Дженика Сноу – Утверждая ту, что их (страница 11)
Опустившись на корточки, он позволил своим рукам скользнуть вниз по внутренней стороне ее бедер, пока его большие пальцы не коснулись ее половых губ. Он распахнул ее и увидел темно-розовый цвет ее внутренних губ. Прижавшись губами к ее складочкам, Дикон закрыл глаза и застонал от ее вкуса. Аромат, сладкий и мускусный, заполнил его вкусовые рецепторы, и он стал зависимым. Мужчина ел ее до тех пор, пока она не коснулась его губ. Ее руки в его волосах потянули за пряди, притягивая его ближе, когда она прижалась к нему. Он больше не мог этого выносить. Ему нужно было быть внутри нее. Встав, он взял себя в руки и расположился у ее входа.
— П-подожди. Презерватив, — выдохнула она. Ее рука лежала на его предплечье, и он мысленно выругался.
Дикон не хотел никакого барьера между собой и своей парой. Он был чист, чуял, что она тоже не плодовита, и все его инстинкты подсказывали ему взять ее и пометить. Он хотел кончить в нее так, чтобы она пахла им. Дикон также знал, что не хочет пугать ее. Он выхватил из джинсов презерватив, который был у него, когда ему нужно было выпустить пар и энергию со случайной женщиной. Быстро надев его, не стал медлительным и легким. Когда он снова приставил кончик своего члена к желанному входу, то схватил за талию и погрузился в нее. Влажная, горячая, теснота тут же охватила его, и он зарылся по самую рукоять.
— Дикон. — То, как она произнесла его имя, с придыханием, заставило его приподнять бедра и снова врезаться в нее. Джесса заложила руки за спину, и он начал по-настоящему трахать ее. Сильнее и быстрее, пока пот не начал стекать по спине, и он почувствовал, как его зверь мурлычет и щелкает зубами, требуя большего. Всегда больше.
— Вот так, детка. — Верстак с грохотом ударился о стену, когда он входил и выходил из нее. — Сожми свою киску вокруг моего члена. —
Воздух входил и выходил из него. Обвив пальцами ее талию, он уставился туда, где соединялись их тела. Вид его члена, входящего и выходящего из нее, был самой эротичной вещью, которую когда-либо видел. Ее половые губы окружили его, а ее влага покрыла всю его длину.
— Моя, Джесса. Ты. Моя. — Их глаза встретились, и ее глаза слегка расширились.
Ощущение ее внутренних стен, дрожащих вокруг него, говорило об ее скором оргазме. Дикон начал тереть ее клитор и двигаться быстрее. Джесса закричала, сжимаясь вокруг него. Откинув голову назад, он позволил своей кульминации подняться на поверхность. Взревев в экстазе, Дикон не знал, раздался ли громкий рокот эхом в его голове или он вырвался из его рта, но удовольствие, которое пронеслось через него и проникло в нее, не волновало его.
— Дикон… — ее долгий, протяжный крик заставил его поднять голову и снова наблюдать за ее оргазмом. Джесса была такой красивой и раскованной, когда кончила, и эмоции были написаны на ее лице, как на картине.
Он замедлил темп и вышел. Он притянул ее к себе и обнял за тонкие плечи. Их совместное дыхание казалось намного громче, чем грохот музыки и звук включенного обогревателя.
— Ты в порядке? — Он почувствовал, как она кивнула ему в грудь, и поцеловал ее в макушку.
— Это было… интенсивно.
Он усмехнулся и кивнул.
— Да, так и было. — Поцеловав ее в последний раз, он отстранился и помог ей подняться со скамейки.
— И что теперь? — Ее голос казался тихим, и он ненавидел это. Дикон снова притянул ее к себе и потер ладонями ее спину.
— Мы пойдем что-нибудь перекусить. — Отстранившись, он улыбнулся ей и приподнял пальцем ее подбородок, пока она не посмотрела ему в глаза. — Здесь ты в безопасности, Джесса. Всегда.
Тайер знал, что они трахались. Когда они вошли в дверь, запах был густым. Румянец залил щеки Джессы, и довольная улыбка осветила лицо Дикона. Сказать, что он не ревновал, было бы ложью, но его ревность проистекала из того факта, что Дикон попробовал ее первой, а не из того, что он действительно имел ее. Тайер смотрел, как она проскользнула в свою комнату после того, как сказала, что ей нужно привести себя в порядок перед ужином. Скосив глаза на брата, он увидел, как улыбка Дикона стала шире, когда тот прислонился к стойке и скрестил руки на груди.
— Дикон, я думал, что мы с ней не будем торопиться. — При словах Тайера улыбка исчезла с лица Дикона.
— Я знаю, таков был план, но Тайер… — он глубоко вздохнул. — Мне было трудно контролировать себя рядом с ней. С тех пор как она приехала, я совершаю по три-четыре пробежки в день.
— Почему ты не поехал в город? — Одна мысль о том, чтобы быть с женщиной, вызывала у Тайера отвращение. Судя по выражению лица Дикона, он чувствовал то же самое.
— Тайер, в этот момент я даже не смог бы возбудится для любой другой женщины.
Да, Тайер знал, что он был таким же. Его мысли были заняты образами Джессы. Ее сладкий аромат вторгался в его чувства, пока он не смог сосредоточиться. Постоянное состояние возбуждения было для него чем-то новым.
— Рано или поздно она узнает, кто мы такие, Дикон. Не знаю, как ты, а я не хочу видеть ее лицо, когда она подумает, что сходит с ума. — Дикон не успел ответить, потому что Джесса вышла из своей комнаты. Она остановилась и посмотрела между ними.
— Все в порядке? — Ее щеки покраснели, но Тайер знал, что это не от холода, а от секса с Диконом. Сжав руки в кулаки, он заставил себя успокоить бешено колотящееся сердце, когда образ Джессы, обнаженной перед ним во всех аспектах, затопил его разум.
— Все в порядке, милая, — он подошел и взял ее за руку. Она пахла как его брат, запах, знакомый Тайеру. Это было то, что напоминало ему о доме и счастье. Возможно, другие сочли бы его близость с братом немного странной, но в детстве они были только вдвоем. Дикон пережил много трудностей, чтобы убедиться, что Тайер был в безопасности. Конечно, его брат думал, что он не знает темных тайн, которые окружали его, что он не знал, что их отец сделал с Диконом во имя «его закалки». Больное чувство их отца, как воспитывать ребенка, дошло до разврата. Из-за этого Дикон превратился в мужчину, которым был сейчас. После нескольких дней наблюдения за тем, как Дикон взаимодействовал с Джессой, у Тайера не было сомнений, что его брат отдаст свою жизнь за их маленькую человеческую пару.
У них никогда не было указаний или наставлений, когда дело касалось пары. Конечно, они слышали, как другие говорили об этом, рассказывали истории о том, как старшие самцы находили своих самок и заявляли на них права, позволяя своим животным попробовать их на вкус. Кое-что из того, что они слышали, казалось варварским, но, с другой стороны, мужчины, говорящие о таких вещах, были более дикими по своей природе. Тайер никогда не думал, что найдет какое-то счастье, что женщина будет принадлежать ему. Они так долго жили в изоляции, почти не общаясь с другими людьми. Если бы Дикон не нуждался в том, чтобы Тайер посадил его на землю, в попытке удержать его зверя в страхе, он бы отправился исследовать мир. Было много вещей, которые он планировал для своей жизни, но семья была на первом месте, и Дикон был единственной семьей, которую он оставил.
— Ты голодна, милая? — Она кивнула и позволила ему отвести себя на кухню. Он начал готовить ужин, пока она была в гараже. Когда Джесса села за стол, Тайер схватил вино, которое охлаждалось в холодильнике, и налил ей стакан. Он не знал, смогут ли они убедить ее остаться, как только починят машину, но Тайер знал, что сделает все, что в его силах, чтобы Джесса осталась, потому что за то короткое время, что она была с ними, он не мог представить себе жизни без нее.
Глава 8
Прошло еще несколько дней, и Джесса обнаружила, что на самом деле разочарована мыслью о ремонте своей машины. Конечно, думать об этом было нелепо, учитывая тот факт, что ей нужно было уйти от своей жизни, а не сидеть взаперти с двумя великолепными мужчинами. Тот факт, что они приняли ее так свободно, даже после всего, что она им рассказала, потряс ее до глубины души. Как кто-то мог все еще хотеть поврежденную женщину, которая, возможно, убила своего бывшего, озадачило ее.
Она легла спать час назад, но все, о чем она могла думать, был грубый, раскованный секс, который она имела с Диконом. Это был один из самых волнующих моментов в ее жизни. А еще Джесса не могла перестать думать о том, что чувствует на себе руки Тайера. Даже когда она была обернута вокруг Дикона, и он проник в нее, мысли и образы Тайера играли в ее голове. Насколько это было испорчено? Тот факт, что она хотела обоих мужчин, братьев, тоже казался запретным и неправильным на каком-то уровне. Она не занималась сексом с Диконом с тех пор, как они были в гараже, и обнаружила, что ее тело находится в постоянном возбуждении. Джесса просто смотрела, как они сидят на диване, положив ноги на кофейный столик и закинув руки за спинку дивана. Даже их простые футболки и свободные свитера делали ее мокрой. Как и сейчас, образ их выпуклых мышц, прижатых к тонкому материалу их рубашек, согревал ее. Огонь отбрасывал свет и тень на их тела, делая их похожими на соблазнительных ангелов или эротических демонов.
Закрыв глаза, Джесса вспомнила, как Дикон называл ее своей. То, как он сказал это, уверенный, что она согласится, и так собственнически, испугало ее, но не потому, что боялась его слов. Страх закипел в ее крови, потому что в глубине души она знала, что его заявление было не просто заявлением, а обещанием.