не напрягается по поводу своей внешности». Я рассмеялась. Брайс определенно останется с ней недолго. Ему необходимо иметь рядом такую женщину, как я, а не какую-то девчонку с захолустной фермы. И это дало мне надежду, что мы с Брайсом снова будем вместе.

– Готово. – Киша приподняла мои ноги. Ногти на них были безупречно накрашены темно-синим лаком. – Тебе надо будет подождать десять минут, чтобы лак высох.

– Спасибо вам обеим! Я чувствую себя красивой и подвыпившей. – Я подняла свой бокал. – Какой прекрасный день!

Он был прекрасным потому, что сейчас я впервые за долгое время не испытывала душевной боли от того, что моя жизнь рушилась, одиночества разведенной женщины и стыда от того, что мой муж ушел от меня к женщине моложе меня. Но, скорее всего, это было просто результатом действия алкоголя.

Зазвенел колокольчик на парадной двери.

– Здравствуйте, – сказал мягкий голос, произнеся это слово с сельским выговором.

– К тебе должен был кто-то прийти? – спросила Киша, обращаясь к Дженни. Дженни покачала головой.

– Мэри ушла на обед. Я займусь этим сама. – И Дженни исчезла за черными портьерами.

До меня донесся тихий шепот:

– Вы не могли бы прийти через десять минут?

– Кто это? – крикнула я.

Дженни просунула голову между портьерами.

– Это Кристал.

– О, отлично. Не обращайте на меня внимания. Пусть она пройдет сюда, – сказала я, пытаясь говорить внятно, но все равно проглатывая звуки.

Дженни опять скрылась за портьерами. Снова послышалось шушуканье.

Я отпила еще один глоток и протянула свой бокал Кише. Она немедля наполнила его вновь, затем сама сделала большой глоток прямо из бутылки. Ей явно не терпелось поучаствовать в этой ознакомительной встрече.

– Что вы там копаетесь? – крикнула я.

Они продолжали шептаться. Я услышала, как Дженни просит Кристал вернуться позже, и, встав со своего кресла, попыталась удержать равновесие.

– Лак на твоих ногтях на ногах еще не высох, – предупредила Киша.

Я отмахнулась от нее и, подняв пальцы ног в огромных педикюрных шлепанцах, сделала один шаг, затем другой и третий, раскинув руки, чтобы сохранить равновесие. Поролоновые шлепанцы громко шлепали по полу.

Дойдя до портьер, я попыталась резко отдернуть одну из них.

– Давай, Кристал, входи. Мне не терпится познакомиться с тобой. – Похоже, мои ноги тоже онемели от алкоголя, потому что я все-таки потеряла равновесие. Я схватилась за портьеру, и, когда я свалилась на пол, она окутала меня.

– Чччерт! – вскрикнула я из-под бархатного кокона. Я не так представляла себе встречу с женщиной, которая увела у меня моего мужа. В своем воображении я рисовала себе, как простолюдинка (Кристал) встречается с королевой Англии (мною), как она преклоняет колено, и я сношу ее голову мечом. Ну ладно, не совсем так. Но моя фантазия точно не походила вот на это.

– Боже! – взвизгнула Киша и подбежала ко мне.

Она освободила меня от портьеры и помогла мне встать. Я сразу же, шаркая шлепанцами, вернулась на свое кресло для педикюра, избегая зрительного контакта с Кристал. Киша и Дженни повесили портьеру обратно, и Кристал осталась на другой ее стороне. Я быстро привела себя в порядок, перевела дыхание, подавила свое смущение и поправила волосы. И, стараясь держать бокал шампанского как можно более изящно, стала ждать, когда Кристал войдет в зал. Затем опустила взгляд на пальцы своих ног и обнаружила, что они измазаны лаком для ногтей. Вот черт.

Из-за портьер опять слышалось шушуканье.

Вошла Киша. Она бросила на меня взгляд, в котором читалась солидарность, затем, не произнеся ни слова, принялась поправлять мой педикюр. Киша всегда была ко мне очень добра.

Дженни раздвинула портьеры и прошла в зал. За ней молча следовала Кристал. В интернете я видела тысячи ее фотографий, и мне было неприятно признать, что вживую она очень красива. Она взглянула на меня, затем опустила взгляд в пол, после чего перевела его на свой телефон. Было очевидно, что сейчас ей хочется находиться где угодно, но только не здесь. А я желала находиться именно здесь. Она чувствовала себя неловко. А я была пьяна.

– Вы можете сесть вот сюда. – Дженни показала на кресло. Я услышала, как Кристал сказала, что ей надо подровнять волосы и сделать маникюр и педикюр. Дженни надела на нее парикмахерский пеньюар и начала расчесывать ее длинные светлые волнистые волосы.

– Как вы устроились у нас в Бакхеде? – спросила Дженни.

– Хорошо. – Кристал говорила тихо, слишком тихо. Мне было трудно расслышать ее, и она то и дело поглядывала на меня в зеркало.

– Готово, – сказала Киша, встав и улыбнувшись мне. – Десять минут, и лак на них высохнет. Десять минут. – И она подняла обе руки, растопырив пальцы. – Я кивнула, одними губами произнесла: «Извини» – и снова переключила все мое внимание на Кристал.